Чтение онлайн

— Ты тоже это заметил? — спросила она, её голос был тихим, но полным смысла. — На мгновение он выглядел… другим. Сильным. Настоящим императором.

— Да. Увы, ненадолго.

— Это было потрясающе. Но как ему помочь? Как сделать так, чтобы это было не мгновением, а постоянным состоянием?

Я пожал плечами.

— Сложный вопрос. Но то, что эти моменты бывают, даёт надежду, — ответил я, чувствуя, как в её словах звучат мои собственные мысли. — Возможно, ответ есть, но мы его пока не знаем.

Прошло около четверти часа, когда императрица с фрейлинами вернулись. Государыня вновь всем улыбалась, хотя усталость и переживания всё ещё читались на её лице. Она переоделась в современное платье без излишнего декора, и это подчёркивало её молодость и… уязвимость.

Гости почтительно расступились, давая ей дорогу. Все взгляды были устремлены на неё, и в воздухе витало напряжение. Она остановилась, обведя всех взглядом.

— Еще один бокал шампанского — и после я бы хотела бы вернуться в Зимний дворец, — сказала она, обращаясь к своему окружению. — Вечер был прекрасен вопреки этому мелкому недоразумению. Однако время уже позднее…

Император тут же подбежал к ней.

— Наденька, ты больше не будешь гореть, да? — спросил он с искренней наивностью, которая разорвала тишину зала. Его голос был мягким, но слишком громким.

Императрица улыбнулась, хотя её глаза на мгновение потухли. Радость от счастливого спасения сменилась горьким разочарованием, когда император снова стал собой.

— Нет, ваше императорское величество. Всё уже хорошо, — ответила она, поглаживая его по щеке. Но я заметил, как её рука дрогнула. Она тоже, казалось, мечтала о том, чтобы её муж навсегда избавился от детской оболочки.

Свита императрицы начала готовиться к отъезду, но перед этим фрейлина Мещерская подошла ко мне.

— Алексей Иоаннович, её императорское величество хотела бы поговорить с вами перед отбытием. Она ждёт вас в соседнем зале.

Я кивнул и направился туда. Императрица стояла у окна, всматриваясь в ночь за стеклом. Лунный свет мягко освещал её фигуру, делая её похожей на призрак.

— Алексьей Иоанновьич, — начала она, обернувшись ко мне. — Благодарью вас и вашьу семью за этот вьечер. Несмотрья на случьившееся, он был организован безупрьечно.

Я поклонился.

— Благодарю, Ваше императорское Величество. Для нас было честью принимать вас.

Она улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень.

— У менья есть важный вопрос, который я хочу обсудьить с вамьи. Но не здьесь. Я приглашаю вас в Зимний дворьец. Это будет частный визит. — Её голос стал едва слышен, она сделала шаг ближе. — Это очьень важно.

— Конечно, Ваше Величество. В любое время, когда вам будет угодно.

— Скоро, Алексей Иоанновьич. Скоро.

Императрица кивнула и направилась к выходу. Фрейлины уже ждали ее на пороге.

Проснуться мне пришлось аж в пять утра. Привести себя в порядок, погладить и почистить мундир — лакеям я эту работу не доверял. И выпить минимум две чашки кофе — все же с сегодняшнего дня в Корпусе начиналась аттестация, и голова должна была работать.

Дом ещё не проснулся полностью, но в столовой уже горел свет, а за столом собралась наша небольшая компания. Мы с Леней, уже облаченные в форму, готовились к отъезду в Спецкорпус. Родители и Виктор присоединились к нам, чтобы вместе позавтракать, обсуждая вчерашний бал. Татьяна, как всегда, наслаждалась утренним сном.

Столовая ещё хранила следы вчерашнего праздника. В воздухе витал лёгкий аромат заваренного кофе и свежего хлеба, а на боковой стойке стояли блюда с угощениями — сыр, ветчина, яйца и ещё несколько лакомств, которые слуги оставили для нас.

— В целом, бал прошёл отлично, — начал Виктор, раскладывая на тарелке тосты и яйца. — Гости остались довольны, да и сам император, несмотря ни на что, казался счастливым.

Матушка вздохнула, поставив чашку на блюдце.

— Это лишь поверхностное впечатление, Виктор. Инцидент с императрицей всё испортил. Я просто не могу избавиться от мысли, что такое произошло в нашем доме. Это ужасно! — Её голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — Ей было больно, Виктор. Да, её спасли, но ожоги… это не просто неприятно, это страшно.

— Она уже забыла об ожогах — лекари быстро устранили все следы, — ответил Виктор.

— И все же…

Отец накрыл ее ладонь своей.

— Милая, никто не мог предвидеть такого. Главное, что всё обошлось. Императрица в порядке, и наш Дом проявил себя с достоинством.

Виктор кивнул, но в его глазах мелькнула искорка шутливой иронии:

— В позапрошлом веке такие инциденты случались сплошь и рядом. Пожары на балах были делом привычным. Многие дамы и кавалеры погибали, превращаясь в живые факелы. Даже историки не скрывают этого.

— Вот именно! — всплеснула руками мать, её взгляд стал строгим. — Общество этого не забудет. Все будут говорить: «Это случилось в доме Николаевых».

Отец слегка усмехнулся и посмотрел на неё с мягким укором:

— Уверен, милая, что время всё расставит на свои места. Мы сделали всё возможное, чтобы минимизировать последствия.

— Но это пятно на нашей репутации! — вздохнула Анна Николаевна. — Хотя, конечно, я рада, что всё закончилось именно так, а не хуже.

Я в это время обдумывал слова Виктора. Пожары на балах — привычное дело в истории. Но вчерашнее событие открыло мне нечто большее.

— Общество забудет быстрее, чем вы думаете, — вмешался я, поставив чашку с чаем на блюдце. — Но зато у императора произошёл момент просветления. Возможно, его психика мобилизовалась в экстремальной ситуации.

Мои мысли продолжали кружиться вокруг этого наблюдения. Я молча размышлял: а вдруг именно такие ситуации, где на кону стоит жизнь близкого человека, могут стать ключом к исцелению императора? Быть может, сознание, загнанное в угол, способно вырваться наружу, обретая силу?

Лёня, до этого тихо ковырявший вилкой в своей яичнице, посмотрел на меня с интересом, но не стал ничего говорить. Он выглядел напряжённым, словно внутренне готовился к предстоящей неделе.

Я взглянул на часы и решительно произнёс:

— Уваров, заканчивай завтрак. Нам пора. Надо успеть на построение. Сегодня начинается аттестационная неделя, и мы не можем опоздать. Наверняка напутствовать будет сама Шереметева.

Мы поднялись из-за стола. Родители и Виктор пожелали нам удачи. Отец протянул мне руку, крепко сжав её:

— Справьтесь достойно. Мы гордимся вами и верим, что вы не опозорите честь своего мундира.

Мать тепло улыбнулась, хотя её взгляд всё ещё оставался тревожным: