Чтение онлайн

— А Игорь не против будет? — хмыкнул я.

— Так это он и предложил тебя позвать, — проговорила Даша. — Говорит, что недоразумения надо решать сразу…

Домик лыжного проката стоял на отшибе, за хозяйственными постройками, рядом с незаметной боковой калиткой. Если бы не знал, куда идти, фиг бы я обратил внимание на прилепившееся к забору ничем не примечательное одноэтажное здание, покрашенное почему-то в веселенький розовый.

Но вел нас Игорь, который шел уверенно, будто был здесь далеко не впервые. Вообще-то, первым моим желанием было отказаться. Мало того, что я не очень-то любил зимние виды спорта, так еще и ситуация какая-то насквозь непонятная. И бодрый Игорь, охваченный спортивным рвением… Но пока я крутил в голове эти все сомнения, враг мой язык уже произнес:

— Отличная идея, Даша! Конечно же, я в деле!

Внутри пахло деревом, лыжной мазью и кожей. Распорядителем над лыжами была бабушка бодрого вида в синем спортивном костюме и наброшенном на плечи овчином жилете.

— Захотели на лыжах покататься, ребятишки? — радостно спросила она, когда мы трое вошли в пустой холл лыжного проката. Он был совсем крохотным, ненамного больше моей коммуналки. По бокам — две низких скамейки как будто из спортзала. Ну и дверь в склад с лыжами. — Хорошее дело, воздухом дышать полезно! А еще и снега навалило, красота в лесу сейчас!

— А дистанция размечена? — расстегивая молнию на своих изящных сапожках на высоких каблуках, спросила Даша.

— А то как же! — бабушка хлопнула себя по бедрам. — Зеленые метки — три километра, желтые — пять километров, красные — семь километров. Вот как за калитку выйдете, так сразу и увидите все.

Я отстегнул жесткие ботинки от лыж «Быстрица» и принялся переобуваться. Что-то мне во всей это ситуации не нравилось. Тревожило, как будто камешек под пяткой. Будто я должен что-то вспомнить важное, и тогда пазл сам собой сложится. Но в голову ничего не приходило, так что ничего не оставалось, кроме как завязывать короткие хвостики шнурков, натирать лыжины бруском «Висти» и поддерживать разговор в жизнерадостном ключе. И поглядывать на Игоря незаметно, чтобы понять, что же он такое задумал. Не может же быть, что он просто так решил нам все простить и забыть. Ну а что такого? Покатаемся на лыжах, пожмем друг другу руки, в конце концов, мы же братья… А братья не должны ссориться по таким пустякам.

Внутренний голос поднял табличку «Сарказм».

Игорь Мельников, которого я знал, точно не отличался великодушием. Особенно в вопросах вольного отношения к его собственности. К которой женщины он тоже относил, как и большинство деятелей дикой экономики девяностых.

Тут дверь распахнулась, и внутрь ввалился запыхавшийся парень. Опять же смутно знакомый, сталкивались на заводе. Просто сложно запомнить всех несколько тысяч сотрудников, даже если регулярно их лица видишь.

— Игорь Алексеевич! Уф! — заполошно выдохнул он, схватившись за стену. — Хорошо, что я успел вас тут застать!

— Что-то случилось? — Игорь деловито поднял голову от своего ботинка.

— Да! — посыльный энергично закивал. — Там Прохор Иванович говорит, что отчет неполный, а остальные бумаги найти не может. А ему нужно…

— Так у меня в портфеле же… — начал Игорь, потом махнул рукой. — Ай, ладно, я не объясню вот так просто. Дашута, Ваня, вы езжайте катайтесь, тогда, а меня труба зовет. На обеде увидимся!

Брат торопливо скинул лыжные ботинки и сунул ноги обратно в свои.

— Так может потом покатаемся? — нерешительно спросила Даша.

— Нет-нет, начатое нужно завершать! — Игорь похлопал Дашу по плечу. — Вот и Зинаида Захаровна вам тоже скажет!

— Конечно надо идти кататься, ребятишки! — тут же включилась смотрительница лыжного склада. — Такая погода отличная, а воздух какой!

— Воздух — это да, — покивал я. Игорь накинул дубленку, махнул нам рукой и выскочил на улицу. Громго грохнула притянутая тугой пружиной дверь. Мы с Дашей переглянулись.

— Ну что, ты готова? — спросил я.

Вообще-то было и правда чудо как хорошо. Лыжню слегка припорошило, со вчерашнего дня явно никто еще не катался. Но воздух, ммм… Я прямо-таки пьянел, вдыхая его. Снова словил это забавное ощущение. Как только я пытался целиком и полностью контролировать движения, то становился неуклюжим и неловким. Лыжи проскальзывали, палки втыкались как-то по-дурацки, пару раз даже чуть позорно не упал. Но стоило мне отвлечься и предоставить телу действовать самостоятельно, как включалась моторная память, движения становились отточенными и ловкими, и я начинал скользить между белоснежными сугробами как настоящий гонщик. Просто Иван Мельников явно лучше катался на лыжах, чем Жан Колокольников.

— Странно, что никто не катается, правда? — спросила Даша, когда мы приостановились на краю небольшой горки. — Здесь лучше, чем на нашей лыжной базе, красивее, вид такой на Киневу прекрасный…

— Даша, так что у вас произошло, может расскажешь? — спросил я.

— Ну… — Даша смутилась. — Я после того, как… Ну… В общем, я не находила себе места и решила позвонить. Чтобы понять, как мы теперь. Даже если он обругает и скажет, что знать меня больше не хочет, то это все равно лучше, чем неопределенность.

— И что? — спросил я, когда пауза затянулась.

— Он предложил встретиться и поговорить, — продолжила девушка, стягивая с руки варежку. — Очень сухо так. Я думала, что не хочет по телефону объясняться. Потом мы встретились. Поговорили. Сначала он был очень зол. Цедил сквозь зубы, обзывался по-всякому. А потом… Не понимаю я, что случилось. Он вдруг переменился в лице. Сказал что, мол, нет, он так не может. Что любит меня и не хочет потерять. И что если я готова оставаться его невестой, он меня прощает. Ну, взял с меня слово, что такого не повторится еще. И мы пошли в ресторан. Вот. Все… Ой, поехали уже дальше, а то я начинаю мерзнуть…

Я оттолкнулся палками и скатился с горки вниз. Остановился красивым виражом и повернулся к Даше. Махнул ей, мол давай, съезжай уже! Она немного помедлила, потом тоже скользнула по склону вниз. Но не удержала равновесие, взмахнула палками и упала на бок.

Я слушал, как она смеется, а по спине пополз липкий холодок. Я вспомнил. Первая жена Игоря, Мисс Очарование на первом новокиневском конкурсе красоты. Когда это? Восемьдесят седьмой? Восемьдесят восьмой? Там тоже была лыжная прогулка. В Союзе уже началась гласность, так что гибель девушки прогремела во всех газетах. Я листал эти архивы. Дело было скандальным и очень шумным. Карина Светина, юная студентка института культуры, вторая красавица города отправилась кататься на лыжах с лучшим другом Игоря Мельникова, потому что сам он не смог, у него были какие-то дела. И этот лучший друг, как оказалось, тоже был в нее тайно влюблен. Вызвал ее на серьезный разговор, признался в чувствах, попросил ее руки и сердца… И когда она гневно отказала, всадил ей в печень нож. И бросил ее тело в заснеженном лесу. Во всяком случае, именно так это дело преподнесли широкой публике журналисты.

Бывший лучший друг сел за жестокое убийство. Безутешный Игорь, потерявший сразу же и друга, и молодую жену, остался весь в белом.

— Сейчас я еще раз скачусь! — Даша поднялась на ноги и стала неуклюжей елочкой взбираться по склону обратно наверх. — Даю слово, у меня получится!

— Даша, не надо, — окликнул я. — Иди сюда.

— Что-то случилось? — Даша оглянулась, снова неловко взмахнула палками, но на ногах удержалась. Улыбка с ее лица медленно сползла. Она начала переставлять лыжи, чтобы развернуться, потом тихонько чертыхнулась, наклонилась и отстегнула крепление.