Чтение онлайн

– Не вопрос, – поднял я руки в примирительном жесте. – Только мне его ещё купить надо.

Не дожидаясь ответа, я пулей вылетел из таверны и зашагал в сторону нужной лавки.

– Утро доброе, уважаемая!

– Что тебе нужно? – С едва заметным презрением поинтересовалась торговка свитками.

– Телепорт к Хадарту, – её реакция не стала для меня сюрпризом. Ещё в первый раз, пробегая по бостаньским торгашам и ремесленникам, я выяснил, что эта особа имеет крайне высокое мнение о себе и довольно низкое об окружающих.

– Ещё бы! – усмехнулась Октавия. – Самый горячий товар. Пять тысяч монет, и он твой.

– Я не ослышался? Да за такие деньжищи мне проще самому изготовление свитков освоить!

– Можешь попробовать, – казалось, её вовсе не трогала перспектива упустить клиента. – До гильдии тут рукой подать.

– Боюсь, ты не понимаешь, с кем говоришь, – в моём голосе не было и намёка на угрозу, чтобы система, чего доброго, не восприняла это, как попытку запугивания. – Речь идёт о задании самого пастыря!

Хитрость – успех.

– Ну, конечно! – несмотря на внешнее пренебрежение, в глазах её блеснул огонёк любопытства. – Что же такого великий пастырь мог поручить тебе? – на последнем слове был сделан жирный акцент.

– Сама взгляни, – быстро, но без суеты, я достал из инвентаря подорожную, удостоверяющую, что некий Ник, способности которого не вызывают сомнений, направляется в помощь военному коменданту Горацию.

Как и мандат, с которым меня отправили на острова, эта бумага была скреплена печатью Сцеволы. Надо полагать, он, перед походом, оставил копии или даже оригинал Хадартским волшебникам, дабы исходящие с Имброна приказы имели больший вес в глазах местных властей. На Октавию знак высшей власти также произвёл впечатление. Не прикасаясь к документу руками, она жадно прочла его и перевела на меня удивлённый взгляд.

– Но причём здесь Бостань?

– На Тайсо случилась серьёзная заварушка, – понизив голос до заговорщицкого шёпота, пояснил я. – Мне не успели выдать свиток к Хадарту. Пришлось использовать свой. Между тем, при мне важнейшее донесение, которое, вероятно, изменит ход всей войны.

Хитрость – успех.

– Тогда… обратись в гильдию. Они ведь должны заниматься такими вещами? – инстинкты профессиональной торговки всё ещё понуждали её искать способы избежать незапланированных убытков.

– Слишком высоки ставки. Уровень секретности не позволяет мне раскрывать содержание донесения, а именно этого потребует гильдейский глава, прежде чем переправить меня в Хадарт.

Хитрость – успех.

– Ну, что ж, – на лице Октавии отражалась борьба между жадностью и осознанием той великой роли, что ей предстоит сыграть в судьбах мира. – Тогда мне не остаётся ничего иного, кроме, как исполнить свой долг. Возьми свиток.

Бесплатно?! Я-то рассчитывал цену сбить, хотя бы на половину, да вот упустил из виду патриотизм, присущий всему местному населению.

– Родина этого не забудет! – радостно выпалил я, выхватывая у неё пергамент.

Секунда, блеск Волчьего укуса, сверкнувшего в лучах утреннего солнца, пробивающегося сквозь окно, два ключ-слова, и я исчезаю в багровом облаке, раньше, чем женщина успевает опомниться.

Итак, на часах у нас без четверти одиннадцать. Хотя бы минут двадцать имеет смысл выделить на поиски кабака «На трёх ножках», в котором меня около двенадцати будет ждать Кристина, а остаток времени… Ну, большую его часть я проторчал в очереди к одному из продавцов уже в хадартской лавке волшебных пергаментов. Хорошо ещё, Вульф оказался свободен, и свои дела с ним я порешал в течение двух минут.

– Чего желаешь? – дежурно улыбнулся мне молодой приказчик, как две капли воды похожий на своего коллегу из Шёлковой нити.

– Узнать, сколько времени займёт создание одного свитка на двух человек, если он требуется мне срочно.

– То есть, вопрос цены тебя не волнует? – ещё шире улыбнулся парень. – Я бы рекомендовал начать с этого.

– Весьма волнует, однако, на первом месте для меня стоит время. Итак?

– Около часа. Стоимость такой работы одиннадцать-двенадцать тысяч, – видя, что я спешу шустро оттарабанил он.

– У меня есть пять девятьсот и ещё куча свитков телепортации. Возможно ли покрыть ими разницу?

– Прошу за мной, – сразу же нашёлся продавец. – Не беспокойтесь господа, я вернусь буквально через минуту!

Отдав, таким образом, должное заволновавшимся за моей спиной покупателям, он проводил меня на второй этаж, туда, где в небольшом кабинете заседал хозяин. В двух словах изложив седоусому старику суть моего вопроса, он получил отмашку и скрылся за дверью, оставив нас наедине.

– Присаживайся, – неожиданно глубоким басом предложил мастер, поправляя очки в золотой оправе. – Посмотрим на твои свитки.

– Вот, – заняв стул напротив, я выложил перед ним три пергамента и, заметив снисходительную полуулыбку, добавил к ним ещё столько же. Изначально, я собирался оставить всё это богатство в банке, на будущее, однако, созревший в моей голове замысел требовал срочных расходов, так что они пойдут в дело прямо сейчас.

– В тех местах, куда ведут эти телепорты, – заговорил старик, изучив моё предложение, – ситуация сейчас далека от приятной. Люди готовы платить за то, чтобы убежать оттуда, но никак не наоборот.

– А ещё, там полно оставленного без присмотра добра и потерянных в суматохе семей. Уверен, найдутся желающие отправиться и за тем, и за другим.

Убеждение – неудача.

– Может, так, а может и нет, – он потянулся к одному из трёх лежащих на шкафу тубусов, достал из него свёрнутый в трубку пергамент, запихнул новый и положил артефакт на место. – У тебя нет чего-нибудь более… актуального?

– Вот, – я протянул ему телепорт к Прейстауну. Не помню точно, но, кажется, это один из портов Имброна, которые, стараниями Сцеволы, вроде как, все уцелели.

– Семь свитков и пять тысяч девятьсот монет золотом? – уточнил ремесленник.

– Пять ровно. Чувствую, ты меня и так ободрал, как липку.

– Без фамильярностей, – погрозил мне пальцем старик. – И куда же тебе так не терпится переместиться?

– Не мне одному. Телепорт должен быть на двоих.

– Я пока на память не жалуюсь, – нахмурился он. – Куда же?

– К плантации Гайюса.

Хозяин кабинета застыл, будто на стену наткнулся. Глаза его расфокусировались и, кажется, он даже дышать перестал. Я не на шутку перепугался, что у деда сердце отказывает.