Чтение онлайн

— Нет, — я кивнул на шефа. — Вот наш начальник, следователь по особо важным делам прокуратуры СССР Горохов Никита Егорович.

— Жаль, что не вы, — как бы невзначай бросил батюшка, отчего Горохова немного перекосило.

— Что у вас там? При всех говорите, — сухо сказал шеф. — У меня от личного состава секретов не имеется.

— Я насчет заблудший грешной души хотел побеседовать.

— Спасибо, Арсений батькович, но как-нибудь в другой раз исповедуюсь. Работы много, знаете ли…

— Да не про вас речь пойдет, а о Евгении, рабе божьем. Чувствую, сгорит человек. Раньше каялся, а все одно на кривую дорожку бесы его тянут. Вот, пришел к вам за помощью.

— Если у вас проблемы с вашими прихожанами, то советую обратиться к участковому. Это служба такая в милиции есть, очень на вашу похожая. Беседы, наставления и кара административная — их профиль. А мы преступников ловим. Настоящих.

— Так, значит, не поможете?

Мизансцена как-то затягивалась. Священник был настойчив, но как-то молчаливо. Или это и есть их специфические приемчики? Вроде бы, тебя и не спрашивали, а ты уже сам все рассказал.

Видно, Горохову тоже надоело это напряжение, потому что он решил закончить внезапную аудиенцию.

— Извините, товарищ батюшка, но нам правда недосуг сейчас совсем, — саркастически улыбался Никита Егорович, делая жест в сторону двери. — Приходите в следующий понедельник. Может, к тому времени посвободнее будем.

— Вы не поняли, Никита Егорович, — священнослужитель стоял посреди кабинета, как изваяние из черного камня, и не думал уходить. — Если не помочь человеку, беда может приключиться.

— Мы не собес и не профсоюз, пусть обратится куда надо, там помогут.

— А как фамилию у человека этого? — спросил я больше из вежливости. — У Евгения этого?

Уточнил, чтобы они перестали ходить по кругу.

— Так Сапожников он в миру. Евгений Савельевич.

— Как — Сапожников? — вскочил Горохов. — И ты молчал?!

— А вы мне не тыкайте, мы с вами вместе свечи не лили и кадило не заправляли.

— Простите, отец…. Э-э-э… Арсений, кажется, — вся неприязнь у Горохова улетучилась, как утренняя дымка в полдень. — Вы присаживайтесь. В ногах правды нет. Скажите, я правильно вас понял? Вы знаете, где сейчас находится гражданин Сапожников?

— Конечно, знаю, — батюшка, усевшись на стул, кивнул с хитрым прищуром. — В храме он у меня. От милиции прячется

— Твою дивизию! — воскликнул Горохов и тут же виновато посмотрел на гостя. — Это я не на вас ругнулся, простите.

— Отец наш простит, — кивнул тот. — У него прощения молите.

— Адрес храма какой? — Горохов вытянулся в струну, как охотничья собака перед близкой добычей.

— Известно какой… Храм преподобного Серафима Саровского.

— Замечательно, а адрес-то у него есть все-таки? — шеф от нетерпения кусал губы.

— Так нет там улиц. Но все в Цыпинске знают, где храм находится. На месте древнего Капища на окраине города.

— Ясно, скажите, дорогой батюшка, где там Сапожников засел? Он точно сейчас там?

— Был, когда я уходил.

— А где именно?

— Богаделен и причтовых домов не имеем. Так что разместил я его в прямо в келье.

— Дорогу покажете?

— Что же вас так вдруг заинтересовало чадо божье? Ведь вы очень заняты?

— В розыске он, батюшка, за тяжкое преступление.

— Не зря я к вам пришел, — искренне вздохнул отец Арсений, бросив ерничанье. — Говорил я ему исповедаться. Не захотел. Вот тогда бы я вам про него не смог рассказать.

— Спасибо, что пришли, — ликовал Горохов. — Выполнили свой гражданский долг, так сказать.

— Это перед Отцом нашим я долг исполняю. Евгений, когда ко мне пришел, глядел будто зверь загнанный. Чую, беда грядет. Порешить людей он грозится, которые его преследуют. Твердит одно и то же, что в тюрьму снова не пойдет. Лучше, говорит, умру — и на тот свет обидчиков прихвачу. Неправильно это. Спасать его душу надо, а мои наставления он не слушает. Не то, что раньше.

— Не беспокойтесь, отец Арсений, — зловеще улыбнулся Горохов. — Мы его спасем. По полной спасем…

Шеф повернулся ко мне и к Погодину:

— Пистолеты из сейфа возьмите. Едем.

— Может, подмогу запросим? — Погодин нервно крутил пуговицу на рубашке и хлопал глазами.

Очевидно, картинки на стене дома тринадцать по улице Заречная его здорово впечатлили.

— Некогда, Федор… А вдруг он прочухает и деру даст?

— Лучше и правда с подкреплением, — задумчиво проговорил я. — Чтобы храм окружить можно было, — я повернулся к батюшке. — Сколько там выходов?

— Три, и еще из нескольких окон можно, наверное, выпрыгнуть.

— А кто еще в храме есть?

— Никого. Один я служитель. Что же он такого натворил, что вы как зверя обложить его задумали?

— Извините, отец, — отмахнулся Горохов. — Тайна следствия.

Шеф поднял трубку и уже крутил диск дребезжащего телефона:

— Позвоню начальнику милиции, пусть выделит пяток шустрых сотрудников. Тогда точно гада возьмем.

Мы с Погодиным вооружились, взяв из сейфа свои ПМ-ы и запасные магазины. Проверили патроны. В голове почему-то крутилась фраза из «Маугли»: «Это будет славная охота, хотя для многих… Она будет последней».

Батюшка, сидя на стуле, крестился и что-то торопливо шептал. Надеюсь, за нашу удачу молился, а не во спасение раба божьего Сапожникова.

Возле храма мы очутились лишь через час. Пришлось ждать подкрепление из числа местных оперативников. У тех, естественно, привычки таскать с собой табельное (за исключением дежурных суток) не было. Пока они вооружились, пока выдвинулись на место вместе с нами, время уже близилось к вечеру. Казалось, что священник относится к нашим не очень оперативным сборам даже терпеливее, чем мы.

К храму подлетели на трех машинах. Два УАЗа и наша «Волга». Я по дороге расспросил батюшку об устройстве здания и уже примерно знал, как действовать. Но, как оказалось, не все предусмотрел.

— Приехали, — махнул рукой поп, но из машины вылезать не спешил, очевидно, решил нас внутри подождать.

— Как — приехали? — у нас с Погодиным отвисла челюсть, когда мы разглядели здание. — Это и есть храм?

— Ну, да… А что не так с моим храмом?

— Не обижайтесь, отец Арсений, — пробормотал Федя. — Но это больше на развалины какие-то похоже. Или на гигантский полуразрушенный склеп.