Чтение онлайн

– Но дон Марко…

– Пожалуйста.

Я обернулась на растерянную женщину с рыжими волнистыми прядями, торчащими из-под пучка. Так модно, видела в соцсетях. Но когда я следила за модой?

– Как вам угодно, сеньорита Виктория. Меня зовут Симона, я буду вашей личной помощницей.

Она больше выглядела как моя служанка, судя по длинной униформе, скрывающей длинные ноги. Сколько ей лет? Она ненамного старше меня, но маленькие морщинки под глазами выдавали возраст.

– Дон Марко просил помочь с выбором одежды.

– Не стоит. Марианна за меня все выбрала.

– Как скажете, сеньор… сеньорита. Простите. – Она виновато опустила голову. – Могу ещё чем-то помочь?

– Поможете сбежать со свадьбы? – я усмехнулась, глядя на ее распахнутые от удивления голубые глаза.

– Простите, это не входит в мои обязанности.

– А что входит в ваши обязанности?

– Прислуживать вам, помочь освоиться, сопроводить вас сегодня на службу в церкви.

– На службу?

– Вчера похоронили ваших родителей. Дон Марко разрешил приехать на могилу.

Их похоронили без меня… Единственная моя просьба не была услышана. Кажется, пора привыкать, что я здесь исполняю роль марионетки.

– Дадите пять минут?

– Конечно, я буду ждать вас внизу.

Сеньора Альфрелли оставила в гардеробной “Наряд на все случаи жизни”. И это платье оказалось… Как там говорили? Маленькое черное платьице, чёрная шляпка и черные лоферы. Вы что, издеваетесь? Мадонна, я попала к дону Гальятти или на показ в Милан? Но я молча надела платье, затянула волосы в тугой хвост и спустилась к Симоне.

– Вам очень идет, сеньорита Виктория.

Платье хорошо сидело на моей фигуре песочные часы. Досталось от мамы, а ей от бабушки, а бабушке от…

Я смахнула капельку слезы и села в машину. Нас сопровождали двое мужчин в черных костюмах, но они остались в машине, когда мы подъехали к кладбищу. Я больше не надеялась, знала, что родители мертвы, но все еще не могла сдержать свои эмоции. Споры с папой, мамина забота, граничащая с упреками. Их могила была безликой, обычной, оставленной в самом отдаленном ряду католического кладбища. Обычный памятник, с именами, ни единого венка. И тишина, нарушаемая только моими всхлипываниями.

– Оставишь меня одну? Я хочу попрощаться, – попросила я Симону.

– Конечно, сеньорита. Я буду неподалеку.

Я просто хотела поплакать одна, пока никто не видел мою боль и слабость. Никто из этого грязного семейства не увидит моих слез. Ни Марко Гальятти, ни его прислужники. Эта Симона наверняка докладывала своему дону обо мне и сдаст с потрохами при любом удобном случае. Даже эту маленькую просьбу о побеге наверняка сообщит во всех подробностях. В моей душе не осталось никакой надежды на спасение. Я должна смириться со своим положением, иначе меня ждала трагичная участь. По словам дона Гальятти, естественно. Но верила ли я ему?

– Не оборачивайся.

Мужской бархатный голос наполнил мои внутренности надеждой. Я едва сдержалась, чтобы не обернуться и не убедиться, что позади меня стоял Джованни. Почему я не услышала его шаги позади?

– За мной следят.

– Знаю. Их отвлекли. У нас есть три минуты.

– Поехали отсюда. Куда мне идти? – Я хотела шагнуть в сторону выхода, где он наверняка припарковался, но услышала стальной голос:

– Стой на месте, сказал.

И я замерла, глядя на имя мамы. Тепло старшего брата я ощущала спиной как весеннее солнце. Я представила, как его карие глаза с упреком глядели на меня. Я ждала лишь сигнал, когда можно будет сбежать с этого треклятого острова навстречу светлому будущему.

– Завтра ты должна выйти замуж на Марко Гальятти.

– Ты шутишь?

– Не кричи и выслушай. Завтра ты говоришь «Да» в этой самой церкви, едешь со своим будущим мужем в ваш особняк. Там к тебе подойдет мужчина по имени Джузеппе. Слушайся его во всем, поняла меня?

– Почему я не могу сейчас уехать с тобой?

– Потому что за нами следят, – ответил он с нажимом, и в этот момент он ужасно напомнил мне нашего отца. – Гальятти не просто так взял тебя в жены, тебя обещали.

– То есть?

– Наш папочка решил расплатиться с долгами твоей ценой. Он обещал тебя Гальятти старшему, когда тот был жив. Хотел так подстраховаться на случай долгов. Но он задолжал много, очень много, искал поддержку у семьи Бонелло.

– Это те, кто ворвался в наш дом?

– Да. Но он задолжал и им тоже. Бонелло не церемонятся. Оттуда я бы тебя не вытащил.

– Мадонна, что же он натворил…

– Завтра действуешь строго по плану. Сделай так, чтобы дон Гальятти ничего не заподозрил.

– А если он помешает? Если нас сдадут и убьют?

Но на этот вопрос мне послужила тишина. Я обернулась и не обнаружила вокруг себя никого, а в кармане моего черного жакета почувствовала что-то небольшое и тяжеленькое. Кнопочный телефон.

– Нам пора на службу, сеньорита, – Симона отвлекла меня от размышлений и повела меня к церкви.

Я молча последовала за ней, воодушевленная толикой надежды на спасение.

______________________________________

*Merda – дерьмо (ит)

Если не можешь победить зло, его необходимо возглавить (с)

Виктория

Шаг. Два. Три. Четыре. Пять.

Я едва передвигала ноги на высоких каблуках, глядя на своего будущего мужа. Я шла к алтарю как на казнь. Каждый шаг давался мне тяжело, но я не смела отступить, как бы сильно мне не хотелось схватиться за подол и не рвануть к ближайшему черному внедорожнику.

Платье русалка с длинными рукавами и высоким горлом, скромный низкий пучок и пышная фата. Я не жаловалась, платье выгодно помогло мне скрыть трубку в декольте, но, чтобы ее достать, пришлось бы снять верх. Я вся в белом, как невинная овечка, которая шагала навстречу страшному волку. Как в сказке, только мы жили реальной жизнью.

Сеньора Альфрелли была права, на меня будет смотреть вся Сицилия, только меня это не будоражило, не вводило в экстаз и даже не волновало. В голове крутилась лишь одна мысль.

«Ты должна собраться, Вики. Он будет следить за каждым твоим шагом, у тебя будет только один шанс».

Слова брата давали надежду на свободу. Я сбегу. Сделаю что угодно, но сбегу.

Он смотрел на меня как на добычу, как на загнанную в ловушку дичь, которой полакомится сегодня ночью. Это он так думает, но я не допущу, чтобы он меня хотя бы пальцем коснулся. Джо не допустит.