Чтение онлайн

Их встретил крепкий мужчина с явной военной выправкой, с короткой стрижкой седых волос и проницательным взглядом. Он тепло приветствовал Левина и с интересом глянул на Максима.

— Миша, какими судьбами? И с кем ты пожаловал? — спросил он, пропуская гостей в квартиру.

— Виталий, это Максим Соколов, сын Александра и Елены, — представил его Левин. — У нас к тебе серьёзный разговор.

— Соколов? — Дорохов внимательно посмотрел на Максима. — Тех самых Соколовых, которые погибли в автокатастрофе несколько лет назад?

— Да, тех самых, — кивнул Левин. — И, как выяснилось, это была не случайность.

Дорохов нахмурился и жестом пригласил их пройти на кухню.

— Тогда нам действительно нужно серьёзно поговорить, — сказал он. — Проходите, у меня как раз гостья, но она не помешает. Это моя внучка, приехала навестить старика.

Максим вошёл на кухню вслед за хозяином и замер от удивления. За столом, с чашкой чая в руках, сидела Наташа и жевала печеньку.

Она чуть не подавилась, увидев его.

— Максим? — воскликнула она. — Что ты здесь делаешь?

— Наташа? — одновременно с ней произнёс он. — Так получается ты... внучка Виталия Петровича?

Дорохов переводил взгляд с одного на другого.

— Вы оказывается знакомы? — спросил он.

— Да, дедушка, — ответила Наташа, всё ещё посматривая на Максима с удивлением. — Это тот самый Максим, парень о котором я тебе рассказывала. Мы познакомились на утренней пробежке.

— Вот же как бывает, — усмехнулся Дорохов. — Что ж, раз вы уже знакомы, это только нам на руку. Наташа, думаю, тебе тоже можно услышать то, что собираются поведать Михаил и твой друг. Это касается очень серьёзных вещей. Поэтому о том что услышишь, никому не слова!

Он указал гостям на стулья, а сам начал готовить свежий чай.

— Да уж мир тесен, — сказал Левин, с интересом глядя на молодых людей. — Видимо, судьба решила свести вас.

Максим с Наташей обменялись взглядами, всё ещё не до конца веря в это невероятное совпадение. Но времени на удивления не было — впереди серьёзный разговор, который должен был изменить многое не только в жизни Максима, но и в судьбе важного научного открытия его родителей.

## Глава 19.

Кухня Виталия Петровича превратилась в импровизированный штаб. Максим сидел напротив Наташи, все еще не веря в это совпадение. Она смотрела на него с таким же удивлением, машинально помешивая давно остывший чай.

— Итак, — Дорохов поставил перед гостями свежезаваренный чай и занял место во главе стола, — выкладывайте, что у вас есть.

Максим переглянулся с профессором Левиным. Старый ученый едва заметно кивнул, и Максим достал флешку.

— Здесь доказательства того, что смерть моих родителей не была несчастным случаем, — он положил накопитель на стол. — Виктор Карелин, глава «NeuroVision Technologies», спланировал их убийство, чтобы завладеть их разработками.

Наташа резко выпрямилась, ее глаза расширились.

— Тот самый Карелин? Который постоянно мелькает в новостях?

— Именно он, — подтвердил Левин. — Бывший коллега Соколовых, который предал их ради технологии, опередившей время.

Дорохов взял флешку, повертел в пальцах, но не спешил вставлять в компьютер.

— Откуда эти материалы? — его взгляд, цепкий и проницательный, остановился на Максиме. — Если они подлинные, как они сохранились столько лет?

Максим сделал глубокий вдох. Рассказ о цифровых копиях сознания родителей, спрятанных в игре, звучал безумно даже для него самого.

— Мои родители создали ИИ нового поколения, — начал он, тщательно подбирая слова. — Они интегрировали в него части своего сознания и спрятали в виртуальном мире «Эпохи Титанов». Я получил доступ к этому ИИ через интерфейс, настроенный на мою ДНК.

Тишина, повисшая на кухне, казалась осязаемой. Дорохов смотрел на Максима, словно оценивая его вменяемость.

— Виталий, — Левин подался вперед, — я понимаю твой скептицизм. Но посмотри материалы. Соколовы действительно работали над такой технологией. Я был частью их ранних исследований.

Дорохов встал, сжимая флешку.

— Пойдемте в кабинет. У меня есть изолированная система для работы с... деликатными данными.

Кабинет Дорохова напоминал командный пункт — минималистичный, функциональный, с мощным компьютером на столе. Система загрузилась с особыми мерами безопасности.

— Пароль? — бросил Дорохов через плечо.

— 15.07.2031, — ответил Максим. — День у озера, когда отец впервые рассказал мне о своей работе.

Архив открылся, и следующий час прошел в напряженном молчании. Они просматривали документы, записи разговоров и, наконец, видео — самое убедительное доказательство. На экране Карелин, расслабленно сидя в кожаном кресле, обсуждал с двумя мужчинами детали «несчастного случая» для четы Соколовых.

«После их устранения мы получим доступ к лаборатории и заберем все материалы по проекту «Феникс». Через три месяца компания официально объявит о прорыве...»

Когда запись закончилась, Наташа сидела бледная, сжимая кулаки. Левин смотрел в пустоту, словно видел призраков. Максим ощущал странную смесь боли и облегчения — правда наконец выходила наружу.

Дорохов выключил компьютер и повернулся к ним.

— Материалы выглядят подлинными, — его голос звучал жестче обычного. — Но Карелин не из тех, кого легко привлечь к ответственности. Обычное расследование он заблокирует одним звонком.

— Значит, ничего нельзя сделать? — Максим не смог скрыть горечь.

— Я этого не говорил, — в глазах Дорохова мелькнул хищный блеск. — Есть и другие пути.

Он прошелся по кабинету, постукивая пальцами по подбородку.

— У меня есть контакты в ФСБ, — сказал он наконец. — Люди, неподвластные влиянию таких, как Карелин. Более того, «NeuroVision Technologies» давно у них на карандаше — подозрения в продаже стратегических технологий за рубеж.

Он остановился перед Максимом.

— Если добавить к этим подозрениям доказательства убийства и кражи интеллектуальной собственности, даже Карелин со всеми его связями не сможет отвертеться.

— Вы правда думаете, что это сработает? — Максим не смел надеяться.

— Я не просто думаю, — Дорохов положил руку ему на плечо, — я приложу все силы, чтобы это сработало. Справедливость должна восторжествовать, особенно в таком вопиющем случае.

Он бросил взгляд на внучку.

— К тому же, теперь это и мое личное дело. Я вижу, как Наташа переживает за тебя.