Чтение онлайн

Прикинул: если я сейчас полечу на северный отрог и этого эдельвейса нет на своем месте… то менять план будет уже поздно. Да — а–а… дилемма. Кстати, я вспомнил об орках. Что — то эта затея мне нравилась все меньше и меньше. Что тогда? Тогда то, что мне нравилось еще меньше, — попытаться найти «трупы» ребят. Задачка из серии иголки и стога сена.

А еще я представил, как запущу руки в бестелесную фигуру, имеющею очертания Анахиты… Меня передернуло от такой перспективы. Не знаю почему. Все равно самого игрока там не будет, это просто туманный слепок. В конце концов, я же облутал «труп» Скайхоррора и никакими угрызениями совести не мучался. Но то неизвестный и, прямо скажем, неприятный мне чувак. Я его победил в честном… хм, бою. А тут… как сказать — то? Тело? Нет, конечно, не в прямом смысле. «Виртуальный труп», по — другому и не назовешь, девушки, которая мне, откровенно говоря, нравится. Блин, в конце концов это же просто туманный сгусток в форме игрока в одежде без каких — либо анатомических подробностей! Ну ладно — ладно, уговорили. Правда, все равно это же копаться в личных вещах! Да я не позволял себе заглядывать даже в Машкину сумочку или проверять содержимое карманов ее курток.

«Что — то ты слишком загоняешься», — сказал я сам себе, подлетая к району, над которым в последний раз кружила гарпия. Сначала их найти надо, может, ребята живые и здоровые уже подходят к посту стражи, а я тут себя накручиваю!

Не знаю, как ищут людей с воздуха в реальной жизни, никогда ни в чем подобном не участвовал. Дельтаплан не вертолет, привлекать его к поисковой работе никому, находящемуся в здравом рассудке, не придет в голову. Так что для меня это дебют.

Окинул взглядом лес. Да уж… Сплошной зеленый ковер! Вспомнил мемуары одного вертолетчика [31] , который занимался воздушной разведкой в джунглях: надо взгляд фокусировать не на кронах, а как бы проникать им сквозь. Попробовал. Блин, ерунда какая — то получается.

Наконец, опустив взгляд вертикально вниз, смог углядеть землю. Пятно земной поверхности оказалось очень маленьким, к тому же мешали качающиеся верхушки деревьев, перекрывая обзор. Еще и ветер на мою голову! Да такими темпами я на несколько сот квадратных метров потрачу оставшееся до темноты время! Причем без гарантий. А ребят могли выцепить чуть в стороне. Запросто пролечу в метре — другом от их полупрозрачных «трупиков» и не замечу.

И как тут быть? Мелькнула зарождающаяся злость: я что, собираюсь здесь хоть кого — то найти? Только время впустую потрачу! На что я хочу убить несколько ближайших часов? На бесплотные попытки? Я могу их провести с куда большей пользой. В конце концов, мне давно пора снаряжением заняться, вон хотя бы плащ подшить, а то как покромсал в первый день, так и бархатится понизу. «Лайкру» подштопать надо, слишком много я последнее время в ней хожу. Кстати! У меня же запас стрел на исходе! Я что, хочу начало следующей сессии слить в подготовке к полетам? А как же «готовь сани летом»? Все, решено: сейчас же на южный отрог, сниму комнату в гостинке… Должна же там быть гостиница? Но сначала плотный ужин, почитаю немного, размякну душой.

А ребята сами дойдут. Да чтоб такого парня, как Рус, какие — то орки поймали? А если поймали, то только на свои головы. Я видел, какой он боец, — один пятерых! А если все ж поймали… Да черт побери! Разве это моя «война»? Решение созрело. Все, сейчас набираю под базу и по облачкам спокойненько сдуваюсь к посту.

Но где — то глубоко внутри (то ли в голове, то ли за грудиной) зудел тоненький такой комар. Зудел о том, что для меня эти несколько часов — так, повод побалдеть за столиком после полетов, вроде как заслуженная награда после трудов праведных, по сути дань привычке. А для Анахиты запоротый квест — весьма серьезно, судя по реакции. Я могу оказаться последней надеждой. Для меня это не сверхусилия, надо просто делать метр за метром, квадрат за квадратом. И поэтому мои крылья продолжили равномерно подниматься и опускаться, взгляд устремился вниз, сквозь листву и ветки, скорость сбросил.

Постепенно выносливость подошла к концу, прошел почти час как отдыхал последний раз. А я почти все время использую маховый полет — над лесом потоков нет. Нужно прерваться. Закончив галс, не стал разворачиваться, а протянул к отрогу и на последнем проценте шкалы плюхнулся сверху.

Осмотрелся, выбрал место наверху здорового валуна. Хоть торчу, как маяк, видимый отовсюду, но и мне видны подходы. Так ко мне хотя бы не подкрадутся. С досадой поморщился: если враги появятся вот прямо сейчас, мне кранты — выносливости хватит только чтоб стартовать, а потом тут же рухну на лес или на камни, что для меня и то и то катастрофа.

К досаде добавилась злость: ну почему я не подумал об отдыхе парой галсов ранее? Сейчас бы не оглядывался в тревоге по сторонам. Блин, ну сколько еще можно лепить ошибки! В сердцах шарахнул себя по лбу.

Не знаю, полегчало мне после этого или просто не осталось сил бояться, но злость и досаду сменила апатия. Вытащил из мешка плащ, кинул на камень, чтоб перья не шкрябались, плюхнулся. Оглядел остатки еды — небольшой кусочек уже засохшего сыра и последнюю полоску вяленого мяса. Побултыхал баклажку — тоже негусто, может пара глотков. Отсалютовал самому себе — твое здоровье!

Все — таки я вымотался — леплю ошибку за ошибкой, легко раздражаюсь и злюсь. Господи, да когда же кончится эта сильно затянувшаяся игровая сессия?! В реале, отследив такую симптоматику, я бы уже собирал крыло. Как говорится — не война и не соревнования, чтоб убиваться. Дельтаплан быстро отучает от наплевательского отношения к безопасности полетов. А здесь? Я с кем — то соревнуюсь? Или у меня тут война? Эх… Не знаю.

И тут до меня дошло: ну хорошо, высмотрю я сверху «трупики» ребят, а дальше — то что? Со стоном уткнулся лбом в ладонь, перестав жевать. Вот баран, ну почему я об этом сразу не подумал! Чтобы что — то забрать с «трупа», в туманный сгусток, изображающий павшего, надо запустить руки. Значит — приземляться. Ладно, на лес я сяду, не впервой, а взлетать? Взгляд зашарил по поверхности леса в поисках полянки или прогальчика. Ничего. Для взлета мне придется пешком дойти до склона, а это не меньше километра по лесу.

Все, я сломался. Извините, ребята, но у каждого есть предел. Мой достигнут. С холодной отрешенностью дожевал мясо, прикончил остатки вина, неторопливо запихал плащ в мешок. Проверил выносливость и стартовал в направлении оконечности южного отрога.

Я шел «дельфинчиком» на высоте километра. Набирал плюс сто метров, затем, раскинувшись в парении, сливал полученный запас и опять включал махи. Взгляд привычно сканировал пространство по сторонам, над собой, не забывая оглядываться: одной гарпии мне хватило. Но все чаще он устремлялся прямо по курсу, туда, где из леса поднимался бревенчатый тын с уже различимыми башенками под шатровыми крышами. Еще немного, и придется садиться, не могу же я влететь прямо на главную площадь! Да мне и не дадут. Скорее всего, утыкают стрелами, как подушечку для булавок. Местная стража — ребята серьезные.

Наконец решил, что ближе подлетать рискованно, пора вниз, опять превращаться в щуплого пешехода. Варианты? Лес пошел вполне разреженный, можно было бы просто сложить крылья и проломиться сразу до земли, но… Внизу не секвойи, конечно, но для меня и двадцать метров многовато, разобьюсь на фиг в двух шагах от таверны с пивом. Вздохнув, решил, что придется опять «тормозить в березу».

И в этот момент, выглядывая подходящее дерево, глаз зацепил внизу движение. Высоты оставалось метров пятьдесят над макушками, лес внизу уже начинал мелькать, собираясь превратиться в смазанное зеленое полотно, когда снижусь еще, поэтому был соблазн сказать себе «показалось», на всякий случай протянуть чуть дальше и забыть. Но крылья уже сами закладывали вираж с набором.

Сквозь нечастые, почти переставшие качаться макушки я рассмотрел двоих: парень и девушка с длинными светлыми волосами. Заложив пару восьмерок, прикинул направление (хотя куда тут можно еще направляться!) и вломился в лес метрах в ста пятидесяти прямо по их курсу.

Не сказать чтоб прошло гладко. Деревце, в которое я прицелился когтями, оказалось слишком гибким, меня мотануло на нем взад — вперед сквозь строй веток, изрядно надавав по лицу и отхлестав по всем частям тела. Четверть здоровья как корова языком слизала. К тому же я подзабыл о ушибленной ноге, так — то в полете они просто болтаются. Напоминание вышибло слезу. Привет с Юцы!

Когда — то, только начиная, провисел в учебной подвеске часа два в динамике, хотя и знал, что она не рассчитана на длительные полеты. В итоге ременная система, больше предназначенная для пробежек, передавила на ногах сосуды. Мне садиться — а я ног не чувствую. М — да… Между прочим, разминать ноги перед посадкой начал как раз после того случая, не забывал и в «новой жизни». Что ж, еще косяк в копилочку, обусловленный усталостью.

Так или иначе, к моменту, когда на меня наткнулись ребята, я уже в холщовке, плаще и сапогах восседал на поваленном дереве. Изображать усталость было не нужно.