Чтение онлайн

– Да, и… в общем, да.

– Отлично. Откопаем и посмотрим. Надеюсь, не глубоко закопал?

Дариан помотал головой. Вот и отлично!

А сейчас надо решить по эссенциям. Что будет если съесть сразу много?

– Петрович, сколько эссенций кто-нибудь из вас принимал за раз?

Я решил, что раз Фатима вела прокачку, то они этот вопрос поднимали.

– Мы экспериментировали, но больше четырех не пробовали.

– Я штук восемь съел, мне так кажется, – усмехнулся Дариан. – Едва выжил, слава Вакка! Думал тело разорвет на части.

– Это был твой первый раз приёма?

Дариан утвердительно кивнул.

– Ясно. Значит восемь – будем считать не смертельной дозой даже для первого раза.

Я полагал, что смертельной дозы эссенций вообще быть не должно, Система обязана была подстраховаться, но кто знает. Может оказаться, что «защита от дурака» – изобретение сугубо человеческое. Так что будем идти к выяснению этого мелкими шажками.

С учетом того, что эссенции я уже принимал, и каждый новый прием был немного проще, чем предыдущий, я решил рискнуть.

Я достал две фиолетовых силы для Дариана, протянул ему. Мне можно было принимать восемь или больше любых, все равно до максимума не дотяну. Решил, что пять силы, шесть выносливости и три ловкости будет в самый раз. Неплохо было бы и остальные характеристики подтягивать. Но я хотел отложить этот момент до посещения Терминала. Надеялся, что хоть там станет понятней куда расти и какая характеристика важнее. Но сейчас уже не было вариантов. Качаем всё! Но с порциями поэкспериментируем.

– Петрович, полежишь пока на столе? Не хочу разделять нас, пока, на всякий случай.

– Вы мне хоть подушку под голову дайте. А то реально чувствую себя запечённым кабанчиком.

Н-да, про подушку я не подумал.

Оля сбегала в комнату, принесла подушку.

Сначала я думал, что мы с Дарианом прокачаемся разом, чтобы времени не терять. Но понял, что тогда наш отряд совсем останется без бойца на полчаса. Безопасность важнее. Так что…

– Таха и Оля, не забываем следить за периметром. Дар, ты первый. Я наготове.

Дариан кивнул и сунул в рот две эссенции.

Ждать начала усвоения пришлось недолго. За те десять минут мы поболтали ни о чем. Петрович пытался выяснить что-то про пришельцев, но Дариан толком рассказать ничего не мог. В какой-то момент он совсем начал сбиваться на истории про злых духов и сказки от кого-то по имени Каллу.

А потом его накрыло. Не так страшно, как я полагал. Может и впрямь, мои наблюдения, что с каждым разом прием эссенции проходит легче верны. Тогда у меня есть шанс принять все выбранные мной эссенции и стойко перенести усвоение на ногах. Подумал, не взять ли больше, но решил оставить это на следующий раз. Пока надо было качаться и выдвигаться к кораблю.

По заверениям Дариана до корабля пришельцев идти с десяток километров, может и больше. А значит часа три-четыре чистого движения, не меньше. С учетом наших сборов, скорости передвижения и отдыха – добраться бы к вечеру.

Дариан пришел в норму минут через двадцать.

– Ну что, сможешь поднять Петровича в одного? – усмехнулся я.

– Попробую.

Дариан подошел к столу.

– Э-э-э! Пошли вы нафиг! Не надо меня брать на руки, как барышню какую! – грозно сверкнув глазами, заявил Петрович.

Дариан стушевался, остановился.

– Ладно, потом перенесем тебя вдвоем, – сжалился я над гордостью товарища. – Теперь моя очередь на прием витаминок.

Я выдохнул и всыпал в рот всю горсть разом. Раствориться они так быстро не успели. Я даже пожевал их немного. Море вкусов: сладкий, горький, кислый. Будто пачку скиттлс в рот сунул.

– Жрать хочется, – прокомментировал Дариан своё состояние.

И верно, после эссенций голод дикий.

Оля принялась вытаскивать на стол, всё что у нас было съестного. А Дариан поглощать эти припасы. В ход пошли какие-то хлебцы, тушенка, даже оставшийся сухой доширак.

– Эй, мне оставь, – усмехнулся я, наблюдая за ним.

И тут эссенции добрались до меня.

Сказать, что я испытал боль – то же самое, что просто промолчать.

Помню лишь, как упал на пол. Сознание поплыло, зрение почти отключилось. Рот наполнился горячим и солёным. Я постарался выплюнуть это, но смог только разжать губы. Потекло по щеке, на пол, под плечо.

Вокруг заметались какие-то тени. Кажется, ко мне подскочила Оля, а может Таха. Я не понимал.

Мышцы, казалось, рвало на части. Руки и ноги горели огнем. Сознание пульсировало на грани. Я не отрубался полностью, но и воспринимать окружающий мир мог какими-то рывками. Как будто видео лагало.

Потом почувствовал, как по телу разливается свет. Это не сильно помогло, но было приятно. Как будто, меня погрузили в ванну с теплой водой. И эта легкость окончательно растворила границу между сном и явью.

Очнулся я когда за окном уже вовсю светило солнце. И почему-то в кровати. Язык болел. Похоже, я его прокусил.

Рядом сидела Таха и что-то тихонько нашептывала в ухо медоеду. Тот будто бы даже внимательно слушал, то и дело поворачиваясь, заглядывая в глаза хозяйке.

«Может меня еще подглючивает? – подумал я, разлепляя глаза. – Вот если сейчас Теке заговорит, тогда точно глюки»

Но медоед не заговорил. Зато Таха заметила, что я проснулся.

– Ты как? Мы тут за тебя перепугались. Ты упал и кровь изо рта пошла. Ты даже дёргаться начал, как в припадке.

Ничего этого я не помнил, но ладно. Жаль, что напугал ребят. Зато выжил и сейчас чувствовал себя превосходно. Правда в желудке словно черная дыра образовалось. Сейчас бы быка сожрал.

– Всё хорошо, малышка, – произнес я, и понял, что голос совершенно нормальный, крепкий. Не как у человека после отключки. Никакой слабости. Скорее даже наоборот. В мышцах чувствовалось столько силы, что я, наверное, сейчас смог бы двойное сальто с места сделать. Но пробовать я не стал.

Поднялся с кровати, потрепал Таху по макушке, она недовольно дернула головой, отмахнулась. Теке ткнулся носом мне в колено, напрашиваясь на ласку, пришлось погладить и его.

– Идем. Надо собираться.

– Там мы, уже. Ты в отключке больше часа был, – прокомментировала Таха, шагающая за мной следом.

– О, как огурчик! – завопил Петрович.

Сейчас он сидел на стуле, а неподвижные ноги лежали на подпорке из пластикового ящика.

– А тебя я вижу, Дар таки взял на руки, – усмехнулся я.