Чтение онлайн

–  Легко сказать!

–  Мы могли бы… - начала Тель и замолчала: в спальню вошёл Пат с подносом в руках.

Теригорн поднялся, взял у слуги поднос и взглядом указал на дверь:

–  Спасибо, Пат.

Мальчишка с любопытством покосился на эльфийку, коротко поклонился и надавил на дверную ручку.

–  Постой!

Пат тотчас обернулся и вместе со старейшиной, который продолжал держать в руках поднос, уставился на Тель.

–  Будь любезен, срочно разыщи Алемику и передай, что господин Теригорн ожидает её в своём кабинете. Иди!

Пат юркнул за дверь, а Миганаш ухнул поднос на столик, так, что чайник, сахарница и чашка подпрыгнули и протестующее зазвенели.

–  Это авантюра!

–  Дошло?
– удовлетворённо и абсолютно спокойно улыбнулась эльфийка.
– Рада, что ты начал думать.

–  Он раскусит нас на раз-два!

–  Нет, если мы хорошенько постараемся.
– Тель вздохнула и, помрачнев, добавила: - У меня есть в запасе пара запретных фокусов, но мне понадобится помощь - твоя и Морики.

–  А как же фантош?

–  А нам какое дело? Если он разругался со своим хамиром и удрал - мы-то здесь при чём?

–  Логично.
– Старейшина задумчиво потянулся к чашке, сделал глоток и поставил её на место.
– Ты уверена, что сможешь поддерживать заклинание до возвращения Геды?

–  Да. Более того, Алемика будет уверена, что она и есть Гедерика.

–  Но это же…

–  Запретная магия, я говорила. Чем ты слушал, Миганаш?

–  Но последствия…

–  Ты уже пожертвовал дочерью! Одна девочка или две, какая разница? Легче не станет!
– Тель поднялась и нетерпеливо тряхнула светлыми волосами.- Пошли! Время поджимает, а заклинание сложное, потребуется минимум полчаса. И с Морикой ещё объясняться.

Миганаш удручённо кивнул и последовал за эльфийкой, лихорадочно размышляя, есть ли иной способ предотвратить войну. Но, как назло, других вариантов не находилось. "Ещё одна жизнь на моей совести! Невыносимо…"

–  Невыносимо!
– Дигнар, словно загнанный в ловушку зверь, метался по спальне: халат распахнут, короткие волосы стоят дыбом, в глазах лютая ненависть и нетерпение. Никогда ещё наследник сатрапа не чувствовал себя настолько взбешённым и скованным по рукам и ногам.

Когда он проснулся довольным и отдохнувшим, первой мыслью было: "Скоро домой!" Сердце ликовало: ещё бы, договор подписан, свадьба сыграна и можно возвращаться в Тират победителем. И получить, наконец, из рук отца купчую на Оникса. "Мальчишка, конечно, с изъяном, но это поправимо", - благодушно думал Дигнар, направляясь в ванную комнату. Сегодня проступки эльфёнка уже не казались такими значительными. "В конце концов, действовал он из лучших побуждений, - сказал себе наследник, погружаясь в тёплую, ароматную воду.
– Ну, не понравилась ему маленькая ликанская шлюшка, так я тоже от неё не в восторге. Подарю-ка ему какую-нибудь дорогую цацку да приласкаю. Авось и вмешательство Кальсома не понадобится. Нужно позволить малышу созерцать пару часов в неделю и все дела!"

Дигнар погрузился в воду с головой и резко вынырнул, разбрызгивая тяжёлые прозрачные капли. Хотелось петь и смеяться, но вдруг нити связи натянулись, и его окатило волной ужаса и непонимания. Одним прыжком наследник выскочил из бассейна и нагишом ринулся в спальню.

–  Хамир, - прошелестел нестройный хор, и четверо фантошей склонили головы.

"Четверо!" - вихрем пронеслось в голове и, опустив взгляд, Дигнар поражённо уставился на своё запястье, где поблёскивали четыре невзрачных серебряных браслета.

–  Оникс!
– У наследника и мысли не возникло, что исчез кто-то другой.
– Убью гадёныша!

–  Он не мог сам, - заметил Лис, от ирреальности произошедшего, забывший, что должен молчать.

Дигнар замер, раздумывая над словами фантоша. Выходило, что эльфёнок не предатель, что какой-то подлец нагло покусился на его собственность. Это наследник пережить мог. Пережить и отомстить! "Я найду гада и покрошу его в капусту! Главное, не пороть горячку. Выведать всё и нанести превентивный удар. Я верну тебя, малыш!"

–  Лис! Разведай-ка, что происходит в доме!
– приказал он и вернулся в ванную комнату, чтобы закончить утренний туалет: вскоре ему предстояло посетить прощальный завтрак, пропустить который он не имел права.

Лис вернулся на удивление быстро.

–  Докладывай!

–  Пропала Ваша жена, хамир.

Дигнар застыл, переваривая известие, и, хряснув кулаками по воде, взревел:

–  Сука! Решила обезопасить себя за мой счёт?! Не выйдет! На клочки порву! Собственную плоть жрать заставлю!
– Он встал в полный рост и зверем взглянул на фантоша: - Эльфийка тоже удрала?

–  Она с господином Теригорном.

–  Оправдания готовят? Не выйдет! Война!
– выпалил Дигнар и окаменел.
– Кровь и пламя… Нарушение договора означает…

Зарычав от бессильной злобы, он сжал кулаки и замолотил ими по гладкой чистой поверхности бассейна, словно вода была виновата в его неприятностях. "Проиграл! Отец не простит! Он заберёт Оникса! Меня засмеют! Какой позор!
– Мысли метались, как обезумевшие кони, а кулаки снова и снова били по воде.
– Проклятые ликанцы! Это они всё подстроили! Я жертва! Я подписал договор! Я вынес эту грёбаную церемонию! Я позволил жрице Солнца коснуться себя магией! И всё зря?
– Дигнар знал, что для отца его оправдания не будут иметь никакого значения - важен только результат.
– Нужно во что бы то ни стало разыскать Оникса и ликанскую ведьму и вернуть всё на круги своя. Только так можно спасти положение! А потом я поквитаюсь с разлюбезной жёнушкой. Мало ей не покажется!"

Дигнар прекратил колотить ни в чём не повинную воду, вылез из бассейна и сунул руки в рукава халата, заботливо поднесённого Змеем. Ярость отступила, и наследник начал мыслить здраво. "Первым делом необходимо избежать обвинения в пособничестве побегу. Конечно, при желании, можно повесить на девчонку похищение эльфёнка, но тогда придётся рассказать о тонкостях связи между фантошем и хамиром, а этого допустить нельзя. Значит, придётся скрыть исчезновение Оникса и представить дело так, будто ведьма удрала одна. Выразить сочувствие и понимание Миганашу, изобразить горячее стремление вернуть запутавшуюся девочку в лоно семьи. И в погоню!"

Наследник прошёл в спальню, плюхнулся в кресло и взял в руки чашку с кофе. Дёрнув нить связи, он заставил Нырка опуститься на колени у своих ног, сорвал с его головы геб и сурово взглянул в перепуганные синие глаза:

–  Ну что, ершистый мой, увели у тебя Оникса из-под самого носа.

–  Хамир, я…

–  Проспал.

–  Все проспали, хамир, - подал голос Лис.
– Ваша жена усыпила всех обитателей дома Совета.

–  Я тебя спрашивал?

Лис схватился за горло и, хрипя, опустился на колени, а Дигнар поставил чашку на стол и навис над Нырком: