Чтение онлайн

— Позвольте представить вам мою невесту, — я повернулся лицом к подруге, которая, услышав, что я её назвал невестой, так, наверное, удивилась, что аж щипаться перестала, — её зовут Истер Мария Ферри.

Когда я отрекомендовывал подругу, то обратил внимание на то, что хоть мои слова и не обрадовали Алевтину, но и не расстроили, а это значит, что наличие у меня невесты её не остановит.

Исходя из того, что она, не успев даже со мною толком познакомиться, сразу взялась строить мне глазки, цели она перед собой ставит не матримониальные, а гораздо более приземлённые.

То есть, даже если бы я был кривым на один глаз и прихрамывал бы на обе ноги, она все равно пыталась бы меня совратить, так как её цель — отнюдь не завладеть моей рукой, да и сердцем в придачу, а всего лишь покопаться в моей голове на предмет знакомства с интересующей её информацией…

— Всё с вами ясно, Алевтина Афанасьевна… — подумал я, — ну ничего, мы найдём, чем и вас развлечь так, что бы вы обо мне и не вспоминали некоторое время…

— Зря ты так о девочке думаешь, — вдруг взяла слово Зоэ, — хорошая же девочка. Ты посмотри, попочка, как орешек, сисечки такие, налитые и упругие…

— Зоэ, тебя попутно, вдобавок к основным премудростям, не обучили случайно ещё и ремеслу бордельмаман? — ехидно поинтересовался я у псевдоличности.

Вопреки моим ожиданиям она не стала строить из себя обиженку, а гордо заявила:

— Я много чего знаю и умею!

Но, хватит думать, надо бы и самому представиться, в конце-то концов:

— Ну и позвольте мне представиться, — провозгласил я, — Антонов Андрей Петрович, хозяин этого скромного поместья, — я сделал широкий жест рукой, типа, посмотрите, всё это моё, — ну, что же, познакомились, — я опять натолкнулся на бирюзовый взгляд, в котором мой рассудок чуть не увяз, словно птичка в ловушке с птичьим клеем, — теперь, давайте, пройдём в дом…

— Ага, — продолжила Зоэ мою фразу, — и о делах наших скорбных покалякаем…

Как оказалось, эти двое руководили всей экспертной группой. И то, что они друг с другом не особо ладили, показалось мне обнадёживающим.

Все предварительные действия с генераторами полей люди Серёги уже проделали и всё, что не надо показывать посторонним, демонтировали, так что пусть смотрят.

Все гвардейцы предупреждены, кого куда можно пускать, а куда лучше не надо.

Кроме того, Семён подготовил несколько человек, которые будут выполнять роль сопровождающих для членов высокой комиссии.

Ну, заодно, и приглядывать за ними, чтобы те носы свои куда ни попадя не совали.

А то ведь, упоминалась в русском фолклёре некая Варвара. Любопытная, аж дальше некуда. Так вот нос её фатально пострадал через ейное неуёмное любопытство [2] …

И наша задача — уберечь носы членов государственной комиссии от ненужных травм.

— Присаживайтесь, — я радушно указал гостям на кресла, — я думаю, нам стоит обсудить регламент работы ваших людей на территории как поместья, так и майората.

— А что, могут возникнуть какие-то трудности? — бирюзовая дама посмотрела на меня с хитрым таким прищуром, типа, молодой человек, у вас, получается тайны какие-то от государевых людей есть. Нехорошо-с.

— Сами понимаете, что у всех могут быть свои маленькие секреты, — я посмотрел на господина военного советника, но тот, словно глухарь ничего не замечал, уставившись на Истер.

— Интересно, люблю секреты, — госпожа секунд-майор, зажмурившись, словно кошка, грациозно потянулась, излучая откровенный призыв окунуться в разврат и плотские утехи.

— Ну посмотри же, — это опять Зоэ, — ну хорошая же девочка… Сладкая такая…

— Умолкни, греховодница, лучше следи за обстановкой, — поделился я своими соображениями с псевдоличностью, — есть у меня подозрение, что кое-кто тут уже во всю феромончиками всякими интересными атмосферу насыщает. Что скажешь?

— Ну, насыщает, не без этого, — подтвердила мои подозрения Зоэ, — но я то тебе чищу кровушку, так что не волнуйся…А девочка хорошая, приглядись…

Ну да, эта девочка, по ходу, эти феромоны тут и распыляет, кстати… Ибо просто больше некому.

И то, что Зоэ мне кровь чистит, это, оно, конечно, здорово. А кто кровь этому сердцееду шестого класса чистить будет? Он же сейчас бросится на кого-нибудь. Ладно, если на свою Алевтину набросится, воспылав. Я им тогда ещё и спальню в аренду предоставлю. Оборудованную широкоугольными видеокамерами высокого разрешения.

Будем, хе-хе, хоум порно снимать, ни одной пикантной детали не упустим…

Ну, а если он на Истер бросаться начнёт? Я же его тогда, по законам чести, обязан, если не зарезать, то, хотя бы, кастрировать… А он, как-никак, всё-таки государственный служащий, да ещё и при исполнении… Да, задачка…

Но, на принятие решения времени осталось не так много, эвона, как этот усатый негодяй на Истер зыркает. Ещё немного, и ка-а-ак прыгнет…

Нет, скандал мне не нужен. То есть, не нужен именно сейчас. А там посмотрим, как карта ляжет… И для организации скандалов на сексуальной почве у меня есть одна яркая специалистка, да…

Но, надо что-то делать, вон у советник уже усами шевелит угрожающе, и глазки такие масляные стали…

— Прошу прощения, сейчас моей подруге придётся вас покинуть, — я с удовольствием зафиксировал, как физиономия любвеобильного чиновника несколько скисла.

Обернувшись к Истер я проворковал:

— Дорогая, ты не забыла? У тебя же сейчас сеанс маникюра, — я, повернувшись к ней начал демонстративно подмигивать ей правым глазом, который оказался вне поля зрения гостей. Мол, давай, уходи от греха…

— У тебя глаз дёргается, — грустно сказала она и поднялась. Видимо, не хотелось ей меня без пригляда оставлять.

— И позови сюда Семёна, если не трудно, дорогая, — попросил я.

После того, как Семён вошёл, я предложил гостям перейти непосредственно к обсуждению всех процедурных нюансов по организации работы комиссии на моей территории.

Но обсуждение всё, как-то, не складывалось, так как настрой моих гостей по известным причинам был далёк от делового. Алевтина пыталась строить мне глазки, а её начальник…

Надо сказать, что нанюхавшийся Алевтининых феромонов Крыницын грустил из-за ухода Истер совсем не долго, и теперь полностью переключился на единственную даму, оставшуюся в нашей мужской компании, которая, собственно, и была виновницей его излишнего возбуждения.

Но усилия его были тщетны, так как она пока не оставляла надежды полностью переключить моё внимание на свои прелести.