Чтение онлайн

Еще через два часа господин Вупорт вдруг сорвался на ругань вслух, используя великий и могучий. И хорошо, что его никто не видел и не слышал. Наверное… Потому что находился он на склоне гор, в гуще вечнозеленых зарослей и подсвечивал фонарем зев так нужной ему пещеры.

Причина ругани: тройной заслон из густой решетки и надпись снаружи: «Собственность национального заповедника округа Туапо! Вход воспрещен! При попытке проникновения внутрь будет задействована сигнализация!»

Стальные клинья крепления входили глубоко внутрь гранитной породы. Толщина прутьев отторгала любое желание их перепилить. Такую преграду и танком не вырвешь. Ну и переплетения тонкой проволоки на третьем заслоне говорили сами за себя. А за первым же поворотом пещеры виднелись отсветы мигающей, пусть и очень слабенькой лампочки. Скорее всего, и в самом деле сигнализация есть и вполне исправна.

Бонза все это рассмотрел, еще раз, но уже мысленно, выругался и задумался:

«Вот это засада!.. А почему?.. Кто?!.. Случайно или…?»

О чем еще разоткровенничались обладатели после приема Загралова в клуб полусотников, так это о способе своего перемещения в пространстве. Делали они это тоже с помощью своих фантомов, передвигаясь скачком на посильное для себя расстояние. Суть и способ у всех оказались одинаковыми, а вот дистанция скачка – разной.

Гон Джу мог сместиться на две сотни километров за один скачок. Свифт – на двести тридцать, Апостол – на двести пятьдесят километров соответственно. Этого вполне хватало, чтобы, делая опорные точки в любом укромном месте, передвигаться по всей планете с огромной скоростью. Ну и все трое предполагали, что Тюрюпов, или, как он числился в мире киноискусства, «душка Санче’Ри», может прыгнуть на десять-двадцать километров дальше. По пьяни сценарист как-то похвастался таким умением.

Но когда Иван проверил свои новые возможности полусотника, то зафиксировал явный рекорд всех времен и народов: около пятисот километров!

– И какие объяснения ты отыщешь для данного феномена? – потребовали объяснений ошарашенные коллеги.

– Да все те же: полное сознание несущих меня фантомов…

– И у нас такие есть! – вставил Свифт.

– …при этом они – таюрти…

– У меня двое! – вставил Гон Джу.

– …и они ведьмы! – закончил Иван перечислять слагаемые своей исключительности. – У всех эти параметры сходятся?

Все трое лишь с досадой вздохнули, разве что «китаец» признался вслух:

– Мои таюрти – колдуны. Но сознания были лишены за сволочной характер и крайнее нежелание подчиняться. А других-то и не было на моем пути, чтобы придирчиво выбирать.

Видя расстроенные лица своих вчерашних опекунов, Загралов пренебрежительно фыркнул:

– Нашли о чем горевать! Уж в любом случае скачок на две сотни километров решает любые проблемы. Ну разве что вы желаете побывать в сверхглубоких земных недрах?

При этом мысленно решил:

«Не буду пока раскрывать свою тайну переноса живых объектов. Вернее, о самой тайне-то они знают, но каждый день ждут, что я им про Особый резервуар расскажу… А вот фигушки! Иначе восхищение союзников может перерасти в зависть. Да и особенности наших накопителей энергии венгази – табу для посторонних. Инструкция недаром твердит об этом».

И всем своим видом продемонстрировал искреннюю заинтересованность.

– Недра – это наше все, тайн там хватает. Но ты не в ту сторону смотришь, – собрал на себе взгляды Свифт. – Следует взглянуть на небо. Точнее, еще дальше, на высокие орбиты пилотируемых станций и стратегических спутников.

– М-м? – Иван впервые задумался о ближайшем к планете космосе. – И что нам это даст? Возможность стать космонавтами?

– Да там целый комплекс проблем, – невесело ухмыльнулся наиболее технически подкованный обладатель. – Хотя бы самая главная и неприятная для нас: в любой момент с орбиты может жахнуть нечто, от чего мы и увернуться не успеем.

Затем подробно перечислил все, что следовало знать новичку их клуба пятидесятников. Помимо угрозы удара лазерным оружием, летающие вокруг Земли спутники несли на своих бортах ракеты с ядерными боеголовками. И что для тех ракет расстояние в четыреста пятьдесят – пятьсот километров? Пустяк. А постоянно следить за небом у себя над головой – никаких фантомов не хватит. Это уже такая угроза для жизни, что избавляться от нее следует безжалостно, невзирая на виновников.

И подобного оружия на орбите становилось с каждым годом все больше и больше.

По данному пункту Иван поспешил задать напрашивающийся вопрос:

– Раз опасность настолько существенная, то от этих спутников надо избавляться?

– Несомненно! Но! От всех сразу! – заявил Курт. – Одновременно с ультиматумом всем странам, запустившим данные спутники. Мол, отныне и навсегда – ничего подобного в космос не запускать. И подпись: марсиане. Или: таукитяне. Не столь важно, за кого подписаться, главное – прекратить заброску смертельно опасного хлама на орбиту.

– Так… э-э-э… почему же вы давно не прекратили? – недоумевал Иван.

Ну да, по логике, хватило бы заброски на орбиту фантома в скафандре. Он делает нужные движения или провоцирует микровзрыв в системе управления. Спутник – мертв, его оружие никуда больше не улетит. А если есть двигатели корректировки, то вообще можно направить спутник в открытый космос. Еще лучше в сторону Солнца.

Такие выводы мог сделать любой человек, даже далекий от технических знаний.

Но и для сверхспособностей обладателей имелись свои пределы. Их и стал перечислять знаток технических тонкостей:

– Расстояния. Лимит количества заброски фантомов на те же четыреста километров. У нас он – от пятнадцати до двадцати особей. Недосягаемость с одного места – на все точки орбиты. И обязательная единовременность всех действий. Максимум, что у нас будет, – это шесть-семь минут. После этого «коршуны» обязательно нажмут красные кнопки. Учитывая растянутость и разность орбит, обязательно следует задействовать четырех обладателей, по одному – в каждой четверти земного шарика.

– Ну вот, отныне нас четверо… А то и пятеро, если не забывать о моем протеже, – напомнил Загралов о Шереметьеве. – Хоть одного фантома, но и он забросит на орбиту… наверное.

– Именно, что «отныне». Но сам процесс подготовки умерщвления всех военных спутников займет у нас около месяца. Так что вводи своего протеже в нашу компанию – немедленно. Хватит его прятать.

– Постараюсь уговорить, – кивнул Иван, – потому что я его не прячу и давно предлагаю явиться на встречу. Но мой ученик в этом деле имеет независимое мнение и не спешит показать себя коллегам.

На это «старым зубрам» оставалось только развести руками: насильно мил не будешь. И нет такого правила, что начинающий обладатель обязан проставляться перед «старослужащими».