Чтение онлайн

Нэт совсем не понимал, что мама нарисовала.

– С этими наркотиками я была не уверена, но папа меня убедил, что ты ничего не куришь.

На картине появилась большая красная капля. Мама сделала глоток сока и сказала:

– Думаю, ты должен с ним поговорить и развеять его сомнения. Этого по нему не видно, но его очень обеспокоил сегодняшний разговор.

Она крепко обняла сына и поцеловала в лоб. Нэт вздохнул и потащился по ступеням в зал. Квартира напоминала модный офис, в котором вместо нормальных стен пространство было поделено ажурными стеллажами и низкими перегородками.

Папа лежал на диване и читал «Идеальное несовершенство».

– Ты действительно думаешь, что я бы поставил себе шестерку по польскому? – Нэт сел в кресло напротив дивана.

Папа продолжал читать, притворяясь, что не заметил присутствия сына.

– Четверку еще куда ни шло… но шестерку? – продолжил Нэт. – А что по поводу тех косяков, то ты больше доверяешь какой-то незнакомой девочке, а не мне?

Папа не отложил книгу, но Нэт заметил, что он перестал водить глазами по тексту.

– К тому же польский преподает наша Йоля, она наш куратор и помнит каждую оценку и знает про мою дислексию.

– Скажи, что бы ты подумал на моем месте? – Папа отложил книгу и сел. – Я прихожу в школу для разговора про какие-то следы, странные улики, а тут выясняется, что есть свидетель, который видел, как вы курили.

– Это какая-то девочка, а не свидетель…

– Не перебивай. Потом я узнаю, что в журнале исправлены только ваши оценки. Или кто-то из класса, кроме тебя, разбирается в сетевой защите настолько, что смог добраться до оценок?

– Папа… Проверь сам. Наш информатик – полный профан. Он не разбирается в защите данных.

Папа встал и пошел в кабинет, отделенный от остальных помещений перегородкой из матового стекла. На столешнице под окнами стояло несколько компьютеров. Он уселся и начал рассматривать сайт, а потом застучал по клавиатуре в невероятном темпе.

– Ты прав, – сказал он через минуту. – Я вошел за три секунды. Ты думаешь, что кто-то это сделал, чтобы вам напакостить?

– Так ты мне веришь? – обрадовался Нэт.

– Предположим, что да. Но это не отменяет тот факт, что у вас серьезные проблемы. Это может быть для вас тяжелым испытанием.

– Я закаленный. Достаточно того, что ты поддерживаешь меня и не хочешь сделать мне медицинскую справку о дислексии, – Нэт с горечью усмехнулся. – Такая справка освободила бы меня от написания тестов по орфографии.

– Нужно работать над собой, а не жаловаться, сынок.

– Неделя перерыва в учебе… – Нэт не выглядел опечаленным. – Как-то наверстаем.

– Дело не в этой неделе. Ты не думаешь, что педсовет может отчислить вас из школы?

Феликс и Нэт обсудили слова Белецкого-старшего по телефону и пришли к выводу, что ситуация серьезная и требует каких-то действий. У Ники не было телефона, поэтому они поехали к ней на автобусе.

Солнце пробивалось через мглу, укрывающую небо, но было тепло. Ника жила в маленькой полуторакомнатной квартире в районе варшавской Праги. По мощеной улочке, с трамвайными путями и паутиной электрических проводов, мальчики дошли до типичной угловой каменицы с круглым эркером, который венчала остроконечная крыша. Про домофон тут никто не слышал, а старые двери никогда не закрывали. С легкой тревогой они поднялись по темной лестнице на четвертый этаж. Феликс нажал на кнопку звонка.

– Кто там? – через мгновение раздался голос из-за дверей.

– Это мы, – ответил Нэт. – Открывай, тут страшно стоять…

Щелкнул замок, и двери открылись, мальчики быстро проскользнули внутрь. Девочка была одета в старый, растянутый спортивный костюм и тапочки. Она виновато усмехнулась.

– Не узнаю тебя в этих тихоходах, – сказал Нэт, поглядывая на ее обувь.

Квартира Ники была действительно полуторакомнатной. Посредине большой комнаты тосковали стол и три стула. Самым солидным из мебели был огромный старый шкаф. Напротив стоял диван. Роль кухни выполняла старая газовая плита, рядок шкафчиков и рукомойник. В углу три ступени вели к эркеру, в котором и находилась совсем маленькая круглая комнатушка, где половину стены занимало окно. Тут размещался маленький письменный стол, деревянный стул, узкий шкаф и несколько книжных полок. В этом помещении использовался каждый сантиметр пола и стен, заставленный полочками, шкафчиками, картинками и крючками. Но тут было очень уютно.

– Садитесь, – пригласила девочка. – Чаю хотите?

– Спасибо, нет, – ответил Феликс. – Надо поговорить.

Они уселись за стол. Ника сдвинула в сторону кипу книг и несколько желтых ручек.

– Нам даже не задали никакого домашнего задания, поэтому я подтягиваю «хвосты» по литературе, – объяснила она.

– Ты уже обедала? – спросил Нэт.

– Да, – Ника покраснела. Мальчики поняли, что она врет.

– Ну а мы нет! – Довольный Нэт вытащил из рюкзака бумажный пакет и достал из него три больших гамбургера. – Можешь с нами поесть, чтобы мы не выглядели глупо. – Он развернул свой гамбургер и сказал: – Мой папа говорит, что нас могут вытурить из школы.

– Но именно в этот раз мы ничего не сделали, – грустно добавил Феликс, критично рассматривая свой бургер. – Жаль, что мой папа уехал.

– А мама? – спросила Ника, примеряясь к своему гамбургеру.

– Если ей придется отпроситься с работы, она будет злой и устроит такой скандал Ромашке, что он слова сказать не сможет. Тогда нас точно вытурят из школы.

– Моя, наоборот, слишком добрая, – с полным ртом произнес Нэт. – Но мы можем нанять какого-нибудь актера, чтобы он прикинулся отцом Ники. Ведь у него никто не будет требовать паспорт. Может, Богуслав Линда? Он когда-то играл папу… Нет, дерик его узнает… Ладно, глупая идея. Лучше наймем адвоката.

– Ну не знаю, – девочка покачала головой. – Может, хватит твоего папы. Он справлялся совсем неплохо.

– Думаю, это какой-то организованный заговор, – добавил Феликс. – Такие совпадения слишком подозрительны. С того момента, как какая-то ученица наврала директору про нас, все это перестало мне казаться случайностью.

– А может, исправим оценки всем? – воскликнул Нэт. – Таким же способом.

– Думаю, сейчас они лучше следят за журналами, – Феликс не разделял его энтузиазма. – Если нас заметят рядом с учительской, то нам уже ничто не поможет. Так или иначе, у нас пять дней, чтобы доказать свою невиновность.

– Я всегда думал, что в свободной стране каждый невиновен до того момента, пока не доказана его вина, – буркнул Нэт. – Спорим, что Манфред навтыкал Ромашке за попытку взломать мой компьютер, и это его разозлило.

Одна из версий Манфреда постоянно находилась в ноутбуке Нэта и временами синхронизировалась с другими версиями, чтобы иметь одни и те же воспоминания.

Феликс встал и обошел стол, будто случайно заглядывая в эркер. Там стояло несколько картонных ящиков. Один из них был открыт и доверху наполнен желтыми ручками. Он хотел спросить про них Нику, но передумал, вернулся к столу и молча сел.