Чтение онлайн

— Кеннер, Лена, здравствуйте, — приветливо улыбнулась нам Анна, и мы вразнобой поздоровались в ответ. — Ваш преподаватель боевой практики настаивает, что его занятия для вас совершенно бесполезны.

— Господин Генрих излишне скромничает, как мне кажется, — возразил я. — Его уроки для нас очень полезны. Он прекрасный преподаватель.

— Насчёт того, что он прекрасный преподаватель, нет никаких сомнений, — согласно кивнула Максакова. — Очень печально, что он уходит.

— А кого в этом винить? — пожал я плечами. — Если политика Академиума состоит в том, чтобы выжать из должника по максимуму, то совсем неудивительно, что люди стараются уйти при первой же возможности.

— Не ко мне претензия, — хмыкнула Анна. — Я ведь и сама в своё время через это прошла. И повлиять на Академиум я никак не могу — вы сами сыграли немалую роль в том, что Академиум практически полностью ушёл из-под влияния Круга.

Я просто посмотрел на неё с иронией.

— Ну хорошо, хорошо, — поморщилась она, — мы вместе на это повлияли. Но всё же не вам здесь выступать с осуждением — ваше семейство входит в попечительский совет, да и вообще обладает достаточным влиянием, чтобы попытаться как-то изменить ситуацию. Однако вы явно ничего не собираетесь сделать.

— Не собираюсь, — подтвердил я. — Благодаря этому я уже приобрёл несколько ценных сотрудников, в частности, того же Менски. Да и ещё наверняка приобрету. Зачем мне что-то менять?

— Немного цинично звучит, не находите? — подняла бровь Анна.

— Звучит не очень хорошо, согласен, — признал я. — Но как глава семейства, я так ведь и обязан рассуждать. Однако это всё же не главная причина. На самом деле у меня просто нет способа на это как-то повлиять — даже если мне удастся убедить попечительский совет, у него нет полномочий принимать подобные решения. Да и вообще, я глубоко сомневаюсь в самой возможности что-то изменить — Академиум давно использует такую систему и полностью под неё подстроился. Если мы вдруг от неё отказываемся, сразу же возникает масса вопросов, и прежде всего: где брать преподавателей и если мы их всё-таки найдём, то где взять деньги, чтобы платить им соответствующее жалованье? Сможем ли мы создать новую работающую систему вместо разрушенной старой? В конце концов, наверное, сможем, но сколько времени это займёт и чего это будет стоить?

— У меня нынешняя система Академиума вызывает отвращение, — вздохнула Анна. — Она забрала у меня тридцать лет жизни. Но отвлекаясь от моего личного отношения, должна признать, что полностью с вами согласна. Пока эта система не прогниёт до основания, что-то изменить вряд ли получится. Но мы как-то совсем ушли в сторону. Так вот, Менски достаточно веско обосновал необходимость отдельных занятий для вас с Леной, Академиум, как принято в таких случаях, обратился в Круг за помощью, и вот я здесь.

— Я рад, Анна, что вы нашли возможность позаниматься с нами, — с благодарностью сказал я. — Но всё же удовлетворите моё любопытство: зачем это вам? Вы ведь не штатный преподаватель, да и вообще ничем Академиуму не обязаны.

— Ну, потренироваться с сильными противниками всегда полезно…

Я посмотрел на неё с ясно выраженным сомнением.

— Да некого мне больше послать, Кеннер, — с досадой сказала она. — Понимаю, что в такое сложно поверить, но это действительно так. Высшие мне не подчиняются, а обычные Владеющие Круга не подходят. Даже наши девятые ранги ничем не лучше Менски, они все давно уже администраторы, а не боевики. Вот и получается, что кого-то надо сюда направить, а некого.

— Обычная проблема руководителя, кстати, — заметил я.

— Именно так, — согласилась она. — Ну что же, раз мы со всеми вопросами разобрались, давайте перейдём к делу. Я предлагаю такой порядок занятий: сначала я провожу тренировочный бой с вами обоими вместе или по отдельности, а потом мы разбираем ошибки и вообще занимаемся теорией.

— Нас вполне устраивает, — ответил я, и Ленка тоже кивнула. — Можете нас и не спрашивать — вам с вашим опытом виднее, как лучше построить занятие.

— В таком случае нападайте оба, — кивнула она.

Предлагать дважды не понадобилось — Генрих давно приучил нас к тому, что бить надо сразу, желательно неожиданно, и безо всяких прелюдий вроде битья себя в грудь и обмена оскорблениями с противником. Ленка плавно передвинулась, оказавшись сбоку от Максаковой, и с разных сторон в Анну полетели сразу три куска льда. Одновременно я привычным силовым кулаком подбил сзади её левую ногу и быстро сократив дистанцию, пнул в колено правой.

Результат оказался разочаровывающим. Все три ледяных комка замедлились и упали на землю, силовой кулак бесследно рассеялся, а мой молодецкий пинок пришёлся в пустоту.

— Очень неплохо, — одобрительно кивнула Анна. — Сразу видно, что вы хорошо отработали согласованные атаки. Продолжайте, но сейчас и я буду атаковать.

Ещё пара столь же безуспешных атак, и я покатился по снегу от непонятно откуда прилетевшего удара. Через несколько секунд сюда же отлетела и Ленка. Дальше наш бой продолжался в том же позорном ключе — наши атаки неизменно проваливались, зато мы то и дело улетали на несколько саженей от неожиданных силовых ударов. Анна казалась совершенно неуязвимой — летящие в неё предметы замедлялись и падали на землю, а силовые толчки моментально развеивались. Несколько раз мне удавалось создать у неё под ногой ямку — любимый приём Генриха, — но Максакова совершенно не обращала на эти ямки внимания, просто продолжая стоять, опираясь на воздух. Удары руками и ногами также были безуспешными — она либо непринуждённо уклонялась, либо встречала их совершенно непробиваемым щитом. Даже наш самый сильный козырь — работа с гравитацией, — оказался почти бесполезен. Анна либо выскальзывала из области действия до того, как эффект набирал силу, либо каким-то образом его нейтрализовала. В этот раз я полностью осознал, что имел в виду Генрих, говоря, что ему вряд ли удалось бы попортить её костюмчик.

— Достаточно, — Анна подняла руку.

Мы с Ленкой остановились и посмотрели друг на друга. Зрелище было достаточно печальным — после того, как Максакова столько раз повозила нас по каше изо льда и грязи, мы были мокрыми, грязными и совершенно растрёпанными. При этом комбинезон Анны на нашем фоне выглядел унизительно чистым, и Ленка послала мне картинку двух облезлых дворовых шавок рядом с ухоженным пуделем в красивом ошейнике. Аналогия была полной.

— Давайте теперь поговорим, — предложила Анна, усаживаясь прямо на землю и скрестив ноги.

Я было усмехнулся, представив, как теперь будет смотреться её чистенький комбинезон с грязным пятном на заднице, как вдруг заметил, что она сидит не на земле — она сидела прямо в воздухе, и до земли ей оставалась пара вершков. Ленка тоже это заметила, посмотрела на меня, потом на Анну, а потом решительно уселась так же. «А ведь почему бы и нет?» — подумал я. Что мешает мне использовать, например, силовую подушку, учитывая, сколько времени мы с Ленкой убили на отработку силовых воздействий? Я тоже опустился на предусмотрительно созданную подушку — поначалу оказалось сложновато, но я очень быстро свыкся с непривычным ощущением и вскоре перестал обращать на подушку внимание, лишь удерживая её фоном где-то на задворках сознания.

Максакова посмотрела на нас и одобрительно кивнула.

— Ну что я могу сказать об увиденном? — начала она. — Прекрасная совместная работа. Вы и по отдельности очень сильны, но вместе способны просто размазать почти любого. Неудивительно, что Менски отказался вас обучать, никакого преподавателя боевой практики не устроит ситуация, когда его избивают студенты. Предполагается ведь, что должно быть наоборот.

— Вы сейчас смеётесь над нами, Анна? — с кислым видом спросил я.

— Ни в коем случае, — решительно отказалась она. — Я говорю совершенно серьёзно. Не сравнивайте себя со мной, я нахожусь совсем в другой лиге. Но я попробую вас поднять до этой самой другой лиги — не уверена, что получится, но попробовать стоит. Кстати, я вижу, что вы сейчас вполне соответствуете девятому рангу.