Чтение онлайн

– Добивай красотку, надо оттащить трупы подальше.

Металлический штырь пронзил ее глаз, разрушил мозг, и наступила темнота. Руки Джин-Хо дернулись, ноги и спина задрожали в последних конвульсиях. Чувство голода исчезло, наступило облегчение, и она замерла навсегда.

А в это время зомби в подвале доедали останки собаки и ее щенят. Последний детеныш забился в небольшую дырку в стене, но Куан учуял его и вытащил. Щенок инстинктивно запищал, пытаясь позвать на помощь уже растерзанную мать, затем пронзительно взвизгнул от боли. Его маленькое тельце стало десертом для вожака.

Застрявший в проеме толстяк так и не смог пролезть в подвал. Он потянулся назад, поднял свое грузное тело и зашагал прочь. Трое ворон проследили за ним взглядом и полетели следом.

Через несколько часов Куан решил выбраться наружу. Высота от пола до узкого окна была чуть меньше двух метров. Рядом с оконным проемом валялась куча пеноблоков и стоял наскоро сколоченный строительный «козел», который рабочие использовали вместо стремянки. Раньше собака запрыгивала на «козла» и уже с него выбиралась на улицу, Куан решил воспользоваться той же тактикой. Зомби облокотился на стол руками, поставил одно колено на край, подался вперед, но «козел» накренился и свалился вместе с ним.

Второй зараженный высунул руки в оконный проем, оперся на поверхность, но ему не хватило силы и ловкости, чтобы подтянуться. Несколько минут он бестолково простоял у стены, глядя на улицу, пока его не оттолкнул Куан. Но попытки вожака также оказались неудачными. Зомби попали в ловушку. С улицы было видно, как в окне маячат их перепачканные в собачьей крови морды. Окажись у инфицированных чуть больше интеллекта, они смогли бы приставить «козла» вплотную к стене или сложить из пеноблоков ступени. Но их мозг разучился решать такие задачи.

С наступлением сумерек от дворняги остался почти полностью обглоданный скелет. Рядом с костями валялись перепачканные в крови клочки шкуры и внутренности. Маленькие косточки щенков и их матери были разбросаны по всему полу. У стены скрючился труп зараженного с порванным горлом. Еще двое зомби сидели в темноте под окном. Их ждала долгая голодная мучительная смерть. Для инфицированных этот подвал навсегда стал склепом с видом на улицу. Такова оказалась цена за один завтрак из собачатины.

Альберт Борисович, Таня и Додж шагали по старому потрескавшемуся асфальту. Неподалеку от них тянулось железнодорожное полотно, а дальше за ним текла река. По обочинам дорогу обрамляли высокие тополя. За рекой поднимались крутые обрывистые горы с каменистыми отвесами. Могучая сибирская природа восхищала своей красотой и мощью.

Таня еще ничего подобного вживую не видела. Ей нравилась и чистая журчащая река, и горы, покрытые лесом, и даже воздух тут казался слаще, чем в городе.

– Ну как тебе? Круто? – улыбнулся профессор, наблюдая, как девочка с интересом смотрит по сторонам.

– Ага, очень красиво здесь.

– Это еще что, вот куда мы идем – там настоящая природа: дикая, чистая, почти не тронутая человеком.

– А волки там есть? А лисы? А медведи? Мне мама сказку читала про Машу и трех медведей, – весело щебетала малышка, шагая вприпрыжку рядом с наставником и собакой.

– Всех хватает. Медведи точно есть, но надеюсь, мы их не увидим, – услышав про сказку, Альберт Борисович вспомнил про лаборантку Машу и чуть загрустил.

– А людей там много? – продолжала расспрашивать Таня.

– Вот их, к счастью, как раз мало. Мы будем жить в горах, на поляне среди леса. Там растет много грибов и черники. Рядом текут чистые горные ручьи, много дичи и теплый крепкий дом. Это научная база для наблюдения за дикой природой, я бывал там раньше.

– Здорово, а другие дети там есть? – с надеждой спросила девочка.

Профессор понимал, что Тане не хватает общения. Он и Додж не могли заменить девочке компанию сверстников. Присутствие других детей там представлялось очень маловероятным, но наставник решил не огорчать ее раньше времени:

– Придем – посмотрим.

Пес бежал чуть впереди, часто останавливался и оборачивался на хозяина. Боксер внимательно нюхал воздух, пытаясь заранее учуять опасность. За время в пути мышцы собаки стали тверже, обоняние – острее, а челюсти – мощнее. Он научился охотиться на маленьких зверьков и уже не так зависел в плане пропитания от человека. Додж пережил несколько схваток с зараженными и был готов к драке в любой момент. Чем сильнее путники отдалялись от цивилизации, тем острее пёс чувствовал атмосферу дикой природы и глубже погружался в нее. Боксёр инстинктивно понимал, что тут есть свирепые хищники, и схватки с ними гораздо опаснее, чем стычки с бульдогами и овчарками из соседних дворов.

Внезапно Додж замер, его уши стояли торчком, но шерсть на загривке лежала ровно, собака пока не чувствовала угрозу. Альберт Борисович и Таня шли метрах в тридцати позади. Пёс негромко заскулил, пытаясь о чем-то предупредить. Ученый замедлил шаг и прислушался. Вначале профессор решил, что ему показалось, но затем слух уловил легкую вибрацию в воздухе. Хаимович взял девочку за руку, свистнул Доджу и спрятался за деревьями около дороги. Шум становился все громче, и вскоре показалась машина. Темно-синий китайский пикап двигался не спеша, Альберт Борисович успел разглядеть двух мужиков в кабине и еще трех в открытом кузове. Все ехали в камуфляжной одежде, а те, что в кузове, держали в руках автоматы. Вдруг один из незнакомцев сделал несколько выстрелов в воздух, и, как ни в чем не бывало, положил оружие.

Когда опасность миновала, и рокот двигателя затих вдалеке, бродяги осторожно выбрались из укрытия.

– Хм, интересно. Мотор бензиновый, где-то у них тут видать заправка неподалеку, – быстро проговорил ученый, – и чего они в воздух палят? Отпугивают кого-то или приманивают?

Таня лишь растеряно посмотрела по сторонам. Пес задрал голову, облизнулся и завилял задом. Хаимович погладил его, выдрал из шерсти несколько колючек и похвалил питомца:

– Молодец, вовремя нас предупредил.

Путники торопливо зашагали по дороге в прежнем направлении. Додж все также бежал впереди как разведчик. Профессор делал большие размашистые шаги, и Таня едва за ним поспевала. Альберт Борисович периодически оглядывался назад, ему очень не хотелось встречаться с этими вояками. Хотя на военных они мало походили, скорее на каких-то партизан. В любом случае каждый человек с оружием теперь представлял опасность, а тут их проехало целых пять.

Дорога тем временем сделала небольшой изгиб и отдалилась от реки и железнодорожных путей. Хаимович остановился, обдумывая выбор: идти по асфальту или по шпалам? Профессор знал, что нужно держаться реки, рано или поздно они наткнутся на мост. А дорога могла увести далеко от русла. Впереди виднелись крыши домов, какой-то поселок примыкал вплотную к «железке». Если выбрать шпалы, то в случае проблем они будут зажаты между рекой и домами. Идти через поселок тоже не хотелось. Справа от него начиналось поле, а вдалеке зеленел лес. Альберт Борисович поправил лямки рюкзака и протер очки: