Чтение онлайн

Единственным утешением служило то, что еще месяц назад мои шансы на то, что Протектор возьмется за мое дело, были ничтожно малы — менее одного процента. Теперь же ситуация хоть немного, но улучшилась: по крайней мере, я все еще был жив, и это о чем-то да говорило. Быть может, фортуна наконец-то решила повернуться ко мне лицом, а не той частью тела, на которой принято сидеть?

Сам этот юрист принадлежал к Роду Дубовых — влиятельному и серьезному, против которого в здравом уме никто не осмелится пойти. По сути, Протектору мои недруги не должны были внушать ни малейшего страха, но, как я уже отмечал, мое дело вряд ли будет принято к рассмотрению. Уж слишком оно щекотливое, что ли… В нем замешаны такие астрономические суммы и такое количество аристократов, что подобное встречается в Империи не каждый день, да что там — не каждое столетие.

Самым прискорбным в сложившейся ситуации было то, что мое дело не относилось к разряду тех, которыми Империя могла бы заинтересоваться на государственном уровне и проконтролировать его ведение. Увы, такова была горькая правда, и я успел досконально изучить этот вопрос.

Чаще всего Протектор соглашался вмешаться, когда, например, у слабого Рода кто-то пытался отобрать вещи, способные повлиять на военную мощь Империи. Взять хотя бы земельные владения или боевые артефакты — этот перечень можно продолжать до бесконечности.

Кроме того, Протектор брался за дело, если, скажем, какой-нибудь древний уважаемый Род проиграл войну и его обременили весьма внушительным долгом, надеясь, что он не справится с выплатами и окончательно разорится. И если у того старинного проигравшего Рода имелись обязательства перед Империей, то Протектор непременно занимался его делом.

Так что этот государственный юрист из рода Дубовых был фигурой важной и необходимой. Но самое любопытное заключалось в том, что у него имелась одна интересная особенность, отличающая его от прочих юристов: он мог запросто лично общаться с самим Императором, и никто не посмел бы обвинить его в пристрастности к кому-либо, ведь он отстаивал интересы всей Империи.

В общем, в моем случае он был идеальным вариантом. Я постараюсь всучить ему дело по долгам и надеюсь он не откажется.

Я припарковал свой автомобиль возле его офиса, и с этого момента начался настоящий квест, чтобы попасть внутрь. На пропускном контроле меня тщательно просканировали, изъяв все имеющееся при себе оружие. Однако это было лишь начало: на каждом из двух последующих этажей процедура повторялась, дополняя магическими сканерами, проверяющими наличие артефактов и мой Дар. Вооруженные люди в форме сопровождали меня до самого кабинета.

Но и это еще не все: перед входом в кабинет секретарь попросила меня заполнить две бумажные формы для посещения и дождаться, пока на них поставят печати. Процесс оказался весьма длительным.

Когда меня наконец впустили внутрь, я заметил отсутствие замков на двери и обилие камер в кабинете. Между мной и столом протектора ощущался невидимый, но явно ощутимый защитный барьер. Уровень безопасности здесь почти такой же, как в главном банке Империи.

В кресле с высокой спинкой сидел тот самый юрист — невысокий мужчина лет пятидесяти. На его носу красовались очки, голова была большой и почти лысой, а тело — хрупким. Было странно видеть Протектора из столь знаменитого Рода именно таким.

Но внешность обманчива: несмотря на сходство с дотошным и слабым канцелярским работником, его Род невероятно богат, а сам он, несомненно, обладает немалым Даром. И, конечно же, в юридических вопросах он — настоящая акула.

Протектор поправил очки, положил руки на стол и окинул меня беспристрастным взглядом своих маленьких глаз. Сухим голосом он произнес:

— Я мог бы спросить, что привело вас ко мне, но догадываюсь. Вы, вероятно, собираетесь просить меня о помощи в вашем деле с должниками, но сразу хочу предупредить: не стоит питать надежд — это исключено.

Надо же, какую популярность я приобрел в Империи: даже представиться не успел, а он уже все понял.

— Да? Но могу я хотя бы поинтересоваться, почему?

— Видите ли, ваша ситуация — довольно редкое явление, — на его лице не отражалось ни единой эмоции, словно он был роботом. — Не то, чтобы в Империи не было должников и больших процентов, но чтобы у одной семьи разом образовался целый скоп должников — это уже нечто из ряда вон выходящее. Поэтому ваше дело уже было тщательно проверено по всем пунктам еще до вашего обращения. Могу с полной уверенностью заявить: ваше положение касается только вас и никак не затрагивает интересы государства.

Вот это поворот! Я был обескуражен… Обескуражен тем, что в этой элитной серьезной организации мне даже не предложили выпить кофе. В конторах куда более скромного уровня хотя бы угощают печеньем, пусть и не самым вкусным.

Я молча смотрел на него, а он не понимал, почему на моем лице нет и тени разочарования, ведь любой другой на моем месте был бы сильно расстроен.

Протектор, пытаясь поскорее завершить нашу встречу, произнес слова поддержки, которые, впрочем, прозвучали довольно формально и безучастно:

— Не падайте духом, в жизни случается всякое. Идите и решайте свои проблемы, не опускайте руки.

— Да, я понимаю, что в жизни бывает разное. Но меня удивляет, что в таком известном и уважаемом учреждении, как ваше, даже чаю не предложат. Обычно в подобных местах гостей и накормят, и напоят. Впрочем, я это так, в шутку говорю — не то чтобы мне прямо хотелось чаю, просто удивительно, и все тут.

И вот тут наш Протектор, до этого момента напоминавший бесстрастного робота, вдруг проявил некоторые эмоции: его брови поползли вверх, а рот слегка приоткрылся от изумления. Похоже, его поражало, что меня больше заботит отсутствие угощения в этом месте, нежели серьезнейшие проблемы, грозящие гибелью моему роду. Ведь от таких проблем, на минуточку, можно запросто умереть.

Юрист, сидящий напротив меня, бросил на меня подозрительный взгляд. Его глаза сузились, а брови сошлись на переносице, когда он произнес:

— Неужели вас действительно волнует отсутствие предложенного чая? Позвольте напомнить, что это государственное учреждение, служащее во благо Империи, а не чайная.

— В этом-то и заключается проблема. Вы не только не предложили мне чашку чая, но и отказались от сотрудничества, хотя мое дело напрямую связано с благополучием нашего государства. Видите ли, существуют некоторые документы, о которых вы еще не осведомлены. Предлагаю вам внимательно с ними ознакомиться.

Протектор, осознавая ценность любых официальных бумаг, без промедления взял в руки листы, которые я положил перед ним на стол. Одного беглого взгляда на их содержание оказалось достаточно, чтобы он уловил суть дела.

— Вы действительно намерены довести это до конца? — спросил он, поднимая на меня глаза. Его сухощавое лицо с крючковатым носом выражало удивление.

— Абсолютно, — подтвердил я.

Мне удалось вызвать на его губах едва заметную улыбку. Он позвонил секретарше по телефону и попросил принести чай с печеньем.