Чтение онлайн

Светозар не выдержал, нетерпеливо выглянул в окно и окликнул любопытного юношу.

— Ну, что там?! Чего-то долго возятся, — пробурчал начальник городской стражи угрюмо.

Паренёк нехотя оторвался от, без сомнения, очень увлекательного зрелища, что предстало пред его очами, и опрометью бросился к Светозару.

— Там такое!.. Такое там!.. Во-о-о-т-т-т! — только и смог, запыхавшись, выдавить он.

— Да чтоб леший порвал твою задницу прямо по шву, Дынко! — вспылил Светозар. — А ну, приведи свою единственную извилину в порядок, сын барана и козы, да доложи внятно, что там происходит?! Пришлых уже пустили на отбивные?

— Там ещё вопрос, Светозар, кто кого на отбивные пустит! — выпалил Дынко, лишь с полгода как вступивший в ряды городской стражи и потому бывший сейчас на побегушках у своего начальника.

— Ты что, умом тронулся, скотина?! — взорвался Светозар, никогда не отличавшийся спокойным нравом. — Их только трое там супротив всей шайки нашего ушастого злыдня, а это рыл сорок, не меньше!

— Их-то там, может, и трое! Зато каждый из них десятка стоит, если не больше! А тот, что здоровее всех, с рыжей гривой, так вообще сотни! — с пылом выпалил Дынко и с сожалением оглянулся на таверну.

«Эх, от такого зрелища оторвали…» — подумал он тоскливо.

— А чего не тысячи? — Светозар сочувственно взирал на Дынко. — Похоже, ты совсем сбрендил, придурь! Хм… Здоровенный с рыжей гривой, говоришь? Любопытно… А не тот ли это, случаем, рыжий чужак, что сегодня днём на центральной площади Могуту одолел в поединке? Под описание подходит. Интересно…

В этот момент окно трактира, в которое только что подсматривал Дынко, вдребезги разлетелось, разметав по близлежащим окрестностям старые дубовые ставни, на которые оно было закрыто, и из него вылетело тело человека, как будто из пращи пущенное. Пролетев метров пять, оно шмякнулось наземь, перекатилось несколько раз по инерции и неподвижно замерло на дороге в пыли, в неестественном положении со сломанной шеей.

— Ну ничего себе! — Светозар в изумлении открыл рот. — Это же какой силищей надо обладать, чтобы так швырнуть человека?!

Светозар подался вперёд, пригляделся, и его удивление только усилилось:

— Лапоть Сварога мне в задницу, если это не тело самого Могуты совершило этот удивительный по своей красоте полёт!

— Да, похоже, что он! — восхищённо воскликнул Дынко, несколько разочарованный тем, что не видел начала этого самого полёта.

— Значит так! Сейчас дуешь в казарму и приведёшь всех наших, кто там будет, — Светозар грозно зыркнул на Дынко. — Всех! Ты меня понял, олений окорок?!

— Д-да, п-понял! Так т-точно, будет сделано! — слегка заикаясь, испуганно пролепетал Дынко. Но всё же, прежде чем броситься выполнять поручение, обернулся в дверях и неуверенно спросил: — А зачем всех-то?!

— А затем, дурья твоя башка, чтобы, когда я встречу того медведя, кто так швырнул в окно Могуту, аки мешок с засохшим навозом, хочу, дабы между нами стояло как можно больше добрых молодцев со сталью вострой в руках! А теперь помчался, аки олень, выполнять, что велено, пока я тебе рога не обломал! — Светозар так рявкнул на Дынко, что тот опрометью бросился исполнять поручение, аж пятки засверкали.

Тем временем в таверне «Хромая лошадь» буря была в самом разгаре. По какой-то молчаливой договорённости, немому соглашению с обеих сторон что три чужака, что разбойники не взяли в руки своё оружие: мечи, топоры и палицы так и остались стоять прислонёнными к стульям либо на столах да лавках разбросанные; кинжалы и ножи разного размера были вытащены из-за поясов и голенищ сапог и тоже брошены где попало. Драка протекала без холодного оружия. Но в ход шло всё, что попадалось под руку: те же столы, стулья, посуда да разнообразная кухонная утварь. Бандиты попытались с ходу снести наглую троицу, использовав колоссальное преимущество в численности, и задавить чужаков количеством, но не тут-то было! В тесной харчевне особо не развернуться, ведь это же не чистое поле. Плюс столы, стулья да лавки мешались под ногами. Вот и получилось, что лицом к лицу с каждым из богатырей, которые встали в треугольник, спиной к спине, выходило всего по два-три противника, что было как нельзя кстати для Ратибора, Яромира и Мирослава.

Ратибор и Яромир, конечно, олицетворяли собой просто невероятную, безудержную силу и неукротимость своих первобытных могучих диких предков. В такой драке, когда на кону стояло не только исполнение важного поручения князя Святослава, но и их собственные жизни, они могли уже не сдерживаться и бить в полную силушку. Чудовищной мощи были эти их удары, и уже груда распростёртых тел лежала на полу. Кто-то стонал и полз в одном ему известном направлении, попутно сплёвывая осколки зубов, кто-то просто тихо лежал и скулил, свернувшись калачиком, а кто-то и вовсе не подавал признаков жизни. Вот подлетевшему к нему здоровому детине Ратибор со всего маха отвесил такой удар правой, что тот как бежал, так тут же и принял горизонтальное положение, будто сбитая шаром кегля. Ещё одному пройдохе удалось-таки зайти за спину рыжеволосому исполину, и он от души приложился деревянным стулом по его могучему хребту. От такого удара стул разлетелся на части, но молодой богатырь даже глазом не повёл, мгновенно развернувшись и уложив нападавшего левым хуком. Тут же несколько громил одновременно повисли на Ратиборе и вцепились в него, как свора собак в загнанного медведя, но он несколькими стремительными мощными рывками легко стряхнул со своих широченных плеч нападавших и, как детей малых, раскидал тех по залу таверны, попутно нанося страшной силищи затрещины подвернувшимся под горячую руку бандитам.

Остальные головорезы кружили вокруг троих друзей, как шакалы, выжидая момент для нападения. Несмотря на понесённые потери, они всё ещё не сомневались в победе. Четыре десятка на троих, как-никак! Вот ещё один верзила подскочил к Яромиру и ударил стулом уже его. Яромир прикрыл ряшку рукой, и стул развалился при ударе об могучий бицепс богатыря. После чего правый крюк Яромира въехал точнёхонько в челюсть любителю стульев; того подкинуло в воздухе, и, пролетев несколько метров по красивой дуге, горемыка врезался в толпу своих товарищей, опрокинув часть из них.

Мирослав хоть и уступал по росту, силе и природной мощи двум своим друзьям, но являлся куда более проворным и ловким. Он не позволял разбивать о себя стулья. Попасть по нему была та ещё задачка. Вот он пригнулся под ударом и ловко, с быстротой молнии, всадил свой хук в ответ. В следующий момент увернулся от брошенной ему в голову кружки и в тот же миг умудрился перехватить летящий в спину Ратибору очередной стул, который со смаком и опустил на черепушку ближайшего противника. Стоны и отборная ругань разносились по таверне. Разбойники пребывали просто в бешенстве; сколько их бойцов уже полегло, а эти трое всё стоят как ни в чём не бывало! Мало того, этот рыжий здоровяк так вообще радостно улыбается! Спотыкаясь о тела своих павших товарищей, бандиты в ярости, раз за разом нестройными рядами нападали на троих дерзких чужаков, осмелившихся бросить им вызов в их же логове и до сих пор не поплатившихся за это.

Ждан Заяц сам в бой не лез, а маячил сзади и подбадривал своих, громко повизгивая:

— Навались, коряги паршивые, их ведь трое всего! — выкрикивал он свои ободряющие лозунги. — Горсть злата и бочку медовухи тому, кто завалит вон того, самого здорового!

Могута пока тоже в драку не лез. С лютой ненавистью он наблюдал за Ратибором и, осторожно ступая, шаг за шагом старался подобраться к нему как можно более незаметно. Но в последний момент нервы его не выдержали и терпение лопнуло. Он вскочил на ближайший стол и с разбегу прыгнул сверху на спину рыжебородого гиганта, надеясь сбить его с ног массой своего тела. Это было глупо. Ратибор краем глаза увидел этот манёвр и в самый последний момент быстро развернулся да и просто поймал летящего на него сверху Могуту своими могучими лапищами, одной рукой крепко схватив того за глотку, а другой за промежность. После чего со всего маху опустил тело Могуты об этот же самый стол, с которого тот только что сиганул, расколошматив его в щепки. Но этого Ратибору показалось мало. Шустро сграбастав с пола за щиколотку слабо уже сопротивляющегося противника, рыжеволосый великан раскрутил местного чемпиона вокруг своей оси, попутно уложив его телом несколько лиходеев, и, как будто из пращи, слегка раскачавшись, запустил потрясённого Могуту в ближайшее оконце «Хромой лошади», которое было закрыто старыми, но всё ещё крепкими дубовыми ставнями и находилось метрах в трёх от Ратибора. Что и говорить, бросок выдался впечатляющим: Могута полетел головой вперёд и вдребезги разнёс своим лысым черепом тяжёлые дубовые створки вместе с самим окном, после чего затих где-то на улице, более не подавая признаков жизни. Шея его была неестественно свёрнута. На этом, похоже, жизненный путь Могуты-чемпиона бесславно завершился.

Разбойники же в корчме на несколько секунд застыли в изумлении. Такого они никогда не видели! Вот это мощь! Наконец, опомнившись, несколько человек схватили длинную дубовую скамью, стоявшую у одной из стен таверны, выставили её перед собой, аки таран, и бросились на молодого богатыря, надеясь либо сбить, либо хотя бы прижать того к стене. Ох, и зря они это сделали! С таким же успехом можно было попытаться сдвинуть гранитную скалу с места! Всего на шаг Ратибор отступил, и то лишь для того, чтобы ухватиться за лавку половчее, после чего двумя могучими рывками вырвал оную из рук душегубов, вцепился в неё поудобнее и принялся крушить импровизированной дубиной вражин направо и налево, как косой сметая новым оружием разбегающихся в панике разбойничков со своего пути.