Чтение онлайн

— Это значит сделать воинами всех, кто способен держать оружие в руках. От молодых мальчишек, ещё не вступивших в возраст воина, до стариков, если они способны поднять меч. Я даже не возражаю против женского отряда, если такие найдутся и захотят быть воинами. Сейчас нам пригодится любая помощь.

Терс выслушал не перебивая. Да и что перебивать, когда ситуация ясная, и требуется напряжение всех сил. Пообещав разослать с утра гонцов в самые отдаленные селения, Терс поднялся, собираясь уходить.

— Пусть твои люди сообщат в поселениях, что каждый, кто придет на войну с врагом, будет освобожден от всех налогов на два сезона, — подкинул идею парню. — Они ещё не нация, чтобы бескорыстно отдавать свои жизни, им семьи кормить надо. А освободив от налога, мы дадим им возможность продержаться в случае гибели кормильца.

После ухода Терса попросил Нату принести пергамент и чернила. Разложив пергамент на столе, стал схематически наносить основные точки на самодельной карте: мне надо было видеть всё перед глазами, чтобы выбрать правильную стратегию. Карта у меня получилась безобразная, но главные точки на неё я нанес относительно правильно: Берлин, Максель, Мехик, Будилиха. При вписывании последнего населенного пункта в голове что-то щелкнуло. Но сколько ни пытался понять, что именно мне сигнализировала подкорка, так и не смог.

Вместо погибшего Борда, новым военачальником Берлина был некий Васт, оказавшийся родственником Терса. При назначении его на должность Терс приходил за моим согласием и получил его, так как я старался не вмешиваться в дела правителя Берлина. Со своими подчиненными пусть определяется сам, ему виднее. Васт был неглупым мужчиной примерно на пару лет старше меня. Внимательно склонившись над картой, вслушивался в каждое мое слово.

Предварительный план обороны не отличался сложной схемой или воинскими премудростями. Часть воинов, как и планировалось, следовало отправить на помощь Шраму: падение Мехика открывало путь опасному врагу. Но пограничный городок был трудным орешком: при достаточном количестве бойцов его просто так не взять. Труднее обеспечить защиту от сатанистов: в их распоряжении — море для нападения с кораблей и высадки десанта. Это не говоря о том, что, в отличие от Мехика, Берлин и окрестности не защищала неприступная стена. Ландшафт в этой местности был преимущественно равнинный с труднопроходимыми лесами.

Где встречать армию сатанистов? Основная масса пойдет по суше — или будет десант морской пехоты? Кораблей у них не так много, чтобы перевезти сразу много воинов. Но что мешает Никону или Тихону заранее перевезти часть воинов и спрятать их в лесах недалеко от Берлина? Вариантов для нападения у сатанистов много, и надо понять, какой они выберут. Основное направление атаки понятно со слов Ганса, переданные мне Илсом: будет наступление по суше и высадка десанта в Берлине. А если высадка будет не в самом Берлине? А проведут ее позади моих сухопутных сил, связанных битвой с частями сатанистов, наступающих по суше. Тогда мы попадем в окружение, а это — стопроцентное поражение. Помню, как мы меньшими силами выиграли у кроманьонцев, захвативших Плаж, сумев окружить и лишив их маневренности.

Васт — всего лишь исполнитель, на слова «какой план сражения ты видишь» скромно ссылается на мою волю. Опечаленный Терс, скорее всего, уже в обнимку с ячменкой, Богдан не разбирается в тактике и стратегии. Опять всё надо делать самому, но я тоже не специалист по военному делу и тактике. Я выигрывал сражения, но в основном это были неорганизованные толпы дикарей. А сатанисты — люди довольно умные, не считая у них наличия отличного огнестрельного оружия.

— Значит, так: Васт — отправь две сотни воинов на подмогу Шраму. Если наш северный фронт прорвут — Дойчи не пожалеют никого. С завтрашнего дня начнут приходить люди из мелких поселений: ставь над ними опытных воинов, десятниками. Будем делать отряды из опытных воинов и новобранцев. У нас очень мало времени на подготовку: каждый день должны быть тренировки, с утра до позднего вечера.

— Макс Са, а как быть с арбалетчиками и стрелками? Васт не дурак, не забывает, что наша основная надежда — на арбалеты и огнестрельное оружие.

— Арбалетчиками займутся Арн и Мерс, а стрелков тренировать будет Баск — он лучший среди Русов. Я буду контролировать весь процесс вместе с тобой, так что работы нам хватит. Сейчас займись формированием отрядов из прибывших из Макселя Русов — обязательно сделай так, чтобы половину отряда составляли опытные воины.

Уже у двери Васт вспомнил про отряд неандертальцев Панса.

— Для них тоже найдется задание, хочу их использовать в лесах, по дороге на Берлин, — не стал вдаваться в подробности, отпуская Васта. Был у меня план отправить Пансу к самой Роне, чтобы он постоянно тревожил сатанистов набегами, нападая на их дозоры и патрули. Неандертальцы — дети дикой природы, никто лучше них не умеет растворяться среди деревьев в лесу и маскироваться среди камней на побережье.

Всю следующую неделю прибывали добровольцы, соблазнившись на возможность два сезона не платить налоги. Большинство из них были уже в возрасте, попадались и совсем юные. Васт формировал отряд из добровольцев, назначал им десятника и определял к будущему командиру-сотнику. После отправки двух сотен воинов к Шраму, в основном копейщиков, у нас осталось всего три с половиной сотни профессиональных воинов. За неделю добавилась ещё сотня добровольцев, и сотня из Макселя стала более-менее выполнять команды и владеть оружием. В Мехике оставалось около трех десятков арбалетчиков — это были опытные воины, прошедшие тяжелое сражение. Число арбалетчиков в Берлине достигло семидесяти, пришлось разделить их на два отряда, но все они были новички.

Каждый день Арн и Мерс с самого утра до позднего вечера заставляли их тренироваться, чтобы движения доходили до автоматизма. Баск имел в своем подчинении уже тринадцать стрелков — изготовление ружей занимало намного больше времени. К дате предполагаемого нападения число стрелков могло достигнуть двадцати пяти — тридцати. Я не стал собирать лучников в отдельный отряд — каждой сотне придавалось по двадцать лучников, пятнадцать арбалетчиков. А вот стрелки планировались отдельным мобильным отрядом, призванным решить исход конкретной схватки за счет огнестрельного оружия.

Двадцать второго мая поток добровольцев прекратился. Численность всей нашей армии составляла девятьсот сорок два человек, не считая стрелков. Почти половина наспех собранного воинства никогда не сражалась и не видела врага с оружием в руках. Это были крестьяне, охотники, дровосеки, но объединяло их одно — желание защищать свои земли. Сформировался даже небольшой женский отряд, скорее являющийся вспомогательным, чем боевым. В очередной раз вспомнил рыжую бестию Мию — будь она здесь, быстро натаскала бы женщин в настоящих воительниц.

Вопреки расхожему мнению, женщины каменного века вояками были никудышными. Человек становится воином, отстаивая свою жизнь. Женщинам это было ни к чему — их способность рожать делала их ценным товаром. Напав на чужое племя, дикари крайне редко убивали женщин, предпочитая сходиться с ними для продолжения рода. И очень часто не обремененные нормой морали плененные женщины с удовольствием вступали в интимную связь с пленителями, не выказывая ни малейшего недовольства. Если напавший дикарь оказался сильнее ее мужчины и победил — значит, с ней она защищена больше. Это потом, с формированием народностей и наций, будет меняться мировоззрение по отношению к захватчикам.

За последние две недели я практически не бывал дома, приходя так поздно, что Ната уже спала. Сегодня усталость взяла свое: попрощавшись с Вастом, побрел домой, думая, что «День Х» скоро наступит.

— Как хорошо, что ты пришел раньше, я попробовала сегодня сделать суп, — обрадовалась Ната моему приходу. Готовила она отвратительно, постоянно недосаливая или конкретно пересаливая. «Суп» в ее словах звучал как приговор моему желудку. Вымученно улыбнувшись, сел хлебать жидкое варево, оказавшееся очень даже вкусным.