Чтение онлайн

— Подожди, сарафанное радио нам ни к чему, — а гостям ответил. — Милые дамы, прошу заметить, что мы с другом ничего не нарушаем, мирно отдыхаем на лавочке и дышим воздухом.

Настроившийся на словесную битву отряд бабулек не ожидал такого поворота. Вежливый ответ их обезоружил. Никто из них не знал, что делать, когда противник не хамит и не пререкается. Пошушукавшись и обсудив сложившуюся ситуацию, старушки отступили, бросив напоследок, мол, мы бдим и все видим, и если что — милиция все-таки приедет и разберется, а если будете мусорить, то мы позовем дворника дядю Васю с большой метлой.

— И долго мы сюда ходить будем? — Погодин ерзал на лавке, он уже терял надежду на успех нашей операции.

— Тут, Федя, как на рыбалке, пока щука живца не схватит, можно долго впустую просидеть. Но одна удачная подсечка может принести богатый улов.

— А вдруг этот хмырь вообще здесь не появится? Что тогда?

— У тебя есть другой план? Нет? Вот и сиди и семечки щелкай, пока язык не сотрешь. Может, меньше ныть будешь.

В этот вечер ни один “шляпник” так и не зашел в нужный нам подъезд. Лишь помятого вида работяга в замызганной робе прошмыгнул туда. Судя по деревянному ящику с инструментами и отрезку шланга на плече, это был сантехник.

Даже бабульки вежливо и почтительно с ним поздоровались. Ведь сантехник в СССР считался фигурой значимой. Люди давали на лапу этому полубожеству с набором разводных ключей и пучком льна, вечно дышащему перегаром с запахом "окислых" железных зубов. Еще от него традиционно несло ржавыми трубами, мазутом и прочими ароматами слесарного дела.

Случаи, когда сантехник делал свою работу полностью, вовремя и честно, были редки. Такие работники долго в ЖЭКе не задерживались. На смену им приходили Афони. По уровню значимости они считали себя не ниже министра.

Бывало, люди ждали их днями и неделями, бегали за ними хвостиком, отпрашивались с работы, а "божество" не приходило.

Сантехник вышел из подъезда минут через пятнадцать. Что-то слишком быстро управился. Прошел мимо нас, беззаботно размахивая ящиком с инструментами. Моих ноздрей коснулся запах одеколона. Я с удивлением поднял глаза на работягу. Тот подмигнул нам и, насвистывая мелодию из песни “Ландыши”, зашагал дальше.

Я ткнул в бок Погодина и шепнул:

— Пошли проверим трубопроводчика.

— Зачем? — лениво зевнул тот.

— Ты морду его видел?

— Не особо разглядел, обычная морда, еще не старая.

— В том-то и дело, что не обычная, без единой щетинки. Где ты видел гладковыбритого сантехника? И одеколончиком от него пахнуло… Несильно, но я учуял.

— Ну побрился человек в кои-то веки, а одеколон он, может, вместо водки сегодня употреблял. Дался он тебе…

— Ладно, сиди здесь и шляпника высматривай. Сам работягу прощупаю.

К тому времени сантехник уже успел завернуть за угол. Пришлось немного пробежаться. Я догнал его и сбавил шаг. Но работяга услышал и обернулся.

— Товарищ, можно вас спросить? — улыбнулся я.

— Ну, — безразлично буркнул тот в ответ, продолжая шагать.

— Вы же сантехник? А я как раз в этом доме живу. У меня кран потек, в ЖЭК звонил, ждать сказали, но никто не приходит уже второй день. Может, вы мне поможете? Я в долгу не останусь.

— У меня смена закончилась, жди дежурного слесаря, — не останавливаясь, ответил тот.

— Так что, мне его теперь весь вечер ждать? Мне бы побыстрее вопрос решить, у меня свидание сегодня. Я вам трешку заплачу.

— Некогда мне…

— И пол-литра дома стоит непочатая, с дня рождения осталась, в придачу отдам. Ну как? Договорились?

— Отвали, парень, говорю же, некогда…

Все ясно. Наш шляпник переоделся в работягу. Где вы видели сантехника, который отказывается от калыма, да еще и от бутылки беленькой в придачу? Неправильный это сантехник.

Я подскочил к нему, намереваясь заломить руку, но тот среагировал быстро. С разворота бухнул по мне ящиком. Удар пришелся по плечу и разметал разводные ключи по земле. От неожиданности я завалился вслед за ключами. Псевдосантехник рванул прочь.

— Стоять! Милиция! — я вскочил на ноги и бросился за ним.

Мужик бежал резво. На брошенный ящик и россыпь инструментов ему было наплевать. Перепрыгивал через газонные изгороди, не церемонился и сбивал встречных прохожих.

Люди возмущались. Кричали вслед проклятия и грозились милицией. Я бежал аккуратнее, старался никого не сшибить. Тем более, что плечо после удара ныло. Надеюсь, перелома нет.

Мы выскочили на улицу. Впереди автобусная остановка. Желтый лупоглазый ЛиАЗ манил распахнутыми дверями.

Беглец с ходу запрыгнул внутрь. Двери закрылись, и автобус тронулся.

Я подскочил к остановке, когда ЛиАЗ уже набирал скорость. Громко матюгнулся и в бессилии плюхнулся на лавку. Твою мать! Упустил! Шустрый, гад. Плечо горело огнем. Я пошевелил им, морщась от боли. Придется в травмпункт сходить, рентген сделать. Плюнул с досады.

— Молодой человек, — обратилась ко мне сердобольная женщина. — Что вы так переживаете, скоро еще один автобус подойдет.

— Спасибо, — буркнул я. — Пешком пройдусь.

Встал и побрел обратно. Пока дошел возле подъезда уже желтел канарейкой милицейский бобик. Погодин недоуменно что-то спрашивал у прибывших ППС-ников.

— Сотник кражу заявил? — я подошел к ним.

— Ага, — кивнул Федя. — Вот ребята первые приехали, разобраться, пока СОГ собирают.

— А что тут разбираться? Пока ты на лавке задницу плющил, наш сантехник, скорее всего, обчистил товарища Сотника. И благополучно смылся.

— Так это все-таки он был? — воскликнул Погодин. — А почему ты его не догнал?

— Догнал, только он меня ящиком так огрел, что пришлось на бегу в себя приходить. Поэтому и не поспел за ним. Гаденыш в автобус заскочил. Пошли, потерпевшего поспрашиваем.

— Может, группу дождемся? — неуверенно проговорил Погодин.

— Федя! Ты оперативник или слесарь? Пошли, доставай блокнот и ксиву, будешь записывать, а я вопросы задавать.

Мы поднялись на четвертый этаж. Нужная дверь была приоткрыта — хозяева ждали гостей в погонах.

— Тук-тук! — я вошел первым.