Чтение онлайн

— Да, … это накрыло с головой, — тихо отзываюсь я, соглашаясь. Тут не поспоришь.

— У меня завтра целый день свободный. Проведём его вместе?

— Угу, — отвечаю, расплываясь от счастья.

Прежде чем заговорить, Дарен кивнул собравшимся максимально сдержанно, демонстрируя всем своим видом, что вопрос будет обсуждаться весьма важный и тревожный.

— Я собрал вас здесь, всех глав семей нашего клана, чтобы сообщить о весьма щекотливой и нестандартной ситуации, выходящей за рамки нашего понимания. Двадцать четыре года назад у меня была связь с обычной земной женщиной. Я не знал, что у неё родилась дочь и уж тем более, что отец этой девочки … я, — Дарен выждал паузу, наблюдая какой ошеломительный эффект возымела эта новость.

— Вначале я не поверил точно так же, как и вы. Такое невозможно. Но проведенные тесты доказывают обратное. Моя дочь, рожденная обычной женщиной — шудра. Чудо это или фатум пока неизвестно, но у неё мои гены. Всем вам известный доктор Лоран Кенз, подтвердил, что она способна к обращению и пробуждению дара. Доктор убежден, что со временем наши гены мутировали и начали совмещаться с человеческими, а это значит, что в округе может быть ещё несколько десятков ничего не ведающих шудр, детей от наших случайных связей. Мы обязаны предупредить это, поговорить с нашей молодёжью, они должны осознавать риск, потому что мы пока не уверенны на что именно будут способны такие гибриды.

— Чем больше шудр — тем лучше, — задумчиво подал голос впереди сидящий.

— Но смешанные гены могут таить серьёзную угрозу! — возразил один из мужчин.

— Где твоя дочь, Дарен? Она уже знает кто она такая?

— Она в городе, но Валери не в курсе, — ответил Дарен. — Я считаю, что девушке нужна подготовка, ведь она выросла с другими представлениями. Правда может сильно напугать её.

— Откуда она Дарен? — прищурившись, настороженно поинтересовался один из парней, оставшийся стоять у двери, скрестив руки на груди.

— Из Бостона. Достаточно далеко отсюда. Я понимаю, о чём ты подумал Грант. Она может жить вдали от падения нашего синтезирующего модуля, и она не имеет представления, что такое непроизвольное обращение.

— Она органический мутант? — воскликнула одна из присутствующих женщин.

— Нет, скорее всего, она усовершенствованный природой идеальный гибрид, — снова подал свой голос Грант. — И когда её представят нашему обществу?

— Скоро. На празднике. — Дарен снова обвел внимательным взглядом собравшихся. — Я хотел бы попросить всех вас оповестить каждого члена своей семьи, чтобы каждый из них пока деликатно молчал о нашем народе.

— Ты ведь знаешь этот город как свои пять пальцев, верно? — смотрю внимательно на Джейка, не спеша идя рядом с ним по набережной.

— Каждый камень, — кивает он. — Ты что-то задумала?

— Тогда ты должен знать и самые красивые места. Покажи их мне, мы выберем одно и сделаем его своим, в лучших традициях романтизма.

— А к нему добавим немного современной раскрепощенной безнравственности, занимаясь любовью в каждом из этих мест, — он хоть и шутит, но точно не прочь это проделать.

Мы гуляем по городу, не обращая внимания на окружающих, на погоду, и на пролетающее время. Рядом с ним каждый квадратный метр земли для меня уже кажется красивым. Так легко и радостно вдыхать этот сладкий воздух, идти с ним в ногу, держать за руку, улыбаться, и целоваться на ходу.

Именно так я чувствовала себя впервые — бесконечно влюблённой. Я, наконец, попала в один из тех капканов, которые так старательно избегала. Причём вскочила в него сразу головой. Увязла смертельно. Искала отца, а получила гораздо, гораздо большее.

Перед моим взором раскинулся сосновый лес, таинственный, вековой, который заканчивается на обрыве. Примечательным в нем было то, что все деревья в этом лесу росли парами, сосны словно стояли обнявшись друг с другом. С утёса было видно реку и другой берег, поросший хвойными вперемешку с лиственными деревьями, отчего лес на противоположном берегу казался цветным ковром, особенно в этот период — зелёное, красное, желтое. Здесь осень смотрелась очень нарядно, будто готовясь на бал. А ещё это место было самым уединенным из всех, что он мне показывал.

— Отлично подходит, — довольно кивая, говорю я, осматриваясь. — Именно это место я нарекаю нашим местом отныне и до конца. Я посвящаю его в островок счастья и свободы. Здесь можно будет найти приют от душевных мук и поделиться с ним радостью. Ты согласен? Джейк … Как звучит твоё полное имя?

Джейк смеясь, усаживается рядом со мной. У него самый красивый мужской смех, который я когда-либо слышала. Ну, и конечно, эти ямочки!

— Я уже думал, что ты меня никогда об этом не спросишь. Разрешите представиться, меня зовут Джейкоб Грегор. Мне двадцать пять лет, у меня аллергия на морепродукты, я стажируюсь в банке на финансового консультанта, но пока временно подрабатываю в клубе, и это ты уже знаешь. Играю в теннис, на гитаре и на нервах у своих предков. И ещё … в продолжительных связях с девушками замечен не был.

— Это предупреждение? — улыбаюсь я.

— Скорее оправдание, — смущенно бормочет Джейк. — Чтобы ты не подумала, что я могу вот так легко завязать с каждой.

— А я значит не каждая? А обо мне ты не подумал, что я бросаюсь в постель с каждым встречным парнем? — я испытывающе заглядываю ему в глаза. Для меня становится важным, что именно он ответит. Мне хочется, чтобы он узнал и почувствовал меня настоящую, именно такую, какой я была на самом деле, без масок и прикрас.

И наш разговор вдруг резко приобретает серьёзный характер.

— Нет, не подумал! — жестко бросает Джейк. — Вэл, это сложно объяснить. Я просто знаю, что ты для меня особенная, радужная, как вспышка моего личного чуда. Мы с тобой знакомы всего три дня, а я уже понимаю, что не могу потерять тебя. Но если ты вдруг исчезнешь, я буду помнить о тебе до конца своих дней, оставаясь в глубине души самым несчастным оттого, что ты не со мной. Об этом мне подсказывает что-то вот здесь, — и Джейк дотрагивается до своего сердца. — Это не игра, не увлечение, это нечто большее. Я знаю, в это сложно поверить, чувства не возникает вот так спонтанно, но похоже мы с тобой опровержение нормы.

— Я знала одну престарелую пару в Бостоне, — польщенная его признанием до глубины души, говорю и чувствую, что мой голос начинает дрожать. — Они поженились через три дня после знакомства и прожили вместе тридцать пять лет. А вот подруга моей матери встречалась со своим парнем шесть лет, а когда они, наконец, поженились — то смогли прожить вместе всего лишь три месяца, после чего развелись, ненавидя друг друга. Так что нет никаких норм, важны лишь рамки твоего восприятия, ты либо любишь, либо нет.