Чтение онлайн

– А я – хочу. И если избавиться от одного наваждения можно только утонув в другом – так тому и быть.

– Ты сейчас вообще о чём?..

Он сжал меня в объятиях с грубой торопливостью, не обращая внимания на мой протестующий лепет, рывком спустил с моих плеч одежду.

Когда его губы сомкнулись на моих сосках, я сдалась с жалобно-протестующим всхлипом выгнув спину ему навстречу.

– Сладкая, – его голос потерял свои привычные острые, язвительные нотки, стал обволакивающим и мягким, как бархат. – Ты моя сладкая, нежная… не представляешь, как я хочу тебя.

Я представляла. Если он чувствовал тоже, что и я, то очень даже представляла.

Где-то в глубине души мне было мерзко, и дальше станет только хуже, потому что я прекрасно отдавала себе отчёт в том, насколько всё происходящее неправильно. И насколько неправильным был объект этой неконтролируемой, сводящей с ума, погибельной страсти. Я понимала, что верить ему нельзя, я и не собиралась ему верить. Мне это было не нужно. Никаких чувств, кроме плотских, не было. Но в данный момент это не имело значения. И это было странно.

В объятиях Адейра я словно переставала быть собой и превращалась в кого-то другого.

Он то неистово целовал мои губы, то покусывал затвердевшие соски. Его рука жадно скользила между моими бёдрами.

Голова кружилась и искры кружились между нашими телами, сплетаясь в один поток, сладкий и тёмный, в котором хотелось утонуть, задохнуться, никогда не выныривать на поверхность.

В камеру в любой момент могли войти, тогда мой позор стал бы общеизвестным. Наверно, я повредилась головой? Или с психикой сдвиг? Но это меня не останавливало, а только подстёгивало, подогревало, как перчинка в блюде, делая происходящее лишь острее.

Я взмывала и задыхалась, цепляясь за него, гибкого и сильного, как леопард или пантера. И Адейр отвечал мне с не меньшей жадностью. Вдавливаясь в горячее и влажное лоно, он проникал в меня до самых глубин с горячим напором и мощью. Он стонал и задыхался, изнемогая от охватившей нас страсти так же, как и я сама.

Напряжение было таким, что разрядка наступила быстро и была такой острой, что, не в силах сдерживаться, я прикусила ладонь, лишь не закричать, выгибаясь в удерживающих меня руках.

Сознание на краткий миг растворилось в мягкой мгле и на несколько коротких секунд я испытала покой, но эти несколько минут быстро истекли.

Весь унизительный кошмар случившегося вновь навалился на меня.

Я поспешно вскочила с постели и судорожно принялась приводить себя в порядок. Адейр наблюдал за мной внимательно и, хвала всему доброму на земле, без этой своей глумливой улыбочки.

Я повернулась к нему спиной. Не хотела его видеть.

Почувствовав прикосновение его рук к моим плечам, болезненно дёрнулась:

– Не трогай меня, – зашипела я тихо, но яростно.

На мгновение на его лице проступила явная растерянность, сменившаяся раздражением:

– Ну, знаешь ли! Не поздновато ли держать дистанцию?

– Я могу передумать на любом этапе! Ясно? И к тому же, я не соглашалась…

– Что?! – теперь уже и Адейр готов был рычать. – Да какого?!… – выругался он. – Снова станешь утверждать, что я тебя изнасиловал?!

– Я… я… – злость ушла, как прогоревший огонь, оставив после себя такой пепел горечи, что хоть в голос кричи. – Я не знаю!

– Не дай бог тебе когда-нибудь узнать! Поверь мне, разница огромная.

– Тебе-то знать об это откуда?

– Тебе правда нужен ответ на этот вопрос?

Мы оба тяжело дышали, глядя друг на друга с гневом и ненавистью.

– Тебе не нужны никакие ответы, волчонок! Всё, что тебе нужно, ты уже получила.

Размахнувшись, я собиралась отвесить ему пощёчину, но Адейр перехватил мою ладонь, и мы снова оказались с опасной близости.

– Нет!!!

– Да успокойся ты уже! – тряхнул он меня. – И перестань разыгрывать трагикомедию. Не случилось ничего такого… ну, в общем, ничего страшного не произошло.

– Да, неужели?! По-твоему, происходящее – нормально?! Ты – мой близкий родственник!

– Ага, точно. И мы знаем друг друга без года неделя. Очень близкие люди.

– А что это меняет?!

– Ну, не знаю, как для тебя – для меня очень многое.

– Ты действительно не понимаешь, что меня мучает? Ты – мой двоюродный брат, но я тебя не люблю даже как брата. И знаю, что ты, в свой черёд, терпеть меня не можешь. Между нами нет никаких отношений, никто из нас их выстраивать не собирается, и то, что случилось это… просто грязно. С этого дня держись от меня подальше!

Адейр собирался что-то ответить, но не успел – дверь отворилась, а наше кошмарное свидание, навсегда оставшееся в моей памяти в чёрно-алых тонах, подошло к концу.

Оливия дожидалась меня на небольшой живописной аллее, ведущей к зданию Магического Распределителя. Выглядела она встревоженной и, как я понимаю, отнюдь не моё благополучие её интересовало.

Увидев, что я возвращаюсь, бабуля Морел поспешила подняться со скамейки, и прямая, как палка, опираясь на длинный старомодный зонтик как на трость, двинулась мне навстречу.

Она окинула меня взглядом, скорее вопросительным, чем строгим.

Могу только представить, что у меня в этот момент был за вид: на одеждах пятна крови, волосы растрёпаны, одежда измята. Хорошо хоть, у меня есть убедительная легенда – любая нормальная девушка будет в растрёпанных чувствах и помятом состоянии, став свидетелем того, что у неё чуть ли не глазах убивают человека.

О том, что ни одна нормальная девушка после не станет заниматься любовью с умирающим речь не пойдёт.

Я, как выяснилось, не совсем нормальная. Грустно.

– Тебя долго не было, – начала разговор Оливия.

– Да, – согласилась я с ней. – Сначала меня допрашивали. Потом разрешили свидание с Адейром.

– Ты его видела?! – жадно схватила она меня за руку. – Как он? В порядке?

На нас уже стали косо поглядывать немногочисленные прохожие.

– Я всё вам расскажу, но не здесь. Давайте уйдём отсюда? – выступила я с предложением.

Пожилая леди сдержанно кивнула.

– Хорошо. Пойдём домой.

Неужели меня удостоят чести посетить отчий кров? Пустят заблудшую овцу в овин? Грешницу в рай?