Чтение онлайн

– То есть, ты тоже знаешь местные бордельные порядки? – удивилась Язва.

– Практически уверен, что они везде одинаковы! – тут же начал оправдываться Эдвардс.

– Корабль! – закричала вдруг Элизи, не спускавшая глаз то с пугающих ее своим видом матросов, то с водной глади впереди нашего судна.

Мы все, как по команде, бросились к носу, чтобы оценить масштаб трагедии.

– Успеваем? – уточнил Эдвардс у друга.

– Пока не понятно, - задумчиво произнес Бродяга, - дело в том, что…

– Весла!
– произнес я прежде, чем сам успел понять, что вижу.

Действительно, зоркие глаза Экуппы увидели, как едва заметные – толщиной с волос – черточки, вдруг пришли в движение, и суденышко ускорило свое движение.

– Кто у вас теперь старший?! – грозно обратился Таллан к матросам, повернувшись спиной к перехватчику.

Странно было слышать его голос, когда он говорил не с товарищами. В нем теперь звучали интонации, которые заставляли поневоле втягивать голову в плечи. Все матросы на палубе услышали слова Бродяги, хотя голоса он не повышал. И все они, как один, остановились и уставились себе под ноги, как бы боясь смотреть в глаза страшному нанимателю.

– Я, - прозвучал не слишком уверенный голос, и к нам приблизился ничем не отличающийся от остальных мужчина, - что нужно, командир?

– Я что-то не вижу, где здесь у вас сигнальная доска, - проговорил Таллан.

– Последний раз сигнальную доску я видел, когда мы пытались взять на абордаж клановое судно, - осторожно хмыкнул матрос, - тогда мы еле унесли ноги и лишились своей посудины. На кораблях свободного народа нет сигнальных досок. Мы редко образуем сборные флотилии, поэтому не нуждаемся в большом количестве знаков – обходимся флагами на мачте.

– Общительный! – усмехнулся в усы Пройдоха. – Видимо и правда надеется выжить после того, как они выполнят задание, старается угодить.

– Какой флаг нам нужно поднять, чтобы нас пропустили? – прямо спросил Таллан.

– Судя по дымам и тому, что у вас «Везучий лоцман» - кивок в сторону одной из частей артефакта – флаг всем нам может помочь только наш, пиратский, перевернутый вверх ногами.

– Предлагаешь сдаться? – как-то очень нехорошо усмехнулся Бродяга.

– Они даже не примут бой, командир, - невольно попятился от Таллана матрос, - просто перегородят бутылочное горлышко судном, а сами недалеко отплывут от него на шлюпках и будут ждать, пока к этому месту не подойдут другие корабли и не возьмут нас на абордаж.

– Что помешает нам занять их судно и отправиться дальше на нем? – уточнил Бродяга.

– Если коротко, то не выйдет при всем желании, - покачал головой матрос, - руль они заклинят, сами в любой момент могут вернуться и схватиться с нами врукопашную. Вы же не дадите нам оружие?

– Сколько там человек? – не отвечая на вопрос, уточнил Таллан.

– Сложно сказать, - задумался матрос, - для дежурства в одном месте много народу не нужно, сколько работает весел, мне еще не видно, но судя по скорости, их там точно больше полусотни.

– Как думаешь, - обратился Таллан к Эдвардсу, - он (кивок в сторону матроса) нас просто пугает?

– Он же видел, на что ты способен, - усмехнулся Пройдоха, - скорее, он тебя туда заманивает!

– Все бы ничего, - задумчиво проговорил Бродяга, - но я точно знаю, что в окрестностях обитает минимум два генератора Дара. Вероятность мала, но там, на судне, может быть один из них. В таком случае один я могу и не справиться.

– Ты привык мыслить, как одиночка, - укоризненно сказал Пройдоха, - прекращай это. Спроси-ка лучше, командир, у своего старшего матроса, при каких условиях пираты могут «не успеть» перекрыть горлышко, при этом, не отдав свои никчемные жизни ни нам, ни товарищам своим.

Таллан, приподняв то место, где у нормального человека находится правая бровь, вопрошающе посмотрел на матроса.

– Все новички, доказавшие свою преданность свободному народу, спустя год после принятия в наши ряды проходят обряд посвящения. Их отвозят к отшельнику, который принимает у новичков клятву на верность свободному народу. Если пират нарушит клятву, это сразу станет видно всем.

– Ближе к делу! – рявкнул Бродяга.

– Считается, что жизнь мага можно попытаться обменять на двадцать жизней свободных людей. Если вы покажете, что на этом корабле четыре, а лучше – пять магов, то капитан с чистой совестью и без всякого вреда для репутации «не успеет» запечатать проход.

Все мы одновременно посмотрели на Элизи.

– А что сразу я?! – возмутилась девочка. – Экуппа, вон, тоже не генератор!

– Выходи, - шепнул я Экуппе, - это будет твое сражение.

– Блин, - отозвалась девушка, - еще часок другой и я бы выучила английский! Ты даже не представляешь, насколько ленив! В твоей памяти есть абсолютно вся информация, чтобы свободно общаться на иностранном языке, но ты ей практически не пользуешься!

Я хотел уточнить, зачем ей учить иностранный язык другого мира, но решил, что это вопрос может и подождать.

– Так ты выходишь? – уточнил я вместо этого.

Ответа не последовало. Я просто оказался в роли наблюдателя.

– У меня есть еще не полностью разряженный аккумулятор Дара, - возразила Экуппа, - и я умею им пользоваться.

– Так просто дайте и мне такой, - возмутилась Элизи, - я тоже буду им пользоваться!

– Опасно! – нахмурил брови Эдвардс. – Ты знаешь это все только в теории. Единственное заклинание, что ты использовала в жизни, - это Клеймо. Им крайне сложно себе навредить. Здесь же мы должны будем показать что-то эффектное и видимое издалека.

– Я бы могла визуализировать ее Клеймо и увеличить его в размерах, - предложила Язва. На это моих талантов хватит. Правда, не ручаюсь, что смогу управлять своей частью Везучего лоцмана.

– Лоцмана беру на себя! – тоном человека, принявшего важное решение, сказал Бродяга. – Дружище, подстрахуй, пожалуйста, свою девочку. Язва, постарайся сделать все, что пообещала. Экуппа, будут предложения по тому, как именно продемонстрировать нашу силу и количество?

А предложения у Экуппы были!

В конечном итоге, когда между кораблями едва ли было больше двухсот метров, и пираты уже начали спускать шлюпки на воду, вся наша великолепная пятерка клином выстроилась на носу судна. Расстояние быстро сокращалось, и вот уже самый близорукий пират на вражеском судне мог видеть, что на острие клина, грозно хмуря брови, стоит мелкая девчонка. По бокам от нее расположились девушке повзрослее, а замыкают построение суровые воины.

Внезапно девочка вздернула вверх руку, и от ее ладони отделился небольшой язычок пламени, тут же взмывший в небо на пару десятков метров.