Чтение онлайн

Дальше идут младшие старцы. Рядовой состав, включающий в себя как много поживших, изрядно судьбой потрепанных пожилых воинов, в старости ушедших на покой детишек учить, так и отпрысков знатных семейств, отправившихся делать карьеру в религиозной структуре. Вернее, образовательно-религиозной. Они приносят клятвы верности Обители и богу, обязаны соблюдать более жесткие ограничения в быту, зато в обмен допущены к некоторым секретам и пользуются приличным статусом в обществе. К этому слою принадлежит Пожега, хотя она, будучи ученицей старейшины — случай особый.

К старшим старцам принадлежит верхушка малых Обителей, то есть раскиданных по другим городам и селам филиалов основной, и руководители некоторых отделов. Своеобразные заместители старейшин, причем иногда их влияние выше влияния официального начальства. Без поддержки старших бессмысленно надеяться вскарабкаться на самый верх; та же Весела Желановна заняла свой пост, потому что у неё прекрасные отношения с «южной группировкой» городов. У каждого старшего есть доступ к ресурсам и личная поддержка мирян, эти старцы обладают немалым авторитетом в обществе и способны при нужде на многое. Вплоть до объявления определенной территории «затемненной», что обычно ничем хорошим для её жителей не заканчивается.

Так вот, к чему я веду. Мы путешествовали делегацией, в состав которой входили два высших иерарха Синеокого плюс сошки помельче, но тоже значимые. Причем не скрывались в виду бессмысленности — кому нужно, всё равно узнают. Конечно, нам приходилось задерживаться в любом мало-мальски крупном населенном пункте. Старейшины разделили между собой обязанности, и, пока Сутимир Домаславович проводил службы, поминальные ритуалы, встречался с боярами, благословлял детишек именем бога и читал красивые проповеди, наша патронесса общалась с элитой второго эшелона и проводила идеологическую накачку местных старцев. У неё хорошо получается доносить до собеседника, насколько он тупой.

В приоткрывшуюся дверь выскользнула госпожа Втора, вслед ей из комнаты донеслось:

— … головой надо думать, Хотен! Будто ты не знаешь, что Гюрятичи о всех твоих делишках Короткому Шагу…

К сожалению, секретарша быстро захлопнула дверь, и подробностей головомойки мы не услышали. Втора, окинув нас предупреждающим взором, развернулась и пошла в сторону спуска со второго этажа административного корпуса, где мы сейчас находились. Дождавшись, пока её шаги окончательно стихнут, Стоян тихонько прошептал:

— Как думаешь, за что она его?

Я молча пожал плечами. Что-то натворил местный глава.

— Про Гюрятичей я слышал, — не успокаивался напарник. — Купцы из Золотой Сотни, с Мстиславлем торгуют.

Тогда, вполне возможно, в самом деле связаны с Коротким Шагом. Хитрейшая из Обителей покровительствует торговцам и ростовщикам, Синеокий последовательно проталкивает интересы ремесленников, иногда между ними случаются противоречия. Хотя чаще они… Или пора говорить «мы»? Чаще мы выступаем единым фронтом против Испепелителя и Лесного Князя. А насчет того, в чем провинился старец Хотен, есть у меня версия.

У Обителей не так много источников дохода. Во-первых, «пожертвования» родителей маленьких учеников. Во-вторых, плата за продвинутые курсы и тому подобное. В-третьих, деньги за нестандартные разработки, то, что в прежнем мире называли ниокр. Последнее случается редко, ибо к новинкам народ недоверчив. Таким образом, официально носители божьего Слова существуют на добровольные взносы верующих, потому что всё, перечисленное выше, потребностей не удовлетворяет. Фактически же каждая Обитель всеми силами пытается срубить денежку иными путями, что ей, между прочим, запрещено. В Завете несколько статей говорят о том, что старцы должны только учить, не вмешиваясь в развитие человечества.

Скорее всего, Хотен устроил маленький гешефт, повел себя слишком нагло и попался. Если бы вёл себя не нагло и соблюдал приличия, на его шалости закрыли бы глаза. Обвинять Обитель без железных доказательств на руках чревато, да и с доказательствами немногие рискуют — только те, у кого мощная крыша за спиной, в смысле над головой.

— До сих пор? — решил я поддержать разговор.

— Не, ты что! Мы ж воюем. Побьют наших купцов мстиславльцы.

— Не побьют, если через нейтралов торговать.

— Я не спрашивал, — пожал плечами Стоян. — Так, со знакомцем парой слов перекинулся. Он как раз шел на службу к Сутимиру Домаславовичу, чистого огня получить.

А, точно. Забыл сказать про отправление обрядов. Старцы проводят различные ритуалы, за что им «кланяются» деньгами. Усопших в последний путь провожают, землю и строения освящают (к слову, реально полезная процедура) или вот чистый огонь добывают. Считается, что полученный с помощью трения огонь, принесенный в домашний очаг, помогает сохранить лад в семье и отвращает беду.

Спереди послышался легкий шум, в лестничном проёме показалась одна из местных девушек. Я видел её на кухне, когда за спиной Веселы Желановны обходил Обитель — старец Хотен показывал, как они живут, демонстрировал достижения, так сказать. Девушка несла в руках серебряный поднос с чайником и чашками, в коридоре вкусно запахло выпечкой. Правда, ступив на последнюю ступеньку, носильщица слегка покачнулась, но тут же выпрямилась, неловко огляделась и направилась к нам.

Затылок царапнула интуиция. Что-то не так.

— Подожди, красавица, — остановил я девушку. — Что несешь? Кто приказал?

— Госпожа Втора велела принести усладки в светелку.

Втора? Ну, в принципе, она могла. Я приподнял крышку с чайника, вдохнул сгустившийся парок и, поколебавшись, распахнул дверь.

— … будто не знаешь, что детишкам не чтение и счет нужны, а на ристалище сбежать! Чего надо?!

— Госпожа Втора велела принести усладки в светелку, — повторила девушка, делая шаг вперед.

Я вошел вслед за ней. Кивнул на поднос, сообщая наставнице:

— У чая запах странный.

— Верю, — ответила она, пристально оглядывая служанку. Резко скомандовала, поднимая руку, поднося её к правому виску. — Гляди сюда! Кто приказал чай нести?!

— Госпожа… — расставлявшая чашки по столу девушка пошатнулась. Возможно, упала бы, не придержи я её под локоток. — Не помню.

— Посади её на лавку, — приказала Весела Желановна. — Стоян! Азгута позови!

Заглядывавший в дверной проем гридень мигом усвистал за начальством. Тем временем целительница сняла крышечку с чайничка, принюхалась, недовольно скривилась.