Чтение онлайн

Когда они добрались до магазина, Казимир первым обратил внимание на незначительные изменения.

– Здесь кто-то был. – Заявил он.

Ольга обвела взглядом прилавки, но ничего не заметила.

– Гранатовый сок, – Казимир указал пальцем на верхнюю полку, – он всегда стоял рядом с персиковым. А теперь там только персиковый.

– И бутылок молока стало меньше, – добавила Олеся.

– Может, старик взял?

Олеся косо посмотрела на него.

– Ты же ненавидишь молоко…

– Олеся, это не смешно! – рассердился Казимир и сердито цыкнув, вышел из магазина.

Через пятнадцать минут они вернулись к сосне, прихватив из магазина спички и пару бутылок водки в расчете на то, что она послужит средством для розжига костра. Первым делом они несколько раз прошли под сломанной сосной. Потом внимательно оглядывали с холма поляну с магазином. Затем догадавшись, что это глупо, Казимир нахлобучил пакет на куст можжевельника и вместе с Олесей прошел несколько раз под сосной.

– Все равно делать нечего, – пояснил он.

Ольга собирала ветки и хворост. Олеся с Казимиром к ней присоединились, постепенно уходя к холму.

– Кругом такая помойка! – жаловался Казимир. – Как можно было все так засрать?

Должно быть он пытался оправдаться. По крайней мере так это выглядело со стороны.

– Я знаю как ты любишь чистоту. – Попыталась поддержать его Олеся. – Это точно не ты.

Пожалуй ее тоже можно было понять, подумала Ольга, покосившись на девушку. Все-таки она видела сегодня собственную могилу. И имеет не меньше (а то и больше) моральных оснований для истерик.

– Олеся! Конечно это не мы! – Казимир вытянул палку в направлении поляны. – Не знаю, кто лежит в той могиле, но ты… Ты сейчас стоишь передо мной! И хватит этих глупых намеков!

– Я ничего другого и не утверждаю.

– Ты не утверждаешь! – передразнил он ее. – За кого ты меня принимаешь?!

– Просто мне кажется, что избегая даже мыслей об этом, мы можем упустить что-нибудь важное!

– И что важное мы можем упустить?

– Ну я не знаю, мало ли что! Может быть – ответа на вопрос как выбраться отсюда?

– Мы знаем как выбраться! Оля нам все уже рассказала и показала. Это работает. Просто нам не повезло и придется подождать новой дурацкой вспышки.

– А по-твоему тот старик настолько тупой, что за сто лет так и не понял как тут все работает?!

– Послушай. – Казимир постучал себя пальцами в грудь. – Вот я. Здесь. Ты видишь? – он схватил ее руку, приложил ладонь к своей груди. – Можешь потрогать. А это ты. Ты тоже здесь. Тебя это не устраивает? Ты хочешь сломать мозг почему ты стоишь здесь и одновременно лежишь в могиле?!

– Ладно, успокойся. – Олеся махнула рукой. – Собирай свои шишки.

– Не шишки, а ветки.

– Ветки.

– Послушайте, ребят, – вмешалась Ольга, – а вы не думали, что если я попала к вам всего через месяц, значит и здесь за все это время могла побывать куча народу. И это с учетом того, что мы даже приблизительного понятия не имеем что тут происходит.

– Вот именно! – согласился Казимир, оживляясь. – Здесь явно не один этот старик поураганил, а мы уже пытаемся делать какие-то выводы! Так можно сойти с ума! Вот что я думаю – свалим и забудем нахрен про это место.

– Отличная идея!

– Просто я не понимаю откуда такое неприятие?! – не унималась Олеся. – Ты же этнограф! А ведешь себя как замшелый обыватель, до смерти боящийся всего что не может себе объяснить! И я еще себя считала трусихой!

К удивлению Ольги Казимир не разозлился.

– Ладно, а что ты предлагаешь, Олеся?

– Ну, можно ведь было просто поговорить с ним!

– Так чего же ты с визгом убежала от него? Поговорить! Так иди и поговори!

Олеся окинула его мрачным взглядом и отвернулась.

– Лисенок, – Казимир шагнул к ней и взял за плечи, – давай просто дождемся утра и свалим отсюда. Давай?

Олеся опустила голову.

– Хорошо.

Вечером Олеся с Казимиром принялись жарить на костре сосиски на палочках. Ольга же наконец отведала свой торт «Сказочный домик», оказавшийся свежим и вкусным, хотя и без особых изысков. В кастрюле, прихваченной из хозотдела, они кипятили воду для чая. Отсветы костра плясали в лицах. Дул прохладный ветерок. Где-то в ночи над полем летал неутомимый тенор Валерия Леонтьева. Должно быть старик включил, подумала Ольга – и почему нет, без музыки одному тут наверное совсем жутко. Неудивительно, что он сошел с ума.

К вечеру утренние и дневные впечатления улеглись и Ольга впервые подумала, что ее положение ничем не лучше ситуации в которой оказались Казимир с Олесей, поскольку где-то (быть может даже и здесь) могли затеряться и другие «Ольги». А если взглянуть на это обстоятельство шире, то среди них – чисто теоретически – могла быть и та «Ольга», которая сумела победить на чемпионате Европы, а значит и обойти на Олимпийских играх Анну Гевару. На тренировках и домашних чемпионатах она так много раз побеждала ее по времени, что в этом никто не сомневался, но увы – именно ее версии в этом не повезло. И если существовала ее «победная» версия, это означало, что с ней не случилось аварии за три дня до чемпионата… Вот только была ли та Ольга ею же? Или она просто в тот злополучный момент сумела обуздать вспыхнувший в ней чужеродный огонь? Но разве такое возможно, если она – это она? Ольга задумалась и решила, что это почти невозможно. В таком случае она – не совсем она, но кто же тогда сейчас сидит здесь? Может быть, она – и есть ошибка? Неудачная копия, выброшенная на свалку мироздания, вместе с осколком этого дефектного мира? Может, так все это и происходит? Может, это и есть ад?

Судя по всему, не только в ее голове крутились подобные мысли.

– Я тут подумал, – Казимир поставил кружку на подстилку из еловой лапы, – если это все происходит на самом деле, а не какой-то эксперимент над нашим сознанием или что-то типа того, то что из этого правда?

Задав этот вопрос Казимир поморщился как будто проглотил лимон.

Олеся повернула к нему лицо, удерживая кружку обеими ладонями.

– Я имею в виду, – продолжил он, – вот Ольга говорит, что живет где-то почти на двадцать лет позже нас. Если честно, я уже не думаю, что она это придумала, – он посмотрел на Ольгу, – но суть не в этом. Даже если взять к примеру этого деда… Мы думали, что наш мир и наше настоящее и есть единственная правда. А оказывается, будущее уже существует одновременно с нами. А для Ольги – существует и прошлое. Так что из всего этого настоящее? Я имею в виду, что из этого правда?

Он посмотрел на Ольгу.

– Зачем тебе это знать? – спросила она.

– Может быть, мне просто интересно понять кто мы.

– Боишься оказаться неправильной версией?

– Я не думаю, что есть правильные и неправильные версии. Когда во главу угла ставишь личность, всегда сбиваешься с верного пути. С точки зрения всеобщего смысла единица это вид, а не индивидуум.

– При таком раскладе, возможно, что ваши родители вас дождались.

– Ты хочешь сказать, что наши копии могут жить в нормальном мире, как ни в чем не бывало? – спросила Олеся.