Чтение онлайн

— Да, — глаза вояки сузились, он быстро просканировал взглядом присутствующих. Теперь он не был похож на алкаша.

Я стоял чуть позади и наблюдал за реакцией Березова. Рядом со мной еще два крепких оперативника со стволами и следак из местной прокуратуры. Внизу паслись двое участковых и Погодин — на всякий непредвиденный случай. Всех их я проинструктировал о потенциальной опасности субъекта, которого пришли брать. Народу собрал побольше. Регалии подозреваемого слишком уж опасно звучали: каратист, вояка ГРУ, к тому же обозленный горем отец, который лишился дочери. Если это действительно он убил Дицони из мести, то сейчас терять ему нечего.

— У нас постановление на проведение обыска в вашей квартире, — ледяным служебным голосом проговорил Вахрамеев. — Сейчас пригласим двоих понятых из числа соседей и начнем.

— А в чем дело? — Березов поиграл желваками, впившись взглядом в меня. Он только что заметил мое присутствие.

— Вы подозреваетесь в убийстве гражданина Дицони. Вот. Можете ознакомиться.

Вахрамеев с оперативниками оттеснили Александра вглубь квартиры. Я вошел последним и прикрыл за собой дверь. Встал в коридоре и смотрел во все глаза, будто приготовился к бою. В обыске участвовать я не буду. Уж лучше пригляжу за обстановкой. Интуиция подсказывала, что могут быть эксцессы. Хоть прямых улик у нас против Березова и нет (есть наполовину надуманный мотив и предположения), сейчас все зависит от поведения подозреваемого. Если ему есть, что скрывать, то он проявит себя во время обыска. А если нет, и мы ничего не найдем, то возможно, придется его отпустить. Но отнюдь не равнодушное выражение лица Березова свидетельствовало о том, что мы на верном пути.

Кого же нам нужно было искать — обычного человека или всё же того, на кого можно подумать?

В квартиру постучали, я отпер замок, который уже успел закрыть на всякий случай.

— Андрей Григорьевич, я понятых привел, — молодой участковый подтолкнул впреди себя пожилую пару.

Те, стеная и охая, вошли внутрь.

— Как же так, Саша? — сердобольная женщина в махровом халате и с узлом седых волос на голове обратилась к Березову. — Ты что такого натворил? Мы же тебя с детства знаем. И Олесю… Царствие ей небесное. Что случилось? Почему у тебя милиция?

— Эх, Сашка, — покачал головой ее супруг-пенсионер, — говорил я тебе, карате твое до добра не доведет. Уже ведь сидел за него месяц целый. Опять за свое взялся.

— Тетя Маша, дядя Петя, — Березов натянул холодную улыбку на посеревшее отчего-то лицо, — уверен, что это какая-то ошибка. Так ведь, Андрей?

Он повернулся ко мне и впился в меня взглядом. Я ощутил холодок на спине. Это был взгляд охотника, а не жертвы. Даже сейчас, когда хищника загнали в угол, он не испытывает страха. Голос его ровный и слишком спокойный. Либо он действительно ни в чем не виноват, либо…

А ведь когда мы с ним тут выпивали, мне показалось, что я его понял.

Матерый волчара. Но ничего, и не с таким дела приходилось иметь. Всякое было.

— Если это ошибка, — улыбнулся я Березову, — то ничего страшного не произойдет. Мы извинимся и уйдем… А сейчас давайте приступать.

— Товарищи понятые, — подал голос прокурорский следак, — пройдемте, пожалуйста, сюда. Начнем с этой комнаты.

Я остался стоять в коридоре, когда процессия скрылась в зале. Защелкнул замок на двери и загородил его спиной. Хрен кто через меня пройдет.

Из комнаты слышались звуки хлопающих дверец шкафов, что-то рассыпалось, что-то шуршало. Минут через пять послышался громкий голос Березова:

— Гражданин начальник, это личное. Можно не читать мои письма?

— Письма — это когда конверт и марка, — возразил ему голосВахрамеева. — А тут записка какая-то. Так… Посмотрим.

— Отдай, сука… — прошипел Березов.

— Не понял? — повысил голос Вахрамеев. — Оскорбление при исполнении? Ну-ка ребята. Наденьте на него наручники.

Послышалась возня. Что-то бухнулось о пол, завизжала старушка. Я не мог больше прислушиваться и бросился на помощь.

Влетел в комнату и увидел лежащих на полу двоих оперативников. Те, казалось, были без сознания. Следак куда-то испарился, а Вахрамеев отскочил к стене и, выхватив пистолет, заорал:

— На пол, падла! Мордой в пол!

Я выхватил свой пистолет, но не успел его навести, как Березов, прячась за телами перепуганных понятых, скакнул к окну и, не останавливаясь, выскочил в распахнутую створку.

Твою мать! Второй этаж. Рисковый, сука! Но там ведь внизу наши. Я подскочил к окну и перевалился через подоконник. Увидел, как перекатом по газону вояка погасил инерцию тела и уже вскочил на ноги. Я прицелился в ноги, но тот этого ожидал и в два прыжка очутился за раскидистой березой. Она начисто переrрывала обзор. Черт! И близко детская площадка с ребятишками, что мирно возятся в песочнице. Стрелять нельзя.

— Погодин! — заорал я. — Держи гада!

Я видел, как за воякой рванули двое участковых и Федя. Погодин выхватил на ходу пистолет, но стрелять не решился. Ведь Березов протиснулся между мамашей с коляской и девочкой с собакой. Вот гад! Специально близко к гражданским держится. Я глянул вниз. Хотел сигануть следом, но, оценив обстановку, решил не рисковать. Все-таки высоковато, ногу свернуть как не фиг делать. Нельзя мне сейчас на больничный никак.

— За мной! — крикнул я Вахрамееву и пулей выскочил в прихожую.

Дьявол! Замок-то я запер! Потерял еще несколько секунд. Распахнул дверь и, перескакивая сразу через три-четыре ступеньки, понесся вниз.

Вылетел из подъезда, чуть не зашибив бедолагу в костюме интеллигента. На улице никого, ни Погодина, ни Березова, ни подозреваемого. Лишь пузатый милиционер сидел на земле под березой и с недоуменным видом потирал ушибленную голову. Это был водитель милицейского «УАЗа», автомобиля тоже сейчас не наблюдалось.

— Где они?! — сходу рявкнул я.

— Этот бандит! — пузач с трудом поднялся. — Забрал мою машину. Я даже не ожидал, Андрей Григорьевич. Он ворвался в кабину, оглушил и выдернул меня оттуда. Такая силища, я ничего не успел. А укатил в ту сторону. Остальные рванули за ним на служебном «Москвиче». Ваш товарищ и участковые.

Информация исчерпывающая. Мысли пронеслись в голове со скоростью звука. Я успел перебрать все возможные варианты. Твою мать! Надо было сразу на Березова браслеты надеть. Но мой план был в другом. Стреноженный он не проявил бы себя. Я хотел увидеть его реакцию, чтобы убедиться… Увидел, бл*ха. Реакция оказалась слишком бурной.

— Серега! — я повернулся к подбежавшему ко мне Вахрамееву (он не умел скакать сразу через три ступеньки и чуть припозднился) — По коням! Нельзя упустить гада.

Мы кинулись к моей «Волге». Запрыгнули внутрь, я за руль. Зарычал двигатель, и машина, «прыгнув» с места, рванула в том направлении, куда показал пришибленный водитель.

Машина, взвизгнув шинами, вылетела на улицу Советскую. Не сбавляя хода, я проскочил на красный, напугав парочку пешеходов на первых полосах “зебры”. Те шарахнулись в сторону, схватившись за сердце.

Простите, граждане, форс-мажор.

— Серега! — я кивнул на заднее сиденье. — Там «Виола» лежит. Свяжись с участковским «Москвичом». Где там гонят «УАЗик»? И в дежурку сообщи, пусть гаишников поднимают. Перекрыть надо город.