Чтение онлайн

Первый же взрыв удовольствия получился настолько ярким, сильным и теплым, что жалкие остатки сомнений и страхов испарились, как капельки росы в пламени выхлопа стартующего крейсера. Второй подарил внутреннюю убежденность в том, что теперь мы с ней одно целое. А перед третьим нас стало трое.

Нет, близости с Ярославом так и не случилось. Но он начал добавлять к нашим прикосновениям свои, помогал мне сводить с ума Забаву, а ей – меня и очень осторожно «знакомил» нас с собой. И пусть в какой-то момент нам с Беклемишевой захотелось всего и сразу, мы приняли правила его игры и не стали торопиться, ибо знали, что он уже наш, а мы – его. В общем, наслаждались нежностью и млели от ни с чем не сравнимого счастья до тех пор, пока хватало выносливости. А под корабельное «утро», вымотавшись до состояния нестояния, несидения и нележания, обессиленно «растеклись» по мокрой простыне и нахально заявили, что все наши страхи повержены. В смысле, я доверяю Логачеву, как самой себе, а Забава видит в нем не братика, сыночка или друга, а любимого мужчину.

– Воительницы! – мягко улыбнулся он и, кажется, собирался продолжить нас хвалить, но был прерван на полуслове:

– Не угадал! Я – Панацея, богиня исцеления, Даша – Фрейя, богиня любви и войны, а ты бог ума и хитрости. Кстати, мы действительно готовы, так что следующая ночь – наша. Поэтому не вздумай выкручиваться, а то отомстим…

…Пока я заново переживала те волнующие часы, Забава успела убедить Мещерского в правильности нашего взгляда на отношение к окружающему миру, а он, капитулировав, начал рассказывать о тех районах Крещатика , над которыми мы пролетали.

О второй столице Империи я знала предостаточно, однако к рассказам князя прислушалась. Как оказалось, не зря – он знакомил нас с этим городом через призму своих личных впечатлений, полученных в молодости, во время учебы в местной Академии ИСБ.

Его истории оказалось в разы интереснее и жизненнее, чем излишне прилизанные описания с официального сайта планеты или закадровые байки гидов, сопровождающих виртуальные экскурсии. Ну, от кого еще можно было узнать, что самые вкусные беляши на всем Новом Киеве продают на площади Трех Кобзарей; что в торгово-развлекательном комплексе «Рассвет», расположенном под перекрестком улиц Кленовой и Тимирязева, есть виртполигон, в котором все желающие могут повоевать почти с любым существом, когда-либо описанным в фантастических романах; что на излучине Десны рядом с Хрустальным мостом прогуливают лекции студентки Института Информационных Технологий и так далее? Увы, не успела я представить себя курсантом, вырвавшимся в долгожданное увольнение, как на переднем обзорном экране «Триария» появился хорошо узнаваемый шпиль Дворянского Собрания, и тяжелая машина, вывалившись из сплошного потока других флаеров, плавно ушла в коридор замедления.

Естественно, я сразу же обратила внимание на многочисленные купола Андреевского собора, искрящиеся сусальным золотом, затем полюбовалась высоченными башнями делового центра столицы, пожалела о том, что площадь Покорителей Космоса с памятником Юрию Гагарину остается в стороне, и, наконец, прикипела взглядом к вершине Красного Холма, на которой привольно раскинулся комплекс зданий Летнего Дворца.

Об этом месте я знала все или почти все. Могла назвать дату начала закладки первого камня в основание главного здания, спроектированного одним из величайших архитекторов прошлого века Дмитрием Афанасьевичем Львовым. Могла перечислить породы цветных камней, которые использовались при отделке и оформлении каждого из трех с лишним десятков строений этого комплекса. Могла заменить профессионального экскурсовода и провести экскурсию по любому из восемнадцати стандартных маршрутов. Только все эти знания были получены из виртуальных учебных курсов, а «Триарий» снижался ко вполне реальному Гостевому Домику, прячущемуся в буйных зарослях Бамбуковой Рощи, а под днищем медленно проплывал тот самый Лабиринт Роз, по которому я когда-то «бродила» ночи напролет!

В общем, до зависания машины на посадочных антигравах над зеленой лужайкой я не слышала никого и ничего. А потом пришло время разочарований – «дерн» сочного зеленого цвета оказался высококачественной голограммой, скрывающей площадку подачи воздушного транспорта в подземный ангар; тоннель, по которому нас повлекло вниз, убил обыденной серостью стен; посадочное место показалось сугубо утилитарным и так далее. Так что к лифтам я подошла чуть-чуть расстроенной. Прокатилась до второго надземного этажа, вышла в холл, отделанный малахитом, слегка расслабилась и более-менее спокойно выслушала инструкции князя Мещерского. А потом повернула направо, добралась до двери с цифрой «27», скинула на терминал системы контроля доступа айдишку, переступила через порог и онемела – в центре великолепно оборудованного будуара стояла я… в умопомрачительно красивом брючном костюме конца прошлого века!

Пока я хлопала ресницами, пытаясь привыкнуть к себе-аристократке, воздух рядом с голограммой сгустился в виртуальную помощницу. А она, присев в реверансе, мило улыбнувшись и представившись, погнала меня по всем кругам ада. В смысле, по «полосе препятствий», начинающейся в навороченной душевой кабинке и заканчивающейся в высокотехнологичном косметическом комплексе «Афродита» последнего модельного года! И хотя все «команды» подавались очень мягко и голосом, способным очаровать даже законченного мизантропа, уже через десять минут я почувствовала себя куклой в руках заигравшегося ребенка. Ведь Марина не отклонялась от кем-то составленной программы действий ни на шаг, «не слышала» возражений и отказывалась понимать, что большую часть навязываемых процедур я сделала совсем недавно!

В общем, пришлось терпеть бесконечные «издевательства», вспоминать счастливые часы, проведенные с Забавой в «Королеве Красоты», и составлять неудобных список вопросов организаторам этого «шоу». А когда истязания закончились, и гардероб, наконец, призывно распахнул дверцы, мне страшно захотелось познакомиться с неведомым стилистом. Почему? Да потому, что единственный комплект белья, который обнаружился на одной из полок, по моим представлениям, можно было надевать только перед романтическим свиданием с гарантированным продолжением «общения» в постели! Да, я напомнила себе слова мамы, как-то сказавшей, что микродроны, продающиеся в любом магазине электроники и доступные любому подростку, быстро отучают стесняться собственного тела, но мысль о том, что какой-то урод примерял ЭТО к голограмме моей фигуры, взбесила до невозможности. Тем не менее, «пытку» я выдержала до конца. В смысле, отказалась снимать комм и менять серьги, подаренные Яриком, на предложенный комплект драгоценностей, надела пошитый для меня наряд, влезла в туфельки на высоченных каблуках и закрепила на бедре кобуру с «Кипарисом», ибо без оружия чувствовала себя хуже, чем без рук. А когда Марина попыталась возмутиться, заявила, что у нас, на Рубеже, без игольников ходят только дети до восьми лет.

Последнее заявление переполнило чашу терпения личности, незримо контролировавшей процесс моего одевания через Марину, и уже через пару минут на моей голограмме начали возникать кобуры, внешний вид и расцветка которых идеально подходили и к наряду, и к комму, и к серьгам. Тут я уже не упиралась – подобрала самый интересный вариант, почти без внутреннего сопротивления полюбовалась своим отражением в здоровенном зеркале, поблагодарила помощницу и вышла в коридор. А там не удержалась от улыбки, увидев игольники на бедрах Ярика и Забавы!

– Вы, порубежники, неисправимы… - вздохнул князь Мещерский, обнаружившийся в небольшой нише. – Кстати, обязан предупредить, что ваши новые «аксессуары» заметно технологичнее старых. И в некоторых помещениях дворца не позволят выхватить оружие…

…От Гостевого Домика до основного здании Летнего Дворца мы добирались по подземным тоннелям на небольшом, но очень уютном флаере. Все время полета внутренние стены машины оставались непрозрачными, а ее обзорные экраны демонстрировали самые выигрышные виды дворцовой территории, фрагменты записей каких-то балов, приемов и праздников. Прекрасно понимая, что это делается из соображений безопасности венценосных персон, мы с интересом посмотрели предложенную запись. А когда транспорт добрался до точки назначения, вышли на перрон, прошли до лифтового холла и загрузились в кабинку, оформление которой просто убило роскошью. Точно так же убил и очередной холл, с которого начиналась так называемая «Тропинкой в Лето». Однако пялиться по сторонам мы сочли невместным и прогулочным шагом пошли по широченному коридору в направлении Веранды.

Да, эта часть Летнего Дворца вызывала у критиков архитектурного шедевра наибольшие нарекания, но мне в ней оказалось по-настоящему уютно. И не только из-за того, что я опиралась на предплечье своего мужчины – мне нравилось выглядывать в виртуальные окна, за которыми располагались трехмерные голограммы самых красивых уголков летних курортов Империи, вдыхать «ароматические шлейфы» каждого из них и мысленно проговаривать имена и отчества тех Романовых, которые когда-то открыли для их родичей то или иное место.

Впрочем, неуемное любопытство уняла без посторонней «помощи» сразу после того, как полюбовалась белоснежным песком и лазурным океаном с архипелага Утренней Росы со Смоленска-три. И последние три десятка шагов до нужного поворота уже не шла, а шествовала. Соответственно, успела настроиться на Большую Игру еще до того, как наша троица появилась в поле зрения Императорских Гвардейцев, изображавших недвижные статуи по обе стороны от резных дверей из мореного дуба.

Как и следовало ожидать, объяснение правил поведения в присутствии венценосных особ не затянулось, и ровно в девять утра по времени Крещатика мы перешагнули через порог одной из самых известных малых трапезных Летнего Дворца. Первые минуты полторы Ярослав и Забава вдумчиво изучали место будущей «битвы». В смысле, разглядывали стол, сервированный на шесть персон, и, вероятнее всего, вспоминали наше ночное занятие. А когда убедились, что на столе нет ничего сверхъестественного, ощутимо расслабились и позволили себе оглядеться. Сначала восхитились красоте картины, выложенной из паркета, затем оценили гобелены ручной работы, натянутые вдоль стен вместо обоев, полюбовались дизайном кованой люстры и так далее. А через какое-то время сообразили, что небольшое озерцо, окруженное зеленой «подковой» елового бора, на которое выходит веранда, вполне реально, и прикипели к нему взглядами.