Чтение онлайн

Чуть подсдувшись ответил Хеху.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, — добавил в голос иронии, — получается, ты должен был получить… ничего? И теперь тебя лишат…этого ничего? Я ничего не упускаю?

— Ты… ты…

Задохнулся бедолага в попытке подобрать слова. Но что-то у него ничего не выходило. Наконец в голове прозвучало:

— Я бы жил нормальной жизнью, демон, если бы не ты! Нормальной! Просто помогал бы отцу, пока он жив, потом брату… У меня был бы нормальный кров над головой, а не то, что сейчас!

Я непроизвольно покосился на навес, установленный сейчас над топчаном.

— У меня всегда была бы нормальная еда!

Хм…

— Я… я… я был бы с семьей! А не как сейчас, изгой, неизвестно где, в окружении злобных духов леса и моря!

Теперь меня окатило такой тоской, что впору было зарыдать в голос.

— Значит так, пацан, — меня начинал раздражать затянувшийся разговор, — слушай меня и мотай на ус…

— Что?

— Меня слушай! — прикрикнул я на внутреннего собеседника. — Первое. Насчёт еды. Я так понимаю, что участок ваш не так уж и много приносит урожая? Рано или поздно у Акахаты появится наследник, средний брат тогда тоже приведет женщину в дом, и тоже родит детей… Уже сейчас вы не сказать, чтоб объедаетесь. Не голодаете, да. Но когда едоков прибавится, как ты думаешь, кому первому урежут пайку?

— Нам всегда хватало.

Но голосок в голове дрогнул.

— Окей!.. Ты слышал когда-нибудь о неурожаях? — я, конечно, блефовал, ибо хрен её знает, эту местную агротехнику. Бывают здесь когда-нибудь засухи или заморозки? Сомневаюсь. — Что будет, если земля даст меньший урожай? Или вообще не даст?

— Как это не даст?

— Недород! Слышал такое слово?

— Ну…

Уверенности в голосе Хеху было всё меньше и меньше.

— … дедушка, когда был ещё жив, кажется, рассказывал о чём-то подобном…

— Вот видишь! Теперь второе, на счёт семьи. Не обманывайся Хеху, твои братья тебя просто ненавидят. Скажешь, это только вчера началось?

Новая порция тоски придавила плечи.

— Они… никогда меня не любили… Особенно Фива.

— Всё просто, Хеху. Она видит в тебе потенциальный лишний рот, который, кстати, не сильно и помогает в выращивании урожая. А ей надо думать о своих детях, так уж устроены женщины.

Хеху промолчал.

— Кстати, пацан. А что тебе светило, в плане семьи? Может Кири вышла бы за тебя замуж? Нарожала тебе детишек?

— Нет.

В голосе явственно слышались слезы. Даже мне всплакнуть захотелось. Эх, блин, эти общие эмоции!

— Конечно, она никогда не станет моей женой. Я ведь не старший в роду… Даже Энеле, жених Хаэаты, старший сын Кеолы два года собирал приданное, чтоб не стыдно было предстать перед предками, когда шаман будет проводить ритуал… А мне… даже и думать об этом бестолку.

— Понятно, с девушкой тоже облом, — подытожил я.

Ну что, добиваю?

— И, как ты думаешь… — я специально потянул паузу, — как быстро тебе дадут пинка под зад, после смерти матери? Прям на следующий день или подождут ближайшего сбора урожая? — говорил я нарочито жестко, как с провинившимся салагой, рассказывая ему незавидные перспективы дальнейшего существования. — И что ты будешь делать тогда? Оставшись без крова, без пропитани, и без семьи.

— Заткнись, заткнись, заткнись!!!

Взорвался Хеху, осыпая меня эмоциями злости.

— Как же я хочу, чтоб ты умер, демон! Я… я… Я найду способ тебе отомстить! Вот! В следующий раз, когда ты полезешь в свою глупую соленую воду, я дождусь, когда ты залезешь поглубже, и… и… так испугаюсь! Я…

Не знаю почему, но на меня навалилась грусть. Моя собственная, без участия окопавшегося в моей голове сознания аборигенского паренька.

Мне вдруг стало жалко этого бедолагу. По сути он — это запланированные потери местной социально-экономической организации: лишний рот, третий сын когда и второй-то рассматривается как резервный. Не светит ему в жизни вообще ничего, и податься, с местной кастовой системой ему просто некуда.

— Ты злишься на меня, парень, потому что я сказал тебе правду, — проговорил я устало. — Никто не любит тех, кто открывает глаза. Понимаю, не знать и жить в иллюзиях очень удобно. Но — до поры до времени. Подумай над этим, а мне надо тренироваться.

Уже после тренировки, сидя за ужином в своем шезлонге, созерцая фосфоресцирующую воду, я спросил.

— Слушай, Хеху, можешь мне ответить на один вопрос? Только попробуй отнестись к нему спокойно, без истерик.

«Шиза», промолчавшая всё время тренировки, и даже не вякнувшая, когда я нырял, и довольно глубоко, долго не отвечала. Я уж решил, что сегодня я пацана больше не услышу, но…

— Спрашивай, демон.

— Я Скат, ты же помнишь?

— Спрашивай… Скат.

— Скажи… — теперь уже я замялся, подбирая слова, — а что имела в виду эта сук… жена твоего старшего брата, когда называла тебя… приблудным?

Хеху не отвечал долго. Очень долго.

— Иногда я слышал… от братьев… что отец… в смысле Хохепа…

Тяжкий вздох

— … не мой отец.

— А мать?

— Мама моя…

— Во-о-от как… — протянул я. — И кто же…

— Мой настоящий отец? Не знаю. Никто не говорил об этом.

Вот чёрт! Кстати… Я непроизвольно бросил взгляд на свои руки-ноги… То-то я замечал, что Хеху сложен несколько иначе, чем все эти «земляки». Я не такой коренастый, как остальные мужчины касты, у меня более длинные конечности. Но всё это я относил к «доходяжности» парня. Хотя… Почему тогда я одного роста с Хаэатой, если она старше меня на три года? Был бы нормальным недокормышем, так не вымахал бы. Кстати! Я хоть и ниже этого Кая, но ведь не критически! При том, что все мужчины касты земли ниже и рыбаков, и тем более воинов. И, предполагаю, что ныряльщики, не испытывающие дефицита белков и вообще пропитания, тоже не недомерки.

Интересное кино…

Впрочем, мне сейчас не до местного аналога индийского кино, с их «я твой брат, а я, оказывается твоя мать!». Мне нужно думать, как уносить ноги с этого острова, и именно этим завтра днём я и собирался заняться вплотную.

— Ну что, думали, что обложили?

Я усмехнулся — возле родного дома Хеху тусовался здоровый, татуированный детина с копьем и дубиной. Ещё четвёрка патрулировала окрестности посёлка людей земли, обходя его по кругу, изредка меняя маршрут и проходя меж домами.