Чтение онлайн

– Неужели? – он даже не донёс руку до колбы, и я поспешил напомнить:

– Листья маилы.

– Да-да, – зельевар своевременно дозаправил колбу, оглядел весь агрегат и, убедившись, что пристального внимания он в ближайшее время не потребует, подошёл ко мне. – Надеюсь, помимо слов, ты принёс с собой и образцы?

В течение следующих минут десяти мы потрошили мой инвентарь, ругаясь и споря едва ли не из-за каждого стебелька. У меня ведь тоже имелись на них свои далеко идущие планы, и расставаться с ключевыми для себя ингредиентами, вроде черепашьей травы, я отказывался наотрез. Тем не менее, в кладовую Вульфа, а именно так звали моего будущего наставника, перекочевало немало трав, и куда больше я обязался принести на следующий день. На этот счёт был составлен длиннющий список, основанный на требованиях алхимика и моих воспоминаниях о содержимом ячейки в бостаньском банке. В ходе торгов я отталкивался от цены на травы, о которой мы, в своё время, сговорились с Игнатием, и активно напирал на то, что джунгли вокруг Хадарта давно превратились в пепел, и лучшего предложения, чем моё Вульф, так и так, не найдёт. В результате, удалось снизить стоимость урока до шести тысяч монет, и две из них зельевар обещал мне вернуть, как только я принесу основную партию трав. В общем, договорились.

Далее последовал сам сеанс обучения, в ходе которого Вульф в деталях растолковал мне, как именно нужно получать более сложные реагенты, по существу – полуфабрикаты, из которых после можно составить мощнейшие эликсиры. Как и в любой другой области знания, исключая магию, лекция сопровождалась наглядными демонстрациями, а под конец я угрохал минут пятнадцать на то, чтобы самостоятельно подготовить экзаменационное зелье, и увидел в логе долгожданное сообщение:

Получено звание «Алхимик» (+1% к эффективности создаваемых зелий за каждые 2 уровня персонажа, начиная с нулевого +15% к выгоде при продаже зелий торговцам).

. Вот это классно придумано. С такими пассивками актуальность ремесленных навыков сохранится и к сотому уровню, и к двухсотому, если до такого вообще реально добраться. Ведь сила создаваемых тобой предметов растёт вместе с тобой. Теперь бы ещё найти себе рабочее место… Было у меня подозрение, что с Игнатием произошло что-то совсем нехорошее, а это, скорей всего, означало, что его аппарата мне уже не видать, как своих ушей. Увы, на вопрос, могу ли я, в случае чего, воспользоваться лабораторией, наставник ответил резким отказом. Потом, правда, вспомнил, что я, вроде как, перспективный деловой партнёр и, смягчившись, объяснил, что не может в столь неспокойное время пускать незнакомцев в дом, где живёт вся его семья. Отговорка звучала так себе, в конце концов, я к нему не на постой напрашивался, но что поделаешь… Четвёрку харизмы в окне характеристик никто не отменял, и большее подозрение я мог бы вызвать у непися только в том случае, если бы к метке вольного мага на правой скуле добавилось воровское клеймо на левой. Надо бы не забыть вытащить из ячейки в банке халатик, дающий социальные бонусы при общении с интеллигенцией, и впредь держать его под рукой.

Поблагодарив мастера за наставления и попрощавшись с его дочуркой, я оставил Гранёный флакон позади. Теперь начинался отдельный квест по поиску дома номер один по улице Пегой козы. Благо, помимо подсказок от недовольных наплывом беженцев, и оттого злых горожан, в моём распоряжении имелась подробная карта Стаса.

– Чем обязан? – без особенного радушия осведомился открывший мне дверь пожилой мужчина нордической внешности.

– Моё имя Ник, я искатель сокровищ. Гуннар, верно?

– Верно, – произнёс он, продолжая невозмутимо меня разглядывать. Кажется, этот этнограф, в отличие от своего коллеги, знал цену словам и предпочитал ими почём зря не разбрасываться.

– Возможно, ты слышал обо мне что-то от Хьюго, – прервал я затягивающуюся паузу. – В разрезе поиска артефактов абомо.

– Ты не спешил, – поджав губы констатировал Гуннар и отступил внутрь дома. – Входи.

Заперев дверь, этнограф провёл меня в гостиную и махнул рукой на мягкое кресло с продавленной спинкой. Сам же устроился у приоткрытого окна и начал раскуривать трубку. Что ж, сделаем вид, что мне спешить некуда.

– Моя коллекция почти собрана, – заговорил Гуннар, выпустив первое кольцо дыма. – Не достаёт всего двух предметов – каменного кошеля и механизма-мозаики.

– Впервые о таком слышу.

– Там чертёж, – он указал трубкой на одноногий столик, стоящий справа от меня.

Протянув руку, я взял сложенный вчетверо лист бумаги, развернул и уставился на схематичное изображение узкого, очевидно, каменного, прямоугольника. Его боковые грани были густо испещрены какими-то символами, а в одном из торцов была вырезана продолговатая щель непонятного назначения. Не монеты же в него, в самом деле, засовывали?

– Такие вещи должны быть в храмах абомо, – продолжил этнограф, позволив мне как следует рассмотреть рисунок. – Мне нужна одна.

– Ты уверен? Я уже несколько разных храмов облазил и ничего, даже близко похожего, там не видел. Откуда эта информация вообще взялась?

– Тебя, как наёмника, – мой собеседник как-то неприятно хмыкнул, – это не касается.

– Да неужели? Думаешь, я подряжусь лезть в самое пекло ради вещи, которой, может быть, и в природе нет?

На этот раз, хмыканье было задумчивым.

– У одного человека, – после короткого раздумья произнёс Гуннар, – есть такой предмет, и он точно из храма. Купить его я не смог, поэтому обращаюсь к тебе.

– Во сколько же ты оцениваешь такой артефакт?

– По порядку, – поднял он ладонь. – Механизм-мозаику ты, наверняка, видел. Каменный постамент, через который древние управляли своими постройками.

– И как же я дотащу сюда эту штуку? Не говоря о том, чтобы вырвать её из пола.

– Всю не надо. Мне нужна сама мозаика с каменным блоком, в котором она установлена. Кирки и навыков горного дела для этого хватит.

– Сразу скажу, я подобными навыками не обладаю. Кошель могу поискать, если, конечно, мы договоримся о плате.

– Две с половиной тысячи, – на лице коллекционера отразилась задумчивость, словно он уже перебирал в памяти кладоискателей, способных справиться со вторым поручением.

– Это награда охотника за грамловскими побрякушками, – поморщился я. – Абомо, а уж, тем паче, их храмы – дело совсем иное.

Убеждение – неудача.

– Две с половиной тысячи, – невозмутимо повторил собеседник.

– А сколько ты предлагал владельцу первого кошеля? Думается мне, что на острове и другие коллекционеры найдутся, которых такая вещь заинтересует.

Хитрость – успех. Убеждение – неудача.

– Три, – легко сдался этнограф. – Ни монетой больше.

Получено задание «Таинственный артефакт». Добудьте каменное приспособление, которое Гуннар прозвал каменным кошелём, и принесите его в дом коллекционера в Хадарте. Награда – 3000 золотых, 2000 опыта.

– Договорились, – я понял, что большего из этнографа, и впрямь, не выдавить. – Но есть ещё кое-что. В последнем дикарском храме на меня выскочили совершенно неубиваемые скелеты. Сколько ни бил уродов, они только челюстями хрустели и всё норовили проломить мне башку. Может ты, как специалист, что-нибудь о таком знаешь?

– Зачарованная нежить, – пожал плечами Гуннар. – Маги о ней обычно знают.

– У меня не было времени на теорию. Как их мочить-то?

– Все чары у таких заложены в одну кость, покрытую особым узором. Как правило, берцовую. Если ударишь по ней, сможешь ранить монстра, а со временем и убить. Остальные части тела трогать нет смысла, их ни разрубить невозможно, ни сжечь.

– Спасибо, а то я уже подумывал завязывать с кладоискательством.

Коллекционер кивнул, выбивая трубку о подоконник, и я встал с кресла, намереваясь продолжить свой марафон запланированных и не очень встреч.