Чтение онлайн

– Я не думаю, что вам что-то угрожает, - заметил агинарриец.
– Ксаль-риумцы, как вы понимаете, воюют скорее султаном, нежели с Ивиром. Как только Ажади падет, они будут удовлетворены. Вероятно, его место займет ксаль-риумский ставленник, а удерживать его на троне будут ксаль-риумские же штыки. Ну и что? На вашем... бизнесе это не скажется, господин иль-Кедам. При любом правительстве можно делать дела, а ксаль-риумцы, безусловно, предпочтут сохранить мирные отношения с наиболее знатными и влиятельными людьми в Ивире.

– Мне бы тоже хотелось так думать, но...
– толстяк поморщился.
– Начать с того, что я лишился своих плантаций на Инчи. Мне принадлежало там много земель, а теперь они перешли к захватчикам. Сомневаюсь, что фиаррийцы откажутся от острова. Торговля смолой рабы приносила солидный доход, знаете ли.

– Но мне кажется, - сухо заметил Микава, - это не столько ваша проблема, сколько легранских банкиров. Вы же застраховали плантации еще год назад, особо упомянув в договоре о возможном военном вторжении.

Иль-Кедам раздраженно затянулся трубкой - он явно не ожидал, что агинарриец окажется так хорошо осведомлен о его делах.

– Да хоть бы я и ничего не потерял, - буркнул он, - все равно это становится опасно. Если ксаль-риумцы прознают о том, что я помогал вам осуществить акцию на Кехребаре... боюсь, им это очень не понравится.

Вот это был уже вполне прозрачный намек. Иль-Кедам решил, что настал удобный момент для шантажа недавних союзников.

– Вы хотите покинуть Ивир?
– осведомился Микава.

– Возможно, - подтвердил собеседник.
– Но в таком случае, как вы понимаете, мне хотелось бы получить компенсацию за то, что я теряю.

– Я уверен, это осуществимо, - ответил Микава.
– Но такие вещи решаю не я. Дайте мне некоторое время, господин иль-Кедам, и я... проконсультируюсь с нужными людьми.

– Хорошо, - ивирец склонил голову в знак согласия.
– Все же мне хотелось бы получить ответ скорее.

– Я сделаю все возможное, - сказал капитан.
– Время еще есть, но вы правы - тратить его напрасно было бы неразумно.

Палатиан. 6 день Лета.

Господин Одзен Тэраути, посол Великого Сегуната Агинарры и Джангара, был высоким, стройным мужчиной лет сорока. Его неподвижное лицо было гладко выбрито, а идеальная выправка сделала бы честь любому дворцовому гвардейцу. Тэраути больше напоминал военного, чем дипломата. В прошлом он и был армейским офицером, оставив военную службу после ранения, полученного во время кампании в Айнелине. С тех пор он воевал на другом поле, и все равно - это была именно война. Бескровная война, но на свой лад не менее жестокая.

– Прошу вас, господин посол, - любезно кивнул Тамрин, - присаживайтесь.

– Благодарю, Ваше Высочество, - Тэраути уселся в обитое черно-золотым шелком кресло.

Кронпринц принимал агинаррийского посла в малой гостиной. Тамрин сдержал мрачную улыбку, вспомнив о том, как несколько децим назад здесь же у него состоялся разговор с двоюродным братом и Магистром Нарисом Таланом, причем оба они говорили о возможности агрессии Сегуната против Тэй Анга, пока Империя будет занята войной с Ивиром. В тот момент Тамрин не придал их словам особенного значения, хотя и признавал, что рассуждения Дэвиана и Талана логичны. Но уже последующие дни подтвердили их правоту, а теперь то, о чем они рассуждали, произошло. Агинарра вторглась в Тэй Анг - вновь вторглась, поправил себя Тамрин. Это была уже третья их попытка. Первая закончилась Северной Войной, вторая - частичным успехом Сегуната. Один остров они смогли занять и удержать и вот, выждав три года, рискнули продолжить свое продвижение по архипелагу.

Доклады от ксаль-риумских агентов с архипелага были довольно противоречивы, и даже перехват и расшифровка агинаррийских радиопереговоров не позволяли сложить ясную картину происходящего. Но не вызывало сомнений, что войска Сегуната высадились на островах Тэй Дженг и Тэй Карн. Кто-то там даже встретил их с ликованием, как избавителей, другие, напротив, сопротивлялись до последнего вздоха, но остановить многочисленного, прекрасно вооруженного и обученного противника не могли. Некоторые из местных князьков уже объявили о готовности сотрудничать с Сегунатом и горячем желании войти в состав Северного Братства. Другие решили сопротивляться и отправляли своим покровителям на юг панические послания: просили оружие, денег, солдат. В Восточной Коалиции кипели страсти - газеты печатали обличительные статьи, парламенты, Советы и Конвенты спорили до хрипоты, спешно создавались экстренные комиссии, и посольства обменивались возмущенными нотами. Результат был предсказуемый, то есть - никакого.

В Ксаль-Риуме же... Проклятье, в Ксаль-Риуме, казалось, никто и не заметил, что произошло на северо-востоке. Но чему удивляться: для прайм-канселиора Темплена такое развитие событий не стало сюрпризом и соответствовало его планам, Император думает только о войне с Ивиром, а Генеральный Штаб еще не может прийти в себя после того, что случилось в порту Кехрабара. Гибель "Велизара Первого" и Магистра Гранта газетчики уже успели окрестить "Кехребарской катастрофой" и "Черным днем Императорского Флота". Несмотря на все усилия, скрыть истинные масштабы трагедии и количество жертв не удалось. Информация в прессу просочилась очень быстро; не исключено, что при посредничестве людей из агинаррийского посольства. В "Путеводной Звезде" появились даже фотографии взорванного "Велизара" - о да, кто-то очень постарался, чтобы привлечь к происходящему всеобщее внимание. И это удалось: по всей Империи прокатилась волна негодования. Гнев ксаль-риумцев пытались направить на ивирцев, но неудобные вопросы в адрес имперских властей звучали все чаще и громче. Особо усердствовал, само собой, Альгор Бернс. Лидер Трудовой партии громогласно вещал со страниц "Путеводной Звезды" о том, как власти Империи проигнорировали его предупреждения. И многие, слишком многие, читали и слушали.

" Интересно,– задумался принц, глядя на посла.
– Бернс тоже связан с Агинаррой? Не платит ли и ему Сегунат, стремясь дестабилизировать обстановку внутри Империи? Возможно, но едва ли доказуемо..."

– Ваше Высочество кронпринц, приглашение от вас - большая честь, - сказал агинарриец.
– Чем я могу быть полезен?

Одзен Тэраути был, как всегда, собран, подтянут, безупречно одет, вежлив и невозмутим. Глядя ему в глаза, Тамрин подавил желание сжать руку в кулак. Он должен быть безупречен, как сам агинарриец, но сдерживать себя было трудно.

– Я уверен, посол - вы догадываетесь, о чем я хочу говорить с вами, - произнес принц.

– Ваше Высочество, у нас много общих тем для разговора, - заявил Тэраути.
– Не секрет, что между нашими народами уже долгое время существует напряженность и недопонимание, и на моей родине это огрочает и тревожит как Сегуна, так и лидеров Ассамблеи. Наша главная цель - преодолеть разногласия и добиться сближения Севера с государствами Юга, а в первую очередь, разумеется, с Ксаль-Риумской Империей.

" О да, к сближению вы стремитесь, - подумал Тамрин.
– И добиваетесь его в самом буквальном смысле слова: глотаете остров за островом, с каждым годом приближаясь к нашим границам".

– Я рад это слышать, посол, - сухо сказал принц.
– Но еще больше я был бы рад увидеть, что ваши слова подтверждаются делами.

Одзен Тэраути изобразил недоумение, да так мастерски, что Тамрин на мгновение едва не поверил. Н-да, в агинррийце пропадает отличный актер.