Чтение онлайн

— Если ты умная женщина, это может стать твоим. Посмотри же!

Анат судорожно сглотнула, и с явным усилием оторвала взгляд от ножа. Я видел, как её глаза опустились к моей ладони, чуть сощурились, рассматривая то, что лежало на ней. И на миг расширились, когда она наконец разглядела там небольшой, тускло поблескивающий в слабом освещении хижины чёрный шарик.

— Этот высокомерный напыщенный болван Ситу никогда мне не нравился, — внезапно охрипшим голосом проговорила она. Снова сглотнула. — Я бы и так к нему не пошла, слишком много он о себе возомнил… Я познакомлю тебя с Нутом, он уже скоро должен приплыть.

— Хеху, откуда у тебя жемчуг?

Мы с Хаэатой топали в посёлок по тропинке. Переговоры с Анат завершились более-менее конструктивно. Она сама придёт к сестре, когда на остров приплывет Нут. Найдёт предлог и придёт. Хоть одной проблемой меньше.

— Не переживай, не украл, — усмехнулся я.

— А где?

Вот же любопытная!

— Не спрашивай, и мне не придётся врать, — подмигнул я.

— Ох, Хеху, а ведь раньше у тебя от меня секретов не было!

— Раньше мне не приходилось скрываться в джунглях…

Жемчугом я обзавёлся с одной стороны достаточно случайно, с другой — вполне закономерно.

Раньше я вытащенные ракушки перед готовкой выдерживал в чистой воде, в небольшом затончике что выкопал прям рядом с берегом, потом на недолго помещал в кипяток, в кувшине, и уже после жарил на углях. Но когда я стал нырять достаточно глубоко и добывать весьма представительные экземпляры, то в кувшин они просто не лезли. Поэтому перед готовкой их пришлось потрошить. В отсутствии металлического ножа сделать это было не просто, ибо каменное лезвие плохо подходило как рычаг, а деревянное ещё попробуй всунь меж створок. Но я ухитрялся.

И вот, как-то раз, сидел уже почти в ночи, чистил очередную партию на ужин. В тот раз я наткнулся на весьма странную колонию больших двустворчатых раковин, с небольшими шипиками на панцирях и тёмными краями. Внезапно мои пальцы, наткнулись в мантии на какие-то твердые выступы.

Что это? Отбросил первую возникшую мысль про паразитов. Ну какие паразиты? Тем более я её сейчас прожарю как следует.

Ковырнул ножом. Один… нет, целых два небольших, размером с крупную бусину шарика. Пополоскал в воде. Мозг, настроенный на поиск в окружающем и идентификацию неприятностей отказывался принимать факт. У меня на ладони перекатывались две чёрные жемчужины [38] .

— В общем, нашёл. В воде.

Хаэата удивлённо уставилась на меня, даже с шага сбилась.

— Ты… Ты ходил в воду? В смысле, в соленую воду?!

— Ну как ходил… Так, на мелководье ракушки собирал.

— Зачем?

— Есть, — я пожал плечами.

— Ты ел ракушки?! — глаза Хаэаты расширились до пределов. — Бедный… Ты так оголодал, что пришлось есть всякую несъедобную дрянь…

Хм… Я бы не сказал, что ракушки несъедобные. Но не стал разубеждать сестру.

— Су-у-ушай! — она вновь повернулась ко мне. — А давай домой зайдем? Я тебе батата дам и проса.

— Да было бы здорово, но… Не хочу я тебя подставлять, ещё узнают, что ты меня подкармливаешь…

— Ерунда, — отмахнулась сестра. — Мама никому не скажет, а отца и братьев сейчас дома нет.

— А Фива? — вспомнил я о жене старшего брата.

— Отец сказал, чтоб сегодня все шли на поле, будут готовить землю под новую посадку. Так что может и мамы дома нет.

— А ты тогда как улизнула?

— Я сказала, что мне надо к шаману… — она на секунду потупила глаза, замялась. А потом выдала, — меня же Энеле наконец посватал! Платье подарил… Красивое… Хочешь посмотреть?

Глаза Хаэаты при этом сверкнули такой надеждой. Ну чисто ребёнок!

— Лан, — махнул я рукой, — пошли к дому. Заодно и похвастаешься. Только давай так — ты напрямки иди, а я джунглями, а то уже подходим. Не надо мне светиться.

Хорошо, что дом Хеху стоит с краю поселения, и входной проем выходит не на площадь. Я, на всякий, сделал кружок вокруг поселения, немного внимательнее осмотрел подходы к самому дому. И, наконец, вышагнул из кустов.

Возле дома меня ждала сестра. В первый миг я чуть было не накосячил, и лишь, разглядев, как она застенчиво покручивается, обратил внимание на одежонку. Ну… Платье. Обычное, от подмышек до колен, как здесь носят. И только потом сообразил — платье было из ткани! Ткань, конечно, самая обыкновенная, на мой взгляд даже довольно грубая, неокрашенная, но… По сравнению с тем, что обычно носили местные. Кстати! Ткани тут не ткут, не умеют, это я уже выяснил, так что привозная.

— Ух, ты! — сделал я круглые глаза. — Настоящая ткань?!

— Ага, — сестрёнка аж зарделась. — Энеле сознался, что копил на него два года. А позавчера к отцу пришёл старый Кеола и сказал, что хочет чтоб я стала женой его сына!

— Наконец-то, сестрёнка! Я так рад! — искренне порадовался я за Хаэату. — И… когда?

Блин, а что здесь? Свадьба? Обряд какой?

— Так я и сказала отцу, что схожу к шаману, договорюсь на счёт обряда. Он, конечно, поворчал, что этим должен будущий муж заниматься, но я ответила, что Энеле сейчас очень занят на поле.

Ага, помню. Посадочная страда или как правильно? Никогда не был аграрием.

— Ладно, что это я стою тут! — всплеснула Хаэата, — я же тебе обещала еды дать!

— Слушай, может не надо? Не нагорит?

— Да кто узнает то? — подмигнула сестра, как вдруг…

— Хеху! — резанул по ушам громкий возглас.

Я крутанулся, одновременно понижая силуэт — ну это скорее по привычке, и выставил копье. Но защищаться или нападать не пришлось — на лужайку перед домом шагнули по очереди отец, старший брат Акахата, средний Эруэра, а Фива, жена старшего брата с дочерями и мама выглядывали из-за их спин.

— Я же говорил, — с перекошенной от презрения мордой, бросил Эруэра, — ублюдок оголодает и прибежит домой как миленький.

«Да, Хеху, тебя тут любят» не удержался я от сарказма. «Внутренняя шиза» промолчала.

— Ты наконец одумался, Хеху и пришёл сдаваться? — сурово сдвинул брови отец.

— С хера ли? — я аж прыснул от удивления я. Потом качнул головой, добавил с лёгкой усмешкой, — нет.

— Ты обязан это сделать, Хеху!

Грозный рык патриарха смешался с репликой Акахаты:

— Зачем же ты пришёл?

И тут же, без паузы влезла его жёнушка:

— А я говорила, что девчонка его подкармливает! За едой он пришёл, нахлебник! Семье еды не хватает, а она беглого преступника кормит!

— Заткнись, тварь, — оборвал я Фиву, — пока я сам тебя не заткнул. Мужчины разговаривают. Иль почувствовала себя хозяйкой в доме? Мои отец и мать ещё живы… А ты, — не удержался, — не укоротишь язык, можешь их и не пережить!