Чтение онлайн

— Совершенно верно, Милана, — кивнула Ленка. — И ещё она подруга нашей матери. Да и моя, пожалуй.

— Я погляжу, князь Яромир очень вам доверяет, Кеннер, — она перевела своё внимание снова на меня.

— Возможно потому, что я всеми силами стараюсь оправдать его доверие, — спокойно ответил я. — И всегда действую в интересах княжества.

— Ну да, ну да, — рассеянно кивнула Милана, о чём-то задумавшись.

Драгана удовлетворённо улыбнулась. Всё это время она молчала, предоставив разговаривать Бобровской.

— Пойдём, Лана, — сказала она, выглядя очень довольной, — не будем мешать молодёжи готовиться к ответственному турниру.

— Да, в самом деле, — встрепенулась та. — До встречи, была рада с вами познакомиться.

Мы дружно поклонились, и они с достоинством отбыли. Мы проводили их глазами.

— Закройте, пожалуйста, рты, — с раздражением сказал я одногруппникам. — Постоять рядом с Ивлич ещё не повод выглядеть по-дурацки.

Я сделал усилие над собой и вымел раздражение прочь. Чего я, в самом деле, жду от деревенских ребят? Они воспринимают Высших чем-то вроде небожителей и когда та же Драгана Ивлич подходит вот так попросту, поздороваться, то на них это совершенно естественно оказывает сильное впечатление. Хотя Анета меня немного удивила — рот она, конечно, не раззевала, но я ожидал от неё более спокойной реакции.

— Анета, а ты-то почему чувствовала себя так скованно? — Отчего бы и не спросить, если уж непонятно. — Для тебя-то общение с Высшими должно быть совершенно привычным.

— Где бы я с Высшими общалась? Может, для тебя поболтать с Драганой Ивлич — это ничего особенного, а у меня круг общения совсем другой.

— Да? А что насчёт Алины?

— Это вы с Леной привыкли воспринимать Алину как подружку, и забываете, кто она такая. Она меня, наверное, любит, и я её тоже люблю, но для меня она прабабушка и Мать рода, а никакая не подружка.

Наверное, я в самом деле не вполне понимаю, чем для родовичей является Мать рода — помнится, Стефа тоже что-то такое говорила. Хотя может быть, постороннему этого вообще не понять.

— Кеннер, а что они вообще хотели? — с недоумением спросила Ленка. — Не просто же посмотреть на Анету?

— Ну, я могу только предполагать, — хмыкнул я. — У них в Круге был серьёзный раскол, но причина для раскола исчезла, и похоже, что Драгана начинает понемногу прибирать к рукам другую фракцию. Эта бывшая оппозиция сейчас пытается понять своё будущее место во власти и, естественно, интересуется реальным положением тех, кто к этой власти близок. Например, нами. Милану, по всей видимости, интересовало, насколько тесно мы связаны с родом Тириных, и как князь смотрит на эту слишком тесную связь. Вот, кстати, яркое свидетельство, что отношения нашей семьи с родами многих волнуют.

— И какие могут быть последствия? Ну, того, что мы тесно связаны с Тириными.

— А ещё и с Ренскими, и с Хомскими, — напомнил я. — А последствия… в деталях всё очень сложно, зато в целом проще некуда — нас будут терпеть только до тех пор, пока мы демонстрируем абсолютную преданность князю и княжеству. Настолько влиятельному семейству не позволят ни малейшей нелояльности — если мы заиграемся, то повторим судьбу Греков. Так, — я присмотрелся к кучке преподавателей, — кажется, это нам Менски машет. Всё, выдвигаемся.

Народ потянулся к месту сбора, но Ленка незаметно придержала меня и тихо спросила:

— Кени, в чём дело? Что тебя беспокоит?

— Я не понимаю, что здесь происходит, — так же тихо ответил я. — Посмотри вокруг — я вижу по меньшей мере семеро Высших. А вон там в стороне ещё четыре женщины вышли из машин, и двух из них я знаю, они тоже Высшие. Ты можешь поверить, что все они вдруг так заинтересовались обычным турниром третьекурсников?

— Да, очень странно, — признала она. — И что всё это значит?

— Не имею ни малейшего понятия, — вздохнул я. — Но мне это на всякий случай не нравится.

* * *

Я подошёл к Менски, который раздражённо объяснял что-то незнакомой преподавательнице. Наконец, он закончил с ней и обратил внимание на меня:

— Что ты хотел, Арди? — спросил он с кислым видом. — Давай говори быстрей, мне некогда.

— Что нам делать, наставник?

— Разбивайтесь на команды, как вы там решили, и вставайте вон там, рядом с командой второй группы.

Он отвернулся было, но я позвал его снова:

— Наставник?

— Ещё что-то? — недовольно отозвался он, снова поворачиваясь ко мне.

— У меня есть вопросы.

— Никаких подсказок, — категорически заявил он.

Я укоризненно посмотрел на него, и он страдальчески сморщился.

— Да, да, знаю, тебе подсказки не нужны. Ладно, спрашивай.

— Где четвёртый курс?

— Зачем тебе четвёртый курс, Арди?

— Они тоже должны участвовать, но я их здесь не вижу.

— И не увидишь. Турнир каждый год разный и правила всегда разные. Четвёртый курс участвует редко, и в этом году их не будет. Это всё?

— Ещё вопрос, наставник. Что происходит? Почему здесь столько Высших?

— Приехали поболеть за тебя? — предположил Генрих.

Я опять посмотрел на него с укором, и он опять поморщился.

— Не знаю, Арди. Вот ни малейшего представления не имею. Из наших тоже никто ничего не знает. И спросить мы не можем, не по чину нам с ними заговаривать. Это ты можешь хоть у самой Ивлич отчёта потребовать, так что это я тебя должен спрашивать, что они здесь забыли.

— Ясно, — озадаченно кивнул я. — Спасибо за ответы, наставник.

— Давайте распределяйтесь побыстрее, сейчас правила будем объявлять, — дал он указание напоследок и потерял ко мне интерес.

Все команды уже выстроились — рядом с нами стояли четыре девчонки из второй группы, а вот третья группа и в самом деле разделилась — рядом с Кристером Янсеном стояли Юнусова с Неверович, а Мина Золотова с Ядвигой Вербицкой стояли отдельно, и подчёркнуто игнорировали команду Янсена.

— Четвёртого курса не будет, — проинформировал я своих. — Соревноваться будут только наши четыре команды.

— Это хорошо или плохо? — первой задала насущный вопрос Ленка.

— Мне кажется, что скорее хорошо, меньше придётся толкаться. Но всё зависит от того, что для нас придумали, так что может быть и плохо.

— Кеннер, а почему здесь Высшие? — спросила Анета, недоумённо поглядывая на стоящую невдалеке кучку Высших, которая заметно увеличилась, и которую уже, наверное, правильнее было бы называть толпой. — Я там мало кого знаю, но трое из них точно Высшие, Алина мне их показывала.

— Не знаю. И преподы тоже не знают, я у Менски спрашивал. Никто не понимает, что у них за интерес к студенческому турниру. Хотя есть у меня на этот счёт кое-какие смутные подозрения. И знаешь что, Анета — если ты думаешь, что Алина приехала из-за тебя, то ты, скорее всего, ошибаешься.