Чтение онлайн

Но кодама была неуязвима в принципе. Ее одежда лопнула в нескольких местах, швы не выдержали силы ударов тэнгу. На фарфоровой коже дриады не осталось ни единого следа.

Акаги Ёсиро выдохнул, приводя сердцебиение в порядок, церемонно вложил бокен обратно за пояс и снова поклонился: противнику, Бай Гуан и зрителям.

— Призываю в свидетели Идзанами-ками-сама, что я попробовал все известные мне способы атаковать. Если вдруг я вспомнил не все методы, которые могут применяться в данном случае, прошу меня простить.

— Это была великолепная демонстрация дарования молодого фехтовальщика, лучшего в своей возрастной категории, — негромко заметила Бай Гуан. — Позволю себе ремарку: несмотря на молодость, Акаги Ёсиро является обладателем титула Святого меча уже третий год подряд, и я знаю мало равных ему в этом искусстве. Но даже Акаги Ёсиро было не под силу повредить объект. Спасибо за помощь, Акаги-сан, вы очень обязали нас своим участием.

Карасу вышел из додзё. От его отца, Акаги Сабуро, не укрылось, что сын морально раздавлен.

Чертова лисица, что ты затеяла?

Не то чтобы старый ворон хотел поинтересоваться, зачем его ребенок должен тратить свои душевные силы. Нет, он искренне считал, что подобные неудачи закаляют характер. Да и демонстрация боевых навыков Ёсиро была воистину хороша. Когда еще покажешь, чему научил младшее поколение. Его больше смущало, что Бай Гуан прожила под его крышей уже год, а ее мотивы не стали яснее.

Нужно было слушать дальше.

— Вы представляете старые кланы. Ваши семьи проживают в Сайтаме долгое-долгое время.

Она сделала выразительную паузу.

— За это долгое-долгое время появилось множество новых йокаев. Они доказывают необходимость интеграции в человеческое общество и учат этому детей. Своих и ваших.

Еще одна пауза.

— Если у вас нет возможности уделять достаточное время воспитанию молодежи ваших кланов, не стоит полагаться, что в стенах школы их обучат тому, чему вы хотели бы.

И снова.

— Я предлагаю выход из положения, в котором мы все оказались. Для этого я попрошу вас посмотреть еще кое на что.

Стоящая в центре зала кодама наблюдала за создательницей. Сидящие зрители нет-нет да и взглядывали на ее стройную фигуру. Рваная одежда не портила ее совершенный внешний вид.

— Кодама, пройдись.

Дриада послушно прошла туда-обратно метров десять. Пластичность ее движений отсылала к именитым манекенщицам.

— Позируй.

Она приняла несколько поз разной степени призывности.

— Стреляй глазками.

Переносный смысл тоже был ей понятен. Она пофлиртовала с окружающими, не произнеся ни единого слова. Каждый был уверен, что она флиртует лично с ним. Некоторые хотели бы покрыться нервными пятнами, однако статус снова не позволил.

— Скажи что-нибудь об обществе в современном ключе.

Ее голос оказался приятно глубоким, с низким тембром. Он уносил куда-то в пределы мечтаний, и уже будто бы было неважно, что она говорит.

А говорила она удивительные вещи. О зеленых рощах, где проживали кодамы. О человеческих городах, занявших место лесов и полей. Об урбанизации и бедах, что принесло с собой механизированное производство. Из-за резко возросшего количества людей йокаи терпели лишь беды и унижения. Вынужденные переселяться с привычных мест, приученные принимать человеческий вид, они потеряли то, что когда-то не ценили: Великая матерь позволила им выходить на поверхность, тем самым дав карт-бланш занимать всю территорию, которую они сочтут для себя подходящей.

По рукам слушающих поползли редкие мурашки. Они тоже хотели бы рассказать об этом, но у дриады выходило несравнимо лучше, абсолютно бесподобно. Она оказалась великолепным оратором.

Когда она смолкла — будто затихло шуршание векового леса, — под крышей додзё раздались робкие аплодисменты.

Казалось, не поддержавших не было.

Бай Гуан поблагодарила ее кивком. Кодама удалилась.

— Я знаю, что вы озабочены и озадачены делами своих кланов. У каждого из вас семья, по сути — маленькая империя. Управлять ею тяжело, и вам может быть некогда отслеживать современные тенденции. Позвольте мне рассказать в двух словах о лидерах общественного мнения. Если эта информация известна вам, прошу меня простить. Она не займет много времени…

Сидящие главы старых кланов с интересом слушали лисицу. Бай Гуан упоминала вещи, которые в самом деле были известны не каждому из них.

В середине двадцатого века вышла книга «Личное влияние». Она предлагала понятие «лидер мнения». Прошло больше пятидесяти лет. Теперь их называют инфлюенсерами. Любой лидер общественного мнения — это известная персона, способная влиять на решения и мнения других. Это может быть, например, популярная певица, поклонники которой хотят похоже одеваться и вести такой же образ жизни, или эксперт в какой-то сфере, к чьему мнению прислушиваются в тематических вопросах.

В целом инфлюенсер наиболее полезен для рекламы: у него обязательно есть своя аудитория, которая ему доверяет. Соответственно, если какую-то рекламу проводить к покупателям через персону, которой они доверяют, то получится гораздо эффективнее, чем прямая реклама «в лоб» для тех, кто к ней не готов.

— Представьте себе, — вещала хули-цзин, — что в каждой школе есть привлекательный старшеклассник. Или, что еще лучше, старшеклассница. Она великолепно одевается. Она красиво двигается и изумительно выглядит. Она умеет доходчиво разговаривать на интересные темы.

Снова выразительная пауза.

— Через какое-то время окружающие начинают слушать ее. Она обрастает поклонниками и поклонницами. Все хотят быть как она: так же одеваться, так же выглядеть и общаться на те же темы. А главное — они ей доверяют.

И еще одна.

— А теперь представьте последнее. Как вы думаете, какова вероятность, что такую умную и красивую подружку послушают ваши дети и дети тех, кто очень хочет быть в человеческом обществе?

Толпа сидящих чуть было не взорвалась одобрительными возгласами. Но статус, статус…

— Пожалуйста, время для ваших вопросов.

— Бай Гуан-сама, — задал вопрос один из зрителей. — Вы хотите сказать, что если поставить в школу некоторое количество… инфлюенсеров, то они смогут быть двигателями пропаганды взглядов старых кланов и делать это эффективнее, чем всё происходит сейчас?

— Разумеется, — подняла палец лисица. — Именно об этом я и говорю. Ваши дети прекрасно воспитаны и отлично подготовлены. Однако они в любом случае будут озадачены учебой и своим будущим. Не заставляйте их делать дополнительную работу. Оставьте пропаганду специалистам. Инфлюенсер живет в текущем моменте. У него нет и не может быть будущего. Он никогда не выйдет на работу в общество. Он не должен задумываться о дальнейшей деятельности. У него ровно одна функция — выстраивать общественное мнение. И он ею полностью занят.