Чтение онлайн

— Да. Какое это имеет значение? — мужчина не понимал, куда я веду.

— Она, конечно, дура бесстрашная, — продолжила рассуждать, — но сам посуди. Разве женщины вашего мира могут решиться на подобное без поддержки?

И тут я увидела, как в голове дракона шестеренки завертелись с новой силой. Вполне логично, что пристройство своей дочери под крыло Шаардана — мелковатая цель для такого риска. Это значит, что у всех этих событий есть несколько выгодоприобретателей, а мерзкая тетка — пешка в чужой игре.

— Полагаешь, — Маркус снова взглянул на меня, — есть кто-то еще?

Я утвердительно кивнула.

— Верно. Поэтому важно распутать клубок раньше, чем верхушка изменников что-то заподозрит.

Маркус хотел сказать что-то еще, но в спальню зашел целитель.

— Мальчик мой, я понимаю, у тебя радость. Только тут фрейлины уже полчаса штурмуют покои наследницы. Может…

— Да. Я уже ухожу. Береги себя, пожалуйста. Я со всем разберусь.

Дракон наклонился, чтобы едва заметно коснуться губами моей руки, и удалился. Как только он вышел, в мою спальню влетел самый настоящий ураган в лице двух моих подруг. Машка тут же кинулась обнимать меня, а прежде робкая и стеснительная Блисса последовала ее примеру. В какой-то момент мне показалось, что у меня начали трещать кости.

— Девочки, — я попыталась мягко оттолкнуть их, — задушите же!

— Прости! — хором пискнули они и отползли на край кровати.

— Мы так переживали, — фея зашмыгала носом. — Главный лекарь сказал, что ты в очень тяжелом положении и…

— Нет! — Кострова одернула блондинку. — Все уже хорошо, не плачь, пожалуйста.

— Согласна с Машей, Блисс. И тем более сейчас не время.

— О чем ты? — брюнетка нахмурилась, а Блисса перестала плакать.

Я рассказала подругам все, что узнала, с перерывами на их возмущенные возгласы. Фея ругалась такими выражениями, что мы с Костровой только опасливо переглядывались. Никто и предположить не мог, что у нашей воздушной девочки такой… обширный словарный запас.

— Головы отрубить всем! — рявкнула блондинка.

— Рано, — попыталась успокоить ее я. — Надо выяснить все об именитых семьях Креории. У нас есть что-нибудь вроде семейного древа?

— Разумеется! — Блисса грациозно откинула локон, упавший ей на лицо. — В архиве все записи.

— Я достану и притащу их сюда, — сказала Машка.

— Хорошо, — я одобрительно кивнула, — Блисса, а тебе нужно узнать, что говорят. Слуги, дворяне, жители столицы.

— Организую. Когда встречаемся?

— Вечером. Ко мне еще бабушка с дедушкой должны прийти. А я уже вырубаюсь.

Широкий зевок только подтвердил мои слова. Хорошее самочувствие и море энергии оказались штукой кратковременной. Мне нужно было хотя бы немного поспать, прежде чем мы приступим к реализации моей задумки.

Я не озвучивала ее, пока не видела общей картины. Все эти информационные урывки провоцировали головокружение и спутанность сознания.

Хотели играть по-взрослому и подняли ставки?! Что же, они приняты! Только потом не жалуйтесь.

Император с супругой зашли в мои покои, когда я уже была на грани сна и яви. Наверное, стоило послушать Маркуса в самом начале и не тратить так много сил на эмоции и разговоры.

Дверь спальни тихо открылась, впуская моих родных.

— Милая моя, как же мы перепугались! — бабушка легонько чмокнула меня в лоб, утирая выступившие слезы.

— Всё нормально, ба. Не нужно плакать.

— Уж извини, внучка, — дед нежно погладил мои волосы, — но не нормально. Доротея оцепенела, а я даже не сразу сообразил, что произошло. Маркус, в отличие от нас, быстро сориентировался.

Я задумчиво кивнула в ответ на его слова. Дракон действительно очень быстро решил вопрос. Если бы не он, то я бы уже лежала в семейном склепе рядом с отцом и матерью.

— Кто же мог решиться на такое? — продолжала причитать Императрица.

— У меня есть подозрения, но их нужно подтвердить. Маркусу уже сообщила.

Император задумчиво хмыкнул и улыбнулся каким-то своим мыслям. Уж больно красноречивым мне показался этот взгляд, поэтому я, не теряя времени, спросила:

— Чему ты улыбаешься, дед?

— Да так, — родственник пожал плечами. — Думаю, как быстро он покорит одну крепость.

— Мы что, воюем? — я в ужасе подскочила. — С Делией? Император все же не стерпел оскорбления?!

Дед заразительно рассмеялся, а бабушка понимающе улыбнулась, глядя на меня, как на несмышленого ребенка. Я же окончательно перестала понимать, что здесь происходит. Крепости какие-то…

— Доротея, похоже, победа будет за мной!

После нескольких попыток напрячь свой уставший мозг до меня наконец дошло. Они делали ставки, удастся ли Маркусу меня охмурить! Моему возмущению не было предела.

— Вы вообще на чьей стороне?! — обиженно спросила я.

— Дело в том, что Эйдан считает, — бабушка сурово взглянула на супруга, — что ты даже у алтаря будешь упорствовать.

— У какого алтаря? — испуганно прошелестев, отодвинулась от Императрицы.

— А у какого-нибудь… — хитро прищурился дед.

Это что же получается? Они оба убеждены в том, что наш с ящером брак — дело времени?

Я не могла винить их за такие предположению, поскольку уже сама не понимала своих чувств. Было бы глупо отрицать мою очевидную симпатию к этому чешуйчатому зануде. И дело даже не в усилении связи после моего отравления, все началось еще в нашу первую встречу. В какой-то момент я даже думала, что мои последние ювелирные изделия были сделаны не просто так.

Таких совпадений просто не бывает!

— В любом случае, — бабушка взяла меня за руку, — после произошедшего я очень прошу тебя быть осмотрительнее. Мы попросили Шаардана стать твоим личным телохранителем, пока виновные не будут найдены и наказаны в соответствии с законом.

— Это как? — я вопросительно посмотрела на венценосную чету. — Он же генерал Императорской Гвардии…

— Не переживай, — дед потрепал меня по макушке, — мы уже всё обсудили. Его правая рука будет под нашим контролем, так что работа подразделения не пострадает.

Получалось, что мужчина будет всегда рядом со мной. Для моей безопасности это было очень хорошо, а для образовавшейся связи между нашими вторыми ипостасями…

Мне претила сама мысль об истинности. Во-первых, если умрет один, за ним последует и второй, что является полным абсурдом. Во-вторых, как я смогу определить, где мои чувства, а где магическая привязка? Даже Маркус не может точно сказать, что он ко мне чувствует, потому что он меня совсем не знает! Ему, в отличие от меня, жизнь просто не оставила выбора.