Феникс в полете (Империя тысячи солнц - 1)
Шрифт:
В воздухе витал аромат сандала и воска. Время от времени ниоткуда, словно из пустоты, доносился негромкий, мягкий звук, каждый раз нового тембра и звучания: то он напоминал далекие колокола, то приглушенные людские голоса, но каждый раз это добавляло помещению еще немного покоя и ощущения многовековой древности.
Эсабиан постоял немного перед бюстом Джаспара I, основателя династии в его лице он безошибочно узнал черты своего побежденного врага. Потом он медленно двинулся по коридору, задерживаясь на пару секунд перед каждым бюстом и вглядываясь в лица. Все те же черты виднелись в каждом из следующих лиц - где-то сильнее, где-то слабее.
Стиль изваяний менялся по мере его продвижения по коридору от сухого академизма к избыточному украшательству и дальше, к манерной вычурности. Затем стиль вдруг снова становился почти классическим, но вобравшим в себя некоторые приемы предшествующих эпох. Глаза панархов и кириархей, казалось, следили за его продвижением, не позволяя ему забыть взгляд Геласаара Аркада.
Миновав примерно треть коридора, Эсабиан вдруг остановился, ощущая разгорающийся в нем гнев. Один из бюстов явно подвергся нападению вандалов: лицо обезобразили рваные выбоины, имя с постамента сбито. Несомненно, это было делом рук кого-то из этих бездарей-рифтеров, которых он же и нанял.
"Надо приказать, чтобы охрану распяли за недосмотр. А если обнаружат этого вандала..."
Мысль умерла, не оформившись до конца, когда до него дошло, что перед бюстом не видно ни осколков, ни каменной пыли. Он наклонился к бюсту и увидел, что иззубренные сколы на обезображенном лице смягчены временем и на них лежит слабый налет патины, словно от касания бесчисленного множества рук. Только теперь он вспомнил.
Лишенный лица.
Легкий холодок пробежал по его спине, и он отступил на шаг.
Место этого человека в истории навсегда забыто.
Вдруг он понял, что такого наказания не снилось даже ему, что такого возмездия не найти ни в одном из известных палиахов за всю долгую и кровавую историю Должара.
Они сделали так, словно он никогда не существовал.
Жуткая судьба этого давным-давно умершего Аркада, о которой напомнило изувеченное изваяние, лишила его покоя. Лишний раз напомнила ему, что в свергнутой им династии есть что-то такое, что он проглядел, начиная свой палиах.
Его привлекло движение позади, у входа в галерею, Он повернулся и увидел Барродаха, стоявшего в дверях с двумя другими мужчинами. Он жестом подозвал их к себе.
Когда бори приблизился, Эсабиан заметил, что тот держит в руках маленький серебристый предмет. Было что-то странное в том, как он его держит, и сердце Аватара подпрыгнуло в свирепой надежде. Сердце Хроноса!
Барродах остановился перед ним, и Эсабиан протянул руку за ключом от его царства.
Барродах в замешательстве смотрел на Эсабиана, пока его не осенила ужасная догадка.
"Он думает, что это Сердце Хроноса!
– Не размышляя, он отдернул руку.
– И ему известно о Сердце Хроноса не больше, чем мне. В самом деле, почему бы ему не заглотить мой палец? Он ведь не колеблясь прикажет отсечь мне палец!"
К счастью, поблизости не было видно ни одного тарканца; он почти ощущал, как зазубренный жу'летт, который полагалось носить каждому гвардейцу, по приказу Аватара врезается в его плоть.
Лицо Эсабиана потемнело, морщины в углах рта углубились.
– Дай его мне!
Рука Барродаха непроизвольно дернулась вперед - сработали двадцать лет повиновения. Эсабиан схватил шар и потянул, потом начал крутить. Барродах ахнул и едва не упал на колени.
– Господин, молю вас...
– Он перекосился набок, глядя на Эсабиана, который едва не вывихнул его палец.
– Это не Сердце Хроноса!
Аватар пристально посмотрел на шар, потом отпустил его.
– Тогда зачем ты явился ко мне с этим? Барродах густо покраснел:
– Оно засосало мой палец, и никто не знает, как его снять.
Он услышал сбоку хихиканье, но не осмелился повернуться, чтобы унять Таллиса взглядом, Эсабиан посмотрел мимо него.
– Возможно, ты можешь объяснить это? Таллис выступил вперед и низко поклонился.
– Милорд, это дизонианский мастурбатор.
– Эсабиан непонимающе нахмурился, и Таллис пустился в дальнейшее объяснение: - Это такое приспособление для мужского самоудовлетворения с Дизона. Оно было среди артефактов, которые мы забрали в усадьбе гностора.
Аватар фыркнул и снова повернулся к Барродаху:
– И ты не знаешь, как снять его?
– Барродах поднял взгляд на его лицо, и желудок его сжался от странного огонька в глазах Эсабиана.
– Я надеюсь, это не мешает тебе в исполнении своих обязанностей?
"Он все равно намерен отсечь его!"
– Нет, Господин!
– взмолился он.
– От него нет никакого вреда! Я надеюсь, найдется кто-нибудь, кто сможет от...
– Он осекся, проговорившись.
– Кто знает, как снять его.
– Он покрутил немного шар, как делал всю дорогу с борта "Когтя Дьявола".
– На вашем месте я бы этого не делал. Все разом повернулись к Омилову - тот опустил взгляд, но лицо его оставалось мрачным.
– Вы можете включить его активный режим.
– Что ты хочешь этим сказать?
– взвыл Барродах.
– Если вы включите активный режим, эта штука попытается вызвать у вас оргазм. Поскольку вы по собственной неосторожности надели его на палец, а не на что-то другое, боюсь, это будет невозможно.
В серьезном тоне гностора проглядывали искорки иронии, что почему-то было еще хуже, чем открытый смех.
Краем глаза Барродах заметил, как изогнулись губы Эсабиана.
"Он забавляется этим!"
– Как бы то ни было, - продолжал Омилов, - этот прибор спроектирован так, что будет продолжать попытки до тех пор, пока не добьется успеха.
– Он сделал паузу.
– Право, не знаю, что случится с вашим пальцем в этом случае.
– Ты должен знать, как он снимается!
– в отчаянии произнес Барродах.
– Как я уже объяснил вам во время полета, боюсь, что леди Омилов не посвятила меня в подобные детали управления механизмом.