Чтение онлайн

Юджин закончил телефонный разговор. Ему вообще не хотелось общаться с таким болваном, но в его обязанности входило предупредить в случае необходимости об опасности пересечения границы. Он выбрал на компьютере меню удалённого доступа и ввёл команду: «весёлый пехотинец». В появившемся диалоговом окне нажал кнопку «актив».

Для обитателей Южных Крестов наступил день, ради которого они собрались в этом месте. Многие уже успели восстановить свои силы. Пришло время выдвигаться на север. Армия оживших трупов оказалась достатосчо организованной благодаря своему лидеру - капитану Сторму, который возглавлял поход.

– Вперёд, войска. Мы захватим противника.
– раздавался над заболоченной опустошённой местностью его голос. Сотни мертвяков двинулись в направлении, указанном рукой Сторма.

Капитан Сторм при жизни командовал армией и погиб на территории современных Южных Крестов во время сражения, как и большинство покойников этого места. Смерть от аннигилирующего удара оказалась настолько внезапной, что большинство воинов даже не успели понять, что они уже умерли. Теперь, когда они оказались поднятыми из земли и обрели зачатки сознания, то продолжили вести свою священную войну так же, как делали это перед смертью. И капитан Сторм продолжал выполнять приказ, полученный ещё перед своим последним сражением: уничтожить армию еретического государства и войти на его территорию.

Противопехотные мины, вкопанные вдоль южной границы федерации с внешней стороны, мирно лежали под слоем земли. Сигнал «весёлый пехотинец», дистанционно полученный на умные устройства, одновременно поставил на боевой взвод тысячи противопехотных мин. Первый взрыв нарушил относительную тишину. Тела нескольких мертвяков, оказавшихся рядом с взрывом, разлетелись по разным сторонам.

– Продолжить движение, не останавливаться.
– командовал Сторм, заметив в рядах своего войска появившееся смятение. Мертвяки двигались в одном направлении. То здесь, то там, в бесчисленной толпе детонировали взрывные устройства, эффект от взрыва которых дополнялся кровавыми всплесками и разлётом конечностей мертвецов на большие расстояния. Любой солдат предпочёл бы погибнуть от пули отряда заграждения, чем на этом минном поле, но войско мертвяков это не останавливало. Металлические осколки, которыми начинялись мины, куски разлагающейся плоти, и обломки костей летели со всех сторон. Никто из мертвяков даже не думал лечь на землю и прекратить движение.

Силовое подразделение федерального центра, занявшее позицию с внутренней стороны южной границы федерации, находилось в готовности вести оборонительное сражение. На горизонте с юга пока ничего не было видно. Один из силовиков встал прямо возле проволоки, которая преграждала дальнейшую дорогу. Толку от такого заграждения не было, разве что на него можно было повесить табличку с надписью: «Внимание! Вы пересекаете границу федерации». Ждать неизвестно чего никому не хотелось. Если где-то там впереди какие-то мертвяки идут в эту сторону, то нужно пойти им навстречу и уничтожить их. Или, если наёмщик армии сомневается в её возможности, можно отправить вперёд разведчиков, чтобы точно сопоставить свои силы и силы противника. Но команда была получена однозначная: никаких движений за проволочное ограждение. Вдруг, где-то вдалеке, со стороны Южных Крестов, послышались глухие звуки, похожие на удары барабана. Никто из силовиков не понимал, что там может так взрываться. Неужели кто-то другой уже воюет там с нежитью. Звуки взрывов постепенно приближались и становились всё чаще. Под ногами уже можно было ощутить вибрацию земли. Вскоре на горизонте появились поднимающиеся клубы пыли. Вот оно. Приближаются. Потом в пыльном облаке уже можно было различить силуэты, похожие на человеческие. Мертвяки уверенно шли к своей цели, но стало заметно, что их ряды быстро пустеют. Некоторые мертвяки взлетали вверх, некоторые взлетали вверх только по частям.

– Всем отойти от проволочного заграждения на триста метров в тыл. Отогнать машины. Не выходить из укрытия.
– скомандовал командир силового подразделения.

В зрительную трубу он видел, как разрываются мертвяки. Они разлетались в радиусе сотни метров от каждого взрыва. Не очень хотелось быть испачканным кровью взорвавшегося мертвяка, но ещё меньше хотелось получить ранения осколками, пробивающими броню автомобиля. Но, все эти факторы, были малоэффективны против нежити, которая продолжала движение даже с оторванными конечностями, что уже говорить о сквозных ранениях осколками, которые мертвяки даже не замечали. Наступив на мину, они подлетали от взрыва вверх, падали обратно на землю, вставали и продолжали идти, даже не отряхнувшись. Не везло только тем, кому отрывало ноги. Идти в одном ряду с товарищами они уже не могли. В худшем случае, полежит какое-то время на месте, пока раны не затянутся, и только потом дальше пойдёт.

– Приготовить гранаты.
– дал очередную команду командир силового подразделения предвкушая, что скоро его ребята зададут здесь жару.

Капитан Сторм шёл в первом ряду, время от времени смахивая со своего тела осколки. При очередном неудачном шаге, он вновь наступил на мину. Струя пламени от земли ударила его по ногам и в лицо. Сторм даже не поднимался в воздух, а продолжал идти, не замедляя движение. Ещё несколько шагов, и ещё одна мина под ногами. Полученный приказ наделил тело Сторма чрезвычайными свойствами, а повреждение от аннигилирующего удара придало ему необычную форму бестелесности. Проволочное заграждение на границе вражеского государства уже было совсем близко. До него оставалось дотянуться рукой, и... Первая шеренга мертвяков оказалась парализованной. Сигнал «весёлый пехотинец» не только поставил противопехотные мины на боевой взвод, но и пустил ток с большой силой по натянутой проволоке. Мышцы уткнувшихся в неё трупов сократились и утратили свою эластичность. Сзади в них врезались следующие за ними мертвяки, которые также оказывались парализованными. А спереди, со стороны вражеского государства, армия противника открыла по ним огонь.

Командир силового подразделения, удалившегося на несколько сотен метров в тыл от границы, дождался, когда армия нежити запуталась в проволоке, преграждавшей им дорогу. Некоторые из мертвяков начали светиться и тлеть. Но их толпа продолжала сгущаться перед заграждением. Командир дал отмашку, и выстрелы реактивных гранат с термодинамическими зарядами вырвались в сторону безумной толпы. Попавшие в цель гранаты сжигали плоть мертвяков, оставляя обожжённые кости. Место сгоревших мёртвых воинов сразу занимали другие. Количества снарядов просто не хватало, чтобы уничтожить всю эту армию нежити. Пришла очередь за танковым пулемётом, установленным на крыше одного из бронированных автомобилей и приспособленного под крупнокалиберный осколочно-фугасный зажигательный патрон. Пулемёт косил всех, кто находился перед ним на расстоянии до полутора километров. Этого оказалось более чем достаточно, чтобы перебить ноги всем мертвякам. Тем, кто продолжал ползти на руках, патрон попадал в голову. Похоже, что армия нежити пока передумала продолжать своё шествие. Командир силового подразделения понимал, что это только временные меры. Скоро мертвяки смогут вновь подняться на ноги, через несколько дней или через неделю.

ГЛАВА 19: Ожившая кукла.

В храме Великого Очищения на станции Пластмасс день Воскрешения прошёл на день позже, чем было запланировано изначально. Такое промедление было вызвано служителями храма намеренно, поддержанием святой Беллы в искусственной коме, для создания наиболее эффектного её пробуждения. Служение господу Слепому Отцу и Его сестре состоялось в торжественной обстановке с проведением литургического пения. В обстановке молитвенного зала, казалось, из ряда вон выходила прозрачная капсула, служившая своеобразным саркофагом для сестры Беллы. Саркофаг-капсула был расположен вертикально, так что покойная в нём как-бы стояла. На самом деле он был наполнен специальным раствором, способствующим регенерации омертвевших тканей, поэтому труп в прозрачном саркофаге плавал. На лицо Беллы была одета кислородная маска, а в её тело были воткнуты различные трубочки от капельниц с поступающими по ним питательными веществами. Кисть левой руки покойной была не настоящей, а сделана из пластика телесного цвета, так что при беглом взгляде трудно было заметить протез, но при более внимательном наблюдении это увиденное уродство было трудно развидеть. Кожа покойной тоже казалась неестественной, покрытой пластиком, что делало труп похожим на пластмассовую куклу в натуральный рост. Но всё это не портило красоты сестры Беллы, которую в ней видели прихожане храма. Кукольное лицо хоть и казалось неестественным, но притягивало к себе взгляд, который уже потом было трудно оторвать. Трудно было определить, чья это заслуга: пластических хирургов, поработавших над восстановлением трупа, изуродованного разрывом реактивной гранаты, или же это влияние истинной красоты самой покойной. Конечно, прозрачный саркофаг привлекал к себе больше внимания, чем настоятель храма, произносящий свою речь, находясь возле алтаря. Слова настоятеля разливались по всему молитвенному залу, и их нельзя было пропустить мимо ушей:

– Слуги господа нашего, - обратился настоятель к прихожанам, переводя на себя их внимание.
– сегодня свершится знаменательное событие. Сестра Белла придёт в наш мир, чтобы направить всех верующих на путь истинный.

Не сведущим прихожанам такие слова показались слишком смелыми. Даже приняв о внимание их метафоричность, которую усмотрели прихожане храма, эти слова можно было расценить как кощунство над покойной. Никто не может указывать сестре, когда ей следует прийти в этот мир. Но, настоятель уверенно продолжал:

– Сестра Белла явится к нам, как только я призову её. Она ждёт, когда я дам ей знак, что её время пришло и ей позволено вступить в этот мир, чтобы начать вершить свои святые дела.

Настоятель сошёл с трибуны молитвенного зала, чтобы подойти к саркофагу и встать напротив него. Теперь, оказавшись перед покойной, он и сам мог перепутать её с искусно выполненной куклой. Настолько правильной была ей красота. Идеально гладкая кожа лица казалась ненастоящей. Глаза покойной были закрыты, а чуть приподнятые брови придавали ей немного удивлённый вид. Казалось, что она хочет спросить смотрящих на неё о том, что здесь должно произойти? Через прозрачную кислородную маску, одетую на покойницу, можно было распознать её немного вздёрнутый маленький носик и едва выпяченные губы, которые создавали на её лице выражение сдержанной обиды и готовность стойко её перенести, в то же время это придавало ей немного капризный вид. Но это всё вызывало желание у всех, кто смотрит на неё, оказать ей любую помощь. Поклонники сестры Беллы готовы были воспрепятствовать любому её обидчику, защитить её от любой опасности. Длинное платье на покойной сверху до пояса облегало её фигуру. Ткань на рукавах и длинной юбке платья, доходящей до самых стоп, свободно плавала в растворе, делая образ в саркофаге огромным и значимым. Настоятель храма обратился к покойной, глядя на неё снизу вверх:

– Сестра Белла, я даю тебе знак и позволяю тебе явиться в наш мир.

Оператор системы поддержания жизнеобеспечения, находящийся в это время за кулисами разворачиваемых событий, подал по дыхательной трубке саркофага кислород и дозу адреналина по вставленным в покойную катетерам. Белла открыла глаза и её грудь резко расширилась, когда она сделала свой первый вдох. Некоторые прихожане были готовы к воскрешению сестры, они в это верили. Но то, что она явится в этот мир с позволения настоятеля храма, произвело на публику невероятное впечатление. Зрачки пробудившейся двигались из стороны в сторону, а ресницы ритмично хлопали. Похоже, что раствор, в котором находилась сестра Белла, раздражал её глаза. Тут начало происходить нечто, что напугало всех, и больше всех самого настоятеля. Белла начала стучать ладошкой сохранившейся руки по стеклу саркофага изнутри. Она всем своим обиженным и одновременно удивлённым видом давала понять, что ей необходимо покинуть это место. Хорошо, что купол саркофага выполнен из высокопрочного полимерного материала. Это было специально предусмотрено на случай, если Белла начнёт проявлять агрессию после пробуждения. Оператор системы поддержания жизнедеятельности подал по катетерам дозу транквилизаторов, но Белла резко выдернута из себя все иголки. Она продолжала стучать по капсуле изнутри, при этом шевеля губами, стараясь что-то сказать, но все её усилия не приносили никаких результатов. Раствор, наполнявший саркофаг, не позволял её словам покинуть капсулу. Публика громко охала, перешёптываясь между собой на манер: « - Смотрите, смотрите.
– Что сейчас будет?
– Она хочет выбраться». Рука Беллы не наносила капсуле никаких повреждений ни ладошкой, ни даже сложенная в кулак. Белла набрала в грудь воздух и сняла кислородную маску с лица. Она сложила целую ладонь с протезированной рупором и, таким образом, приложила руки к стенке купола. Что есть сил, она прокричала в сложенный рупор нечто непонятное, и стекло дало трещину. Нанеся несколько нерезультативных ударов кулаком по образовавшейся паутинке, Белла продолжила кричать в сложенный ладонями рупор, набирая воздух в лёгкие для каждого очередного крика из кислородной маски. Лёгкий оттенок обиды выражения её лица перешёл в настоящую истерическую злость. Трещины на стекле купола разрастались. Снаружи начали появляться капельки раствора, переходящие в потёки.