Чтение онлайн

— Здравствуйте, господин Марцин, — тепло приветствовал я Марцина Орловского, главу семейства. — Благодарю, что отнеслись к моей просьбе серьёзно.

— Здравствуйте, господин Кеннер, — отозвался он довольно неприветливо. — Надеюсь, бросив всё и прилетев к вам, я не потерял время напрасно.

Не очень-то он рад со мной встретиться, но я в чём-то его понимаю — бегать по вызову дело неприятное и несколько унизительное. Тем не менее, он всё же немедленно вылетел ко мне, когда получил от меня просьбу это сделать, причём без объяснения причин. Он поступил очень умно, правда, ему ещё только предстоит это узнать.

— Нас заинтересовал ваш аффинажный завод, но ваш племянник… я правильно помню, что он вам племянник?

— Двоюродный, — неохотно подтвердил Марцин.

— Благодарю. Так вот, ваш племянник не пожелал сотрудничать. Это, безусловно, ошибка, которую можно объяснить его молодостью, но в ваших интересах решить эту проблему как можно быстрее.

— Да и вы тоже не очень стары, — едко прокомментировал Орловский.

— Вы хотите это обсудить, господин Марцин? — с ноткой сарказма осведомился я.

— Не хочу, — хмуро отозвался он. — Но я до сих пор так и не понял, зачем я теряю здесь время.

— Прежде чем это объяснить, я хотел бы услышать от вас обещание держать услышанное в тайне. Не то чтобы это было каким-то грандиозным секретом, но это всё же конфиденциальная информация, и я могу получить некоторые неприятности, если она разойдётся через меня.

— Обещаю, — коротко сказал он.

— Вы, возможно, знаете, что в Рифейске я нахожусь как спецпредставитель князя. Одно из дел, которое я здесь расследую — это систематическая и масштабная кража золота у княжества, которая происходила на протяжении нескольких лет. В которой оказалось замешано и ваше семейство.

— Что?! — Орловский покраснел и, казалось, был готов вскочить и накинуться на меня.

— Украденное золото проходило аффинаж на вашем заводе, — спокойно пояснил я. — Нам это известно совершенно точно, ошибка исключена.

Он замолчал, что-то лихорадочно про себя прикидывая.

— Я не вижу в этом преступления, — наконец сказал он, придя к какому-то выводу и расслабившись. — Мы оказываем эту услугу всем желающим. И если мы не получали никакой доли от украденного, то вы не можете нам ничего вменить в вину.

— Во-первых, мы не знаем, что вы получили, поскольку ваше семейство препятствует следствию, — улыбнулся я ему. — А во-вторых, ваша доля может ведь выплачиваться вам и в какой-нибудь непрямой форме. Господин Марцин, давайте я вам обрисую то, как должны развиваться события. Как я, по идее, обязан действовать.

— Давайте, — настороженно кивнул он.

— Поскольку ваше семейство отказалось сотрудничать, оно становится предполагаемым соучастником. Ваш племянник помещается под арест, на заводе вводится временное управление, вся документация изымается. Документация и ваш племянник едет в Новгород, где вашим семейством начинают заниматься следователи княжеской канцелярии. Вам нужно объяснять, как это всё отразится на вашей репутации, даже если вас оправдают?

— Не нужно, — мрачно отозвался он. — То есть вы хотите, чтобы мы допустили ваших людей к документации завода?

— Да мне всё равно, на самом деле, — пожал я плечами. — Я же могу просто послать ратников и всё изъять. Это ведь вам нужно, а не мне. Ревизоры не мои, они из ведомства советника Хотена Летовцева и по возвращении в Новгород обязательно отразят в своём докладе ваше нежелание сотрудничать.

— И почему же вы просто не послали ратников?

— Если бы у меня были хоть малейшие сомнения насчёт вашей непричастности, я бы так и сделал, — объяснил я. — Но я уверен, что ваше семейство в этой афере не участвовало, и это исключительно глупость вашего племянника, извините меня за прямоту. Вам всё равно придётся им пожертвовать, но семейство вы ещё можете спасти.

— Почему вы считаете, что им придётся пожертвовать? — помрачнел Марцин.

— Потому что он практически наверняка виноват. Пусть он заключил какой-то договор, но это был договор от несуществующей компании, оплата по которому приходила с левых счетов. Есть, конечно, некая вероятность, что я ошибаюсь, но думаю, дело обстоит именно так.

— А что он сам сказал?

— Он заявил, что все вопросы к наместнику, он имел дело с ним. Со мной ваш племянник разговаривать вообще отказался.

— А что сказал наместник?

— Наместник пока мало что сказал, — развёл руками я. — Он арестован, с ним работают следователи, но они только начали, и результатов ещё немного.

— А ведь я надеялся, что хотя бы здесь этот идиот не сможет напортачить, — в сердцах сказал Орловский.

Похоже, его племянник — это ещё один ссыльный, вроде Дамира Назимова, который сейчас загорает на берегу прохладного Печорского моря. Правда, там-то у Дамира вряд ли получится с чем-то напортачить. Хотя кто знает? Дурак — он везде дурак.

— Похоже, наше семейство у вас в долгу, господин Кеннер, — вздохнул Марцин.

— Бросьте, господин Марцин, — махнул я рукой. — Мне эта услуга обошлась недорого. Я просто считал неправильным, что достойное семейство может пострадать из-за одного неумного юнца.

— И всё-таки, господин Кеннер, — настаивал он. — Как мы можем вам отплатить?

— Не надо никакой платы, — твёрдо отказался я. — Возможно, когда-нибудь в будущем у вас будет случай оказать нам подобную услугу, а нет, так и нет.

Мне действительно от него ничего не нужно. Но как бывалый путешественник оставляет по пути схроны с запасами, так и я оставляю за собой тех, кто мне должен. Кто знает, может и для нас когда-нибудь настанет трудное время, и тогда кто-нибудь из тех, кому я бескорыстно помог, вспомнит об этом.

— Клим, отойдём на пару слов, — Щеглов кивком обозначил свободный уголок, где не было посторонних ушей.

— Ну что тебе, Витя? — Клим Божич позволил себя увлечь в сторонку, но явно не горел желанием разговаривать. — Давай быстрей, мне некогда.

— Как ты собираешься выполнять приказ? — потребовал ответа Виктор, глядя ему в глаза.

— Никак не собираюсь, и ратникам своим никаких заданий давать не буду, — мрачно ответил тот, без всяких уточнений поняв, о каком приказе идёт речь. — И тебе тоже советую об этом приказе забыть.

— Клим, время идёт и Арди скоро до нашего человека доберётся. Мы должны добраться до него раньше.

— Витя, ты тупой? — резко ответил Божич, уже не считая необходимым сдерживаться. — Ты как хочешь, а я не хочу к стенке вставать из-за ваших игр.