Чтение онлайн

Губы у него были тёплые и, на удивление, мягкими, хотя визуально пухлыми вовсе не выглядели. Стоило мне лишь прикоснуться к этим губам, как по мне прокатилась волна тепла, от макушки по пяток – горячей искрой и тело, за минуту до этого словно твёрдое и деревянное, сделалось мягким, как разогретый воск, готовый принять любую форму.

«Тело предало», – забавное выражение. Всегда было интересно, как тебя может предать то, что является не просто частью – по сути это ты и есть. Моё тело всегда служило мне верно и послушно, делая только то, что я ему милостиво позволяло.

И на этот раз я с любопытством прислушивалась к незнакомым ощущениям. И отнюдь не намерена была оказывать им сопротивление. Зачем? Держать себя в узде я хорошо умею, когда хочу это делать. Но раз я всё равно проиграла, то почему не воспользоваться своим безвыходным положением и не получить от этого удовольствие?

Этот поцелуй… его можно было бы посчитать целомудренным. Но движение его рук целомудренными отнюдь не были. Я не испытывала ни стыда, ни страха – да и откуда бы им взяться? Лишь захватывающее дух ожидание, а когда его губы прижимались к моим – захватывающее упоение, непривычное, неожиданное и странное.

Но очарование казалось тонким и скоротечным. Невероятное чувство нетерпения охватило меня – я хотела, чтобы самое важное произошло как можно быстрее, хотела перешагнуть грань и черты и испытать либо блаженство, либо разочарование.

Я не сопротивлялась, стараясь расслабиться. Полуоткрытые губы горели от наших влажных поцелуев.

Выгибая спину, я тянулась к нему, откровенно наслаждаясь ленивой грацией его движений, подразнивающими ласками. На моей ставшей особенно чувствительной к прикосновениям коже он чертил дорожки поцелуев, но словно нарочно избегая прикасаться языком к тем точкам, которые, как я подозревала, были бы особенно отзывчивы.

Мгновения стали казаться бесконечными. Время замедлялось, а тело горело. Все ощущения сконцентрировались на кончиках его пальцев, горячих губах, весе тела.

Со сводящей с ума медлительностью его рот описывал круги на груди, руки скользили вниз по телу, будто изысканный шёлк, будто тёплый, струящийся каскад воды.

Я ожидала, что после нашего знакомства он будет вести себя иначе, возьмёт грубо то, что ему причиталось и, откровенно говоря, я именно этого и хотела. Чтобы было быстро, горячо, грубо… меня и томило, и раздражало это неспешное волшебство, открывающее во мне грани ощущений, о которых я не подозревала.

Элленджайт вёл себя так, будто его единственной целью было доставить удовольствие мне. А я не верю в бескорыстное желание отдавать. Это была сеть, шёлковая и прочная, что он пытался набросить с неведомой для меня целью. Но просто так, с благими намерениями сети не набрасывают.

Ласки и нежность – это всё сказка. Обман. Манипуляция.

И всё же я позволила себе их впитывать – изысканные, непрекращающиеся, нежные прикосновения. У меня создавалось такое чувство, будто прикосновения его рук совпадают с биением моего сердца. И это была сладкая пытка, через которую мне никогда не приходилось проходить.

Я и сама с упоением прикасалась к его на удивление мускулистому телу, открывая для себя упругость плеч и шелковистую прохладу волос, стекающих между моими пальцами. Ладонями ощущая теплоту его тела, глухое, слишком быстрое для нормальных людей, слишком сильное биение сердца.

Я крепко оплела его тело ногами, прижимаясь к нему так тесно, как только могла. И он меня не разочаровал, отозвавшись именно так, как только и можно отозваться на подобное приглашение – скользнул в глубину моего тела одним плавным толчком.

Ощущение в первый момент было таким, будто в меня плеснули кипятком. Обожгло неожиданно и довольно сильно, заставив тихо вскрикнуть.

Он замер, приподнимаясь надо мной на ладонях:

– Ты девственница?..

– Сюрприз и бонус, – прошипела я в ответ, стараясь не смотреть в его слишком красивое лицо.

– Лучше было бы предупредить.

– Тогда сюрприза бы не получилось, – фыркнула я ответ.

Боль внутри немного стихла, сменяясь нарастающим напряжением.

Он снова начал двигаться, по началу осторожно, медленно и ритмично, погружая меня в тёплые волны наслаждения. На мгновение время словно замедлило ход. А потом начало убыстряться, вместе с его набирающими темп движениями, с каждым подходом становящими всё более настойчивыми, требовательными и быстрыми.

Я ощутила, как в какой-то момент внутри меня что-то сжалось и запульсировало, будто волшебный цветок распустил переливающиеся лепестки.

Вспышка невыразимого блаженства вырвала из моей груди восторженный вскрик. Будто я падала вниз с огромной высоты, сердце замирало внутри и не только сердце.

И это падение доставило мне ни с чем не сравнимое удовольствие.

***

Парить и летать это чертовски здорово, но ни одни крылья не способны долго держать нас в облаках. А когда их складываешь, перед тобой всё то же – земля. Я потому и люблю мотоцикл, за его способность создавать достоверную иллюзию полёта.

Если бы я могла, я перенеслась куда-нибудь подальше. Жаль, что я не могла переместиться в одно мгновение куда-нибудь подальше отсюда. Честно говоря, безразлично, куда, лишь бы не смотреть в глаза этому выродку с ангельским ликом и змеиной душой.

Ничего хорошего не может получиться из встречи двух выродков. Лучше бы нам держаться подальше друг от друга. Ну, ладно, что случилось то случилось, сделанного не поправить. Порадуюсь и тому, что это хотя бы был не Ливиан.

Я почувствовала, как он шевельнулся рядом и через секунду, услышав шорох, поняла, что он потянулся за сигаретами. Щёлкнула зажигалка и в комнате потянулся характерный, до тошноты знакомый запах марихуаны. Ну, конечно! Кто бы чего другого ждал?

Перевернувшись, я потянулась за разбросанной одеждой.

– Что ты делаешь? – голос его выражал вежливое любопытство.

Но само его звучание…

По коже словно мехом провели и каждый нерв готов был отозваться на это касание. И в тоже время ничего ласкового в нём не звучало, скорее наоборот – холодок.

– Ты не слышала? Я задал тебе вопрос.

– Слышала.

Подхватив с пола кожаные брюки, я поспешно натянула их на себя. У кожи есть существенный недостаток – натянуть такие брюки на задницу, даже на такую волшебную как у Элленджайтов то ещё боевое искусство. Но я справилась. Не в первой.

– Слышала?.. И это – всё? Ты ничего не хочешь добавить?

Ага. Пренебрежение, снисхождение, насмешка. Игра кота с мышью. Знаю, знаю. И эту интонацию, и даже выражение лица. В темноте не видно, но я столько раз слышала точно те же нотки от Рэя, чуть реже – от брата. Этакий провокационный тон, как будто перед котёнком фантиком на верёвочке помахивают. Давай, милый, вступи в игру, и я тебя заиграю до смерти.

Я знаю правила этой игры, я всю жизнь её наблюдаю. И терпеть не могу играть. Не собираюсь я с тобой флиртовать, милый. И красней удушливой волной, и млеть от неги. Мы дали друг другу, что могли и получили, что хотели. Точка. Финиш.