Чтение онлайн

***

Бладинский-младший жил в трехэтажном мрачноватом коттедже, выполненным в готическом стиле. Стоило нам подъехать к высокому забору, ворота тут же открылись. На парковке перед крыльцом уже стоял черный Мерседес, но и для нашего автомобиля нашлось место.

Гоблин, насладившись моим поединком с Мелькиным, поехал на базу. Адду, Риту и ошарашенных кровавой битвой голубков я отправил вместе с ним, хотя полугоблинша и девушка-оборотень до последнего противились, а Андрей пытался делать вид, что с ним все в полном порядке.

Валерий вместе с со своей супругой — красивой белокурой женщиной с бледной кожей, встретили нас лично. Все вместе мы прошли в гостиную, где за столом уже сидел Клыков, а улыбающаяся служанка разливала чай.

Сергей Андреевич поднялся на ноги и протянул руку. Я ответил на рукопожатие. Остальным (в том числе и Арнольду) он молча кивнул.

— Присаживайтесь, — равным тоном предложил Валерий.

Отодвинув стул, я мысленно усмехнулся, пытаясь понять, зачем безэмоциональным вампирам нужна домработница с улыбкой, как в рекламе высококлассной зубной пасты? Какие-то свои расовые заморочки? Или личностный пунктик?

— Пока мы не начали, позвольте и мне поблагодарить вас, — Клыков почтительно склонил голову и рассказал о своей последней неделе. Если в двух словах, тоже самое, что и у Бладинского. Сергей Андреевич предполагал, что Мелькин мутит воду, высказал ему в лицо свои догадки и так же в лоб получил ответ, мол, будешь вякать — всех под нож пустим.

Вот и сидели два пня — глава общины и один из ее лидеров, ждали у моря погоды. Хотя нет, все-таки именно благодаря наводке Бладинского я устроил Суд Крови. Так что нельзя считать, что они совсем уж не боролись за свое будущее.

— Простите за опоздание, — улыбчивая служанка открыла дверь гостиной, и в помещение вошел старейшина Юрий. Его мохнатый тезка — мой фамильяр, поднял голову от орехов, любезно предложенных хозяйкой дома и, посмотрев на пожилого вампира, пискнул, махнув лапкой. Мол, заходи, чего как не родной? Потом, потеряв к мужчине всякий интерес, грызун снова вернулся к своему излюбленному занятию — продолжил набивать щеки.

Служанка налила чай вновь прибывшему и отрезала ему кусочек торта. Не самый здоровый перекус для ночного времени суток, но никто из присутствующих на подобные мелочи внимания не обращал. Говорят, у одаренных немного иной обмен веществ, так что даже дамы — Кимира и Людмила Бладинская не отказывали себе в сладком бисквитном удовольствии. Торт и правда был хорош.

— Я думаю, вы догадываетесь, почему я срочно хотел встретиться с вами, — начал я, ковыряясь ложкой в остатках десерта, — но проще будет, если я сам обозначу цель визита. Меня интересует, что дальше планирует делать община? Будете ли мстить Янету? Забудете про него? Что станет с теми из вампиров, кто поддержал Мелькина?

На мгновенье Бладинский нахмурился, но его лицо тут же разгладилось, и он спокойно произнес:

— Община не может просто так закрывать глаза на убийства своих членов. А тем более главы. Но и отправлять на смерть своих товарищей ради мести я не стану.

— Поддерживаю Валерия, — подал голос старейшина, повернувшись ко мне. — Я задержался, потому как мне не терпелось задать парочку вопросов ближайшим соратникам Леонида. Кое-что об этом Янете узнал, но, полагаю, вам известно гораздо больше. Не могли бы вы просветить нас?

Я охотно рассказал все, что мне известно о Валаксе и его силах. Как и ожидалось, вампиры слушали внимательно, выражением лиц напоминая каменных истуканов с острова Пасхи.

— Полноценный Наставник и Учитель, способный усиливаться до уровня Наставника, — проговорил старейшина, когда я закончил. — Валерий, нам не справиться с таким противником. Одним.

— Но и оставить все, как есть, мы тоже не можем, — спокойно добавил Клыков и замолчал, ожидая ответа своего главы.

Бладинский завис. Все-таки забавно наблюдать за тем, как вампиры думают. Они даже дышат в этот момент еле слышно — грудная клетка не вздымается, будто и в самом деле превращаются в статуи.

— Илья, мне не приятно вас просить, но…

— Но ты все равно попросишь, — фыркнул Арнольд, привлекая к себе внимания. Я наградил его гневным взглядом, и оборотень, все поняв, отвернулся, делая вид, что разглядывает репродукцию «Меланхолии» — одной из гравюр Дюрера.

Стоило ли брать с собой оборотня на переговоры с вампирами? До сих пор считаю, что да. Он — мой Страж. Терпите меня? Тогда терпите и моих Стражей. Да и самому Арнольду нужно поскорее срастись с новой ролью.

— Да, попрошу, — продолжил Бладинский, — точнее спрошу. Вы сами все еще воюете с Янетом, верно?

— Пока да, — кивнул я, в душе уже торжествующе хлопая в ладоши.

— Если вдруг у вас будет выбор убить его или не убивать, — он говорил весьма страшные вещи с равнодушным видом, — пожалуйста, убейте. Я… нет, вся наша община будет вам бескрайне благодарна.

— Если и пса его уничтожите, наша благодарность будет еще больше, — добавил Клыков. Я заметил, как Арнольд раздраженно дернулся, но к своей чести ничего не сказал.

На сей раз уже я взял театральную паузу, молчаливо размешивая остатки чая ложечкой.

— Я вас услышал, — произнес я, спустя несколько секунд. — Пусть я и не ставлю перед собой задачу физически уничтожить Янета, если подвернется случай, возможно, смогу порадовать вас.

— Этого более чем достаточно, Илья, — ответил Бладинский.

— А теперь я хотел бы перейти ко второму интересующему меня вопросу.

— При всем уважении, — отодвинув пустую чашку в сторону, сказал старейшина, — участь тех, кто поддерживал Леонида, стоит решать исключительно внутри общины.

— Старейшина! — немного громче обычного, но все так же ровно проговорил Валерий.

— Старейшина Юрий прав, — вступился за пожилого вампира я. На миг Бладинский удивленно поднял брови. — Я ни в коем случае не хочу вмешиваться во внутренние дела общины. Просто выскажу свое мнение, не более того. Ничто же не запрещает мне говорить то, о чем я думаю?

— Верно, — равнодушно кивнул Валерий.

— Вот и славно, — широко улыбнулся я. — Потому как думаю я следующее — не стоит всех грести одной гребенкой. Это я к тому, если кто-то вдруг предложит всех соучастников выгнать или еще хуже — казнить. Каждый имеет право на ошибку. Да, у Мелькина могли быть один-два истово преданных последователя, но большая часть, скорей всего, лишь шла за сильным лидером. Прошу прощения, Валерий, — легкий кивок в сторону Бладинского. Уверен, ему хватит ума не обижаться. — И не хотели раскола в общине.