Чтение онлайн

– Мама, ты, конечно, знаешь о существовании врат между двумя мирами – нашим и другим, почти таким же, которые открываются раз в сто двадцать лет?

– Конечно. Все мы об этом знаем. И ты тоже.

– Да, но я не знаю, зачем и для кого вы, непримиримые, таскаете оттуда человеческую кровь в своих желудках!

Некоторое время Изабель смотрела на сына широко раскрытыми серьезными глазами, потом расхохоталась. Искренне, от души.

– Серьезно? Ты действительно этого не знаешь?

– Мне никто никогда не рассказывал. Помню, как раз сто двадцать лет назад, в прошлый цикл, я спросил об этом дядю Мориса. Он ответил, что я еще не дорос до этой тайны и со временем все узнаю. После этого спрашивать у тебя я не решился. И у других тоже.

– А теперь, значит, решился? Дорос?

– Как видишь.

Изабель улыбнулась, пригубила из бокала, поставила его на столик.

– Тут нет никакой тайны. А дядя Морис пошутил, только и всего. Могу поспорить, что он был изрядно подшофе, когда ты его спрашивал.

– Точно не помню, но очень может быть. С учетом того, что он почти всегда в этом состоянии.

– Обиделся на дядю? Хе-хе. Зря.

– И вовсе я не обиделся. С чего ты взяла?

– Да так, показалось. Хорошо. Ты слышал о бессмертных?

– Э…

– Людях, которые живут столько же, сколько мы и даже больше?

– Да ладно тебе, мама, это сказки, – улыбнулся Бертран, но улыбка тут же сползла под насмешливо-холодным маминым взглядом.

– Мальчишка, – вздохнула она. – Правильно Морис над тобой подшутил. Вас, новых, скоро от людей будет вовсе не отличить. По признакам ума, я имею в виду. Бессмертные существуют. И мы, вампиры, играем в их существовании важнейшую роль...

Изабель допила арманьяк, протянула бокал сыну:

– Налей мне еще.

Он сходил, принес бутылку, налил ей и себе.

– Это началось в незапамятные времена, – начала рассказ Изабель. – Еще не ушла под воду Атлантида, когда врата между мирами открылись впервые. Почему это случилось, никто в точности не знает.Кажется, атланты имели к этому самое непосредственное отношение. Да что там «кажется» – так оно и было! Эти ребятки, судя по их делам, были не в пример настырнее и, я бы сказала, наглее нынешнего человеческого народца, когда дело касалось разгадок тайн мироздания. Возможно, конечно, я их идеализирую. Как бы то ни было, врата открылись, и наше племя, конечно же, наравне с атлантами, воспользовалось ими. Быстро выяснилось, что на той стороне вампиров нет. Но есть люди. Хотя их кровь для нас фактически бесполезна. Не усваивается должным образом. Какая-то тонкая биохимическая особенность. Которую, к слову, так до сих пор и не выявили, хотя и неоднократно пытались.Мы не знаем, как именно атланты обнаружили, что кровь людей из другого мира, побывавшая в желудке вампира, а затем определенным образом отфильтрованная, обработанная и перегнанная, приобретает удивительные свойства и становится для людей нашего мира фактически эликсиром бессмертия. Но – обнаружили. Говорю же – любознательное было племя. И настырное. Естественно, что почти сразу же после этого открытия вампиры и атланты, владеющие секретом, заключили между собой соглашение, по которому мы обязались снабжать их этой кровью. Полученный из нее эликсир бессмертия атланты называли на своем языке вечджива крави.

– В обмен на что?

– Много на что. Начиная от банальных денег и материальных ценностей в виде предметов роскоши, земли и недвижимости и заканчивая той же человеческой кровью. Но только кровью из нашего мира.

– Ты хочешь сказать, они поставляли нам живых людей?

– Именно это я и хочу сказать. Ты не хуже меня знаешь, как люди относятся к тому, что на них начинают охотиться вампиры. Истреблять друг друга в бессмысленных войнах они, видите ли, готовы и продолжают этим заниматься с дивной регулярностью уже десятки тысяч лет. Но как только просачиваются слухи, что там или здесь начали пропадать люди и виной этому мы, начинается сначала паника, а потом и война. В которой нам не удалось победить ни разу. Так было во времена атлантов, так остается и сейчас. Хотя, следует признать, за последние лет триста мы отлично продвинулись вперед по пути конспирации, да и научно-технический прогресс сыграл свою роль – в нас просто перестали верить.

– Не появись мы, новые, ничего этого не было бы, – не удержался от комментария Бертран. – Только полный отказ от человеческой крови, будь она даже донорская, может обеспечить нам, вампирам, не только выживание, но и процветание.

– Да-да, конечно, – усмехнулась мама. – Слышали уже, и не раз. Только не забывай, дорогой сынок, что таковой отказ превращает вампира в совершенно иное существо. Это уже кто угодно, но только не вампир. Не настоящий вампир, я имею в виду.

– Мам, это старый спор, – вздохнул Бертран. – Ты и любой другой непримиримый, отлично знаете, что мы, новые, ничем не отличаемся от вас. Утверждать обратное, – это все равно, как если бы люди не считали таковыми, например, вегетарианцев.

– Есть те, кто думает именно так, – пожала великолепными плечами мама. – И не только по отношению к вегетарианцам.

– И ты считаешь, они правы?

– Где-то – да. Я вообще консерватор и терпеть не могу либералов.

– А кровь вегетарианцев, тем не менее, пьешь с тем же удовольствием, что и кровь мясоедов! – воскликнул Бертран. – И где твой консерватизм?

– Это совсем другое! – возразила мама.

– Ну да, конечно, – буркнул Бертран и умолк.

Это и впрямь был очень старый спор, в котором аргументы той или иной стороны были известны всем наизусть. Если он время от времени и вспыхивал вновь, то не отнюдь не для выяснения истины, а для того, чтобы в очередной раз обозначить неизменность позиций, подразнить друг друга и выпустить полемический пар. Бывало, спор перерастал в серьезную ссору и даже заканчивался членовредительством. Но до убийства дело ни разу не доходило – в этом отношении вампиры кардинально отличались от людей. Возможно, потому, что было их изначально мало, гораздо меньше, нежели представителей рода человеческого, а жили они, наоборот, долго. Сотни и сотни лет. И ценили свою жизнь выше, чем люди, чему также способствовали их верования. Большинство вампиров верили, что смерть переносит их сущность на поверхность Великого Мирового Ледника, холод которого, смешиваясь в нашем мире с жаром Великого Мирового Огня, и порождает жизнь. Как вампирскую, так и человеческую, и любую другую. После чего сущности предстоит очень долгий путь сквозь холод и пургу в Ледяной Чертог, где Первый Князь определит ее дальнейшую посмертную судьбу. Чаще всего незавидную, ибо сущность просто растворяется в Мировом Леднике. Но иногда, редко, Первый Князь дает сущности возможность стать его вечным слугой…

Как бы то ни было, абсолютное большинство вампиров, подошедших к своему естественному концу, утверждали, что так устали от какой бы то ни было жизни, что растворение в Мировом Леднике кажется им желанной и лучшей наградой.

– Ладно, – сказала Изабель, тоже помолчав. – Ты будешь слушать дальше или нет?

– Буду, – сказал Бертран.

– На чем я остановилась?

– Атланты придумали, как превращать кровь людей из другого мира в эликсир бессмертия, и стали сотрудничать с вампирами, которые доставляли эту кровь в своих желудках раз в сто двадцать лет, когда открывались врата между мирами. За это атланты поставляли вампирам живых людей из нашего мира и другие блага.

– Прекрасно! – восхитилась мама. – Я всегда гордилась твоим аналитическим умом.

– Издеваешься?

– Нисколько. Но продолжаю. Итак, эликсир бессмертия, «вечная кровь», был получен. Но тут случилась катастрофа, и Атлантида погибла. Кстати, ты знаешь, от чего, если уж, как выяснилось, у тебя такие лакуны в образовании?

– Не удержали под контролем энергию рукотворных черных дыр, – сказал Бертран. – Во всяком случае, меня учили так.

– Правильно учили, – кивнула мама. – Говорю же, то еще было племя. Как только всю Землю на куски не разнесли… Повезло. Итак, Атлантида погибла. Но кое-кто из атлантов выжил и передал свои знания людям. В том числе и технологию приготовления «вечной крови». Изначально ее получили жрецы Древнего Египта и кое-кто из древнекитайских мудрецов-алхимиков. Так и возникли людские легенды об эликсире бессмертия. Ну а потом… Потом появились бессмертные, и они, разумеется, ни с кем больше не делились тайной. И нам, вампирам, тоже нет никакого резона раскрывать ее людям.

– Потому что сначала придется доказать им, что мы существуем, – догадался Бертран. – А это нам невыгодно.

– Да, – ответила мама и, помолчав, спросила. – Останешься на ужин?

– Нет, спасибо, поеду. У меня дела.

– Как скажешь.

– Еще вопрос можно?

– Конечно.

– Ты знаешь о вратах между мирами рядом с городом Княжечем? Это Россия.

– Знаю.

– Непримиримые ходят сквозь них в другой мир?

– Зачем тебе это?

– Затем, что в Княжече пропали мои друзья, люди. И обстоятельства их исчезновения таковы, что я очень сильно подозреваю вас, непримиримых.

– Дружишь с людьми… Нет, ничему тебя жизнь не учит, как я посмотрю.

– Мама!

– Как их зовут?

– Богдана Король и Олег Дерюгин. Это очень молодые люди, почти дети.

– Я не знаю. Наш клан не бывает в России. Если, конечно, не считать тебя.

– Но ты можешь узнать?

Изабель молчала.

– Мама! Если их не найти, может начаться война. Вся наша конспирация висит на волоске, поверь.

Изабель молчала.

– Скажи хотя бы имя человека, бессмертного, для кого там добывается кровь?