Чтение онлайн

На мой взгляд, и пилот, и телохранители сопровождали супруг Императора отнюдь не в качестве мебели, но озвучивать эту мысль я не стал – поздоровался, заявил, что искренне рад снова видеть их в своем доме, и… схлопотал кулачком в правое подреберье. От Романовой. Слава богу, не в ангаре, а уже в лифтовом холле:

– Ярослав, давай без церемоний, а? От них и так тошнит!

– Лады! – кивнул я, пропустил женщин в лифтовую кабинку, вошел следом и сделал не совсем искренний комплимент: - Ну вот, обещали прилететь по-домашнему, а каждый образ – законченное произведение искусства! Нет, я в восторге, но девчонки застрелятся.

Женщины засияли, не очень убедительно обозвали меня льстецом и еще раз оглядели себя в ростовом зеркале. А я мысленно вздохнул – да, и прически, и платьица, и даже духи были подобраны с безупречным вкусом, то есть, подчеркивали достоинства и скрывали немногие недостатки. Но оба наряда, на мой взгляд, были несколько… хм… легкомысленными, что ли?

В чем это выражалось? Струящаяся ткань свободного летнего платья Романовой едва заметно просвечивала и каким-то образом приковывала взгляд к ее бедрам, хотя подол скрывал даже колени. А «простенький» кулон и прямоугольный вырез обтягивающей блузки Белкиной привлекали внимание к аппетитной ложбинке между полушариями полной и высокой груди. Нет, оба образа были интересными и ни в коем случае не вульгарными. Но для визита к нам можно было подобрать что-нибудь понейтральнее.

Пока я оценивал наряды, а гостьи поправляли непослушные пряди, кабинка остановилась, а двери разъехались в стороны. Анна Николаевна тут же потянула носом, многозначительно пихнула подругу бедром и вытолкала меня в холл:

– Твоя Даша просто чудо. Хотя и бьет по самому больному: я готова на все за свинину в кисло-сладком соусе и профитрольки с заварным кремом, а Танюшка сходит с ума от беляшей и «Идеала».

– То есть, вы уже мысленно за столом, и не сможете уделить мне даже пару минут для приватной беседы? – притворно расстроился я.

– У тебя есть тридцать секунд! – «нехотя» пошла мне навстречу Романова. – Потом мы за себя не ручаемся.

Я посерьезнел:

– Предложение о союзе еще в силе?

Императрица подошла ко мне почти вплотную, несколько мгновений что-то искала в моих глазах, а затем задала встречный вопрос:

– Можешь сказать, что лично для тебя значит понятие «дружба» и чем оно отличается от «союза»?

– Если очень коротко, то дружба – это отношения, в которых каждая сторона делает все, что может. А союз – это отношения, в которых стороны ограничиваются выполнением взятых на себя обязательств и не более.

– Отлично! Тогда мы предлагаем не союз, а дружбу. Причем в твоем понимании этого слова.

– И будем по-настоящему счастливы, если вы согласитесь… - без тени улыбки добавила Татьяна Константиновна.

Не знаю, почему, но я был уверен, что обе женщины говорят то, что думают, нисколько не преувеличивают и не пытаются втянуть нас в очередную игру. Поэтому послал куда подальше сомнения и улыбнулся:

– Скреплять отношения рукопожатиями будем, или как?

– Конечно! – заулыбались они, вложили ладошки в мою ладонь и озвучили еще одно условие: - Кстати, имей в виду, что теперь при личном общении побоку ВСЕ условности. Иначе что это за дружба?

Я прикрыл глаза, еще раз проанализировал их отношение ко мне и моим девчонкам, не нашел в нем ничего настораживающего и осторожно сжал пальчики. А когда обе женщины засияли, выбросил из головы все «левые» мысли, напомнил новоявленным подругам, что обещанные мне тридцать секунд давно прошли, и проводил к бассейну. Где еще раз убедился, что эти дамы весьма последовательны в своих действиях – увидев девчонок, слоняющихся вокруг накрытого стола, Романова сходу определила формат общения:

– Всем привет! Корона, титулы и церемонии забыты во дворце, а голод, как известно, не тетка. Ярослав, командуй!

Я так же неформально пригласил всех за стол и мысленно хмыкнул – проигнорировав все писаные и неписаные правила, Императрица подхватила под локотки Дашу с Настей и вместе с ними оккупировала одну его сторону, а Белкина таким же образом «застолбила» Забаву с Лизой и устроилась напротив любимой подруги. При этом каждая кинула на Ульяну виноватый взгляд, мол, рады бы уделить толику внимания и тебе, но пока не можем.

Ничуть не менее интересно они повели себя и потом. Когда я потянулся к графину со свежевыжатым соком, Императрица накрыла свой бокал ладонью и заявила, что галантность дело хорошее, но не в компании, в которой на семь дам приходится всего один мужчина. А когда почувствовала, что этот аргумент меня не убедил, молитвенно сложила руки перед грудью:

– Будь человеком, дай хоть немного повеселиться, а?

– Тем более, что я уже начала… – хихикнула Татьяна Константиновна, взяла с блюда самый аппетитный беляш, причем не вилкой, а рукой, с наслаждением впилась в него зубами и аж зажмурилась от удовольствия.

– Как говорили умные люди, «Если не можешь прекратить бардак, то возглавь его, и побыстрее!» – авторитетно заявила Забава, в «технике» Белкиной продегустировала пирожок с яблоками и мурлыкнула: - Определенно, так значительно вкуснее!

К «бунту на корабле», конечно же, присоединилась и Лиза, и я, махнув рукой, отправился к своему месту. Сев, пододвинул к себе «лодочку» аджарского хачапури, принюхался к умопомрачительному запаху и принялся священнодействовать. Не забыл и о Шереметевых с Телепневой – прежде, чем заработать ножом и вилкой, объяснил принцип подготовки этого блюда к уничтожению.

Следующие четверть часа мы получали исключительно гастрономическое удовольствие. Потом завязалась неспешная беседа вроде бы ни о чем и длилась до полного уничтожения десерта. А когда женская половина стола сыто откинулась на спинки кресел, мне прилетело сообщение от Романовой:

«Для меня и Тани дружба с вами по-настоящему важна. Поэтому то, что мы когда-либо узнаем от вас или о вас, не передадим даже мужу. Далее, о непреднамеренном сливе информации на сторону тоже можешь не беспокоиться – мы не болтливы, а наши ТК совсем недавно «почистил» Озорник. А теперь вопрос, ответ на который мы бы хотели получить еще до начала общения с твоими девчонками. Скажи, Шереметевы твои еще с «Левиафана», верно?»

Я утвердительно прикрыл глаза и получил еще одно сообщение, объясняющее столь неожиданный вывод:

«У них слишком спокойные, уверенные и сытые взгляды. Как прятать это состояние, я им потом объясню. Чтобы Мещерский мог и дальше гордиться ролью миротворца…»

Пока я пытался понять, зачем ей это надо, Анна Николаевна наполнила свой бокал, пригубила, отставила его в сторону, собралась с мыслями и попросила внимания. Первым делом поблагодарила Настю с Лизой за все, что они сделали для пассажиров и экипажа «Левиафана», всей Империи и рода Романовых. Причем как-то уж очень тепло и искренне. Потом похвалила мое решение вывести девчонок из-под удара и заявила, что торжественное награждение радует только тогда, когда у героев нет живых врагов. А после того, как сестры с нею согласились, перешла к теме, которую с нами еще не обсуждала: