Чтение онлайн

Постоянно оглядываясь назад, Кати принялась возиться со шпингалетами. Явно торопилась. Окно оказалось частично заклеенным, и ей пришлось спешно отрывать защитные ленты, какие даже во многих богатых домах ставили, чтобы защититься от сквозняка.

— Ну же, давай, — раздраженно процедил я. — Времени мало!

Наконец, окно поддалось, и Кати распахнула его с такой силой, что стекла едва не повылетали.

— Тише ты! — шикнул я. — Все взяла с собой?

— Да!

— Тогда прыгай!

Кати взобралась на подоконник с ногами, и я отметил, что девушка догадалась надеть спортивную одежду и кроссовки. Она с опаской взглянула вниз, на меня, на асфальт…

— Я… — ее голос сорвался.

Прыгать было невысоко, но сейчас Кати поняла, что после этого прыжка назад дороги не будет.

Поняла и испугалась.

— Ну же! — Я подошел ближе и протянул руки, чтобы ее поймать. — Ты сама об этом просила! Сейчас или никогда.

Катерина застыла на подоконнике, словно собиралась прыгать не с первого этажа, а минимум с пятого. Девушка оцепенела от ужаса. Но я понимал, что пугала ее не высота, а последствия принятого решения.

Но об этом ей следовало думать раньше. Я сейчас не психолог, а таксист. И уговаривать ее у меня не было времени.

— Прыгай — или я пошел, — сказал я и уже действительно начал разворачиваться к нашему автомобилю, где, кажется, начал приходить в себя охранник.

— Стой!

Кати всхлипнула и приготовилась прыгать. Никаких нервов не хватит с этой девкой! Я подобрался как можно ближе и сконцентрировал стихийную энергию в руках, чтобы, случись что, смягчить беглянке падение.

— Ну! Давай же!

— Мамочкиии!

Зажмурившись, она оттолкнулась пятками от подоконника и прыгнула.

Я тут же поймал девушку, благо весила она совсем немного, и это наверняка даже романтично смотрелось бы со стороны, кабы не необходимость спешить.

— Все, теперь убираемся отсюда! — Не дав девушке опомниться, я схватил ее за руку. — Бегом!

Я потащил ее к автомобилю, распахнул дверь и буквально затолкал Кати на сидение. Девушка врезалась в габаритного охранника, но тот только что пришел в чувство и успел лишь ойкнуть. Запрыгнув следом, я захлопнул дверь.

— Лаврентий, гоните! — крикнул я. — Быстро!

Хорошо, что он не глушил двигатель. Машина сорвалась с места, а я обернулся, разглядывая фасад дворца. Из окна уже торчала чья-то голова, явно кто-то из слуг растерянно озирался по сторонам.

— В переулок! — велел я. Нельзя, чтобы нашу машину разглядели, хотя все равно оставалось вероятность, что ее уже приметили.

Лаврентий свернул на ближайшем повороте.

— Так куда едем, ваша светлость? В церковь не повезу, и не просите. Мне за это ваша матушка голову оторвет…

— Да какая церковь, — раздраженно бросил я, глядя назад и пытаясь понять, стали ли нас преследовать. — В Михайловский замок, Спецкорпус. Главный вход. И, молю вас, Лаврентий, меньше вопросов и выше скорость. Это и правда важно.

Кати молча таращилась то на меня, то на охранника, то на дорогу. Видимо, перед ее глазами сейчас проносились картины возможных последствий ее поступка. Что ж, у нее еще есть время передумать. Я обещал помочь ей сбежать и добраться до Спецкорпуса, и я это сделаю. Но подавать ли документы, решать только ей.

Хотя, конечно, будет немного обидно, если она все же не станет идти до конца. Или если у нас, например, неожиданно спустит колесо.

Охранник подался вперед и взглянул на меня, чтобы не разговаривать через Катерину.

— Ваша светлость, позвольте осведомиться, что происходит?

— Я же сказал, что мне нужно кое-что забрать с этого адреса. Мы и забрали.

— Это не что, это кто! — Он внимательно вгляделся в лицо девушки и узнал ее. — И если мне не изменяет память, это ее высочество Катерина Дмитриевна.

Я пожал плечами.

— Память вас не подводит, поздравляю.

— Ваша светлость, будучи при исполнении, я обязан выяснить, имеет ли происходящее незаконную подоплеку. Поскольку если имеет, я обязан доложить своему руководству.

Нет, в определенной степени охранник был прав. Именно поэтому мне не импонировало их общество. Ибо при всем уважении к их верной службе, я терпеть не могу отвечать на лишние вопросы в неподходящее время.

— Константин, верно? — улыбнулся я, пристально уставившись на охранника. От моего взгляда ему стало не по себе. Да, люди не ожидают увидеть его в глазах юнца, но иногда можно немного приспустить маску.

— Да, ваша светлость.

— Константин, то, что сейчас происходит, является внутренним делом моей большой семьи. Если я ничего не путаю, вы приставлены ко мне, дабы решать вопросы безопасности. Правильно?

Охранник кивнул.

— Да, ваша светлость.

— Превосходно. Поэтому я прошу вас ограничиться исполнением своих обязанностей, связанных с обеспечением моей безопасности. Вы не моя нянька и не мой официальный представитель, и не стоит брать на себя эту ношу. Если вам станет легче на душе, никаких законов мы сейчас не нарушаем. Ее высочество едет с нами по своей воле, а мы выполняем функцию сопровождающих дамы. Так что сейчас мы с вами в какой-то степени коллеги. Это исчерпывающий ответ?

Охранник смутился, но не подал виду.

— Конечно, ваша светлость. Прошу прощения. Однако я все же обязан вас сопровождать, пока вы не вернетесь домой…

Я вздохнул. Ладно, теперь-то уже какая разница? Хочет он таскаться вместе с нами по кабинетам — пусть развлекается.

Все это время Кати молча смотрела на дорогу, иногда поглядывая назад, ища погоню. Я пока что не заметил хвоста, а мы тем временем проехали Конногвардейский бульвар, Адмиралтейство и выехали на Невский. Отсюда до места назначения оставалось каких-то пять минут — дороги пока что были не слишком загружены.

Когда Лаврентий свернул с Невского на набережную Фонтанки, а вскоре в конце дороги показались стены Михайловского замка, девушку затрясло.

— Тихо, Катерина. Если вы передумали, я попрошу водителя повернуть назад.

— Нет! — решительно замотала головой девушка. — Не передумала и не передумаю. Просто сейчас мне почему-то стало очень страшно…

Конечно, страшно! Все мы боимся неизвестности. Боимся сделать неверный выбор, поставить не на то и затем все потерять. Но и провести всю жизнь в страхе тоже не выход.