Чтение онлайн

– Вот черт!
– раздраженно воскликнул Локри, и Ивард хихикнул.

Грейвинг все это показалось каким-то надругательством, и она отвернулась. Горечь её усилилась от того, что в смехе Иварда ей послышался тот самый цинизм, которому она сама учила его - для самообороны. Это никогда не было в его духе.

Внимание её привлек маленький серебряный предмет на матово-черном фоне - прямо у её плеча. При ближайшем рассмотрении это оказался округлый медальон с выгравированной на нем раскинувшей широкие крылья птицей. Гравировка где-то стерлась, а где-то потемнела, но даже так в парящей птице ощущались своеобразные мощь и величие. По периметру медальона шла надпись совершенно незнакомыми округлыми буквами.

Она нагнулась прочитать табличку, и по всем нервам её пробежала искра возбуждения, когда она увидела слова: "...с Утерянной Земли".

Не обращая внимания на боль в раненом плече, она подняла руку и сняла медальон со стенда. Тяжелый металл холодил руку. Серебряная птица Грейвинг. С Утерянной Земли.

Ее пальцы сомкнулись на медальоне, потом она обернулась посмотреть на остальных. Многие стенды уже опустели. Ивард с Локри сновали взад-вперед вдоль противоположной стены; Монтроз не спеша прохаживался между стендами, тщательно выбирая.

Эйя стояли на месте и, задрав головы под таким неестественным углом, что Грейвинг показалось, будто это у нее заболела шея, смотрели на люстру. Потом они разом издали странный, высокий до боли в зубах звук.

Поэзия? Музыка? Может, Вийя знает, что это такое. Грейвинг поискала её взглядом - она медленно переходила от предмета к предмету, больше разглядывая, чем собирая.

Крисарха, похоже, его собственный зал не интересовал ни капельки. Он сидел на нижней ступени лестницы, задумчиво облокотившись на колени.

Повинуясь неожиданному импульсу, она подошла к нему. Когда она приблизилась, он поднял на нее вопросительный взгляд.

– Почему вы ничего не берете?
– спросила она.
– Или вам надоели все эти штуки?

Брендон посмотрел на Иварда и Локри и снова опустил взгляд - так быстро, что она поняла: ему это тоже кажется грубым насилием. Почему-то это привело её мысли в замешательство.

– Искусство принадлежит гражданам Панархии, - ответил он наконец.
– Не мне.

– Мы не граждане, - сухо возразила она.
– Мы рифтеры.

– Вы были гражданами. И потом, это ничего уже не меняет...
– Он помолчал и пожал плечами, потом криво улыбнулся.
– Лучше пусть это достанется вам, чем должарианцы используют это в качестве мишеней для стрельбы.

– Если бы Маркхем был еще жив, - спросила она неожиданно для самой себя, - а Хрим не напал бы... Чего бы вы просили у него?

Глаза Брендона удивленно расширились. На этот раз он дольше колебался, прежде чем ответить. Это молчание нервировало Грейвинг сильнее, чем она могла бы ожидать: его ответ был ей очень важен, хотя она не смогла бы сказать почему. И хотя она скорее умерла бы, чем поклонилась ему или выказала какие-нибудь другие почести из тех, что знала по видео, этот человек казался ей такой же частью огромного дворца и всей этой красоты... или этот дворец был частью этого человека. Она обращалась к нему как к равному, ибо много лет назад дала себе такой зарок, и все же она ощущала огромную пропасть между этим Крисархом из Дулу, которого растили для того, чтобы властвовать, среди всей этой красоты и богатства, и лишенной имени рифтершей, которая и брата-то своего могла защитить лишь с трудом.

Но он ответил.

– Я попросил бы его присоединиться ко мне в одной спасательной операции, - сказал он.
– В набеге на крепость моего старшего брата на Нарбоне. Освободить певицу, которую он держал в плену, чтобы добиться уступчивости моего второго брата.

Грейвинг резко выдохнула:

– Так вы верите в справедливость?

– Поэтому я и бежал, - ответил он так тихо, что она едва услышала.

– Так все это не оттого, что вам, чистеньким, все равно, а просто вы ничего не знаете?
– спросила она.
– Я правильно поняла? Вы не знаете ни про шахты Натцу Четыре, ни про то, как нас покупают, пока мы еще малы и не понимаем ничего, как нас гноят в шахтах?

Брендон сжал губы.

– Согласно Пакту Анархии...

– Я знаю. Но вы бы исправили это, если бы могли, верно? Маркхем постарался бы, - продолжала она, говоря торопливее, чем когда-либо за всю свою жизнь.
– Он и пытался...
– Она замолчала и судорожно сглотнула.
– И погиб за это.

– Обещаю, Грейвинг. Если я смогу, я сделаю это.
– Он поднял правую руку.

Взгляд её снова затуманился, и она усилием воли заставила себя успокоиться.

– Ты не знаешь, что это там делают эйя?
– спросил Крисарх другим, легким тоном, глядя на маленькие белые фигурки. Она поняла, что он нарочно сменил тему, давая ей прийти в себя, и ощутила благодарность к нему, хотя и не выказала ее.
– От этого их звука хрусталь может разлететься, усмехнулся он.

– Должно быть, Вийя знает, - по возможности спокойно ответила она.

– Пошли спросим.
– Он поднялся со ступеньки, приглашающе улыбнувшись ей. Она дернула здоровым плечом.

– Почему вы разрешаете грабить ваши ценности? Или у вас припрятано что-нибудь подороже? Он слегка поморщился:

– Так уж меня, пожалуй, воспитали: взять это я, конечно, мог бы, но вот продать - никогда. И что бы я делал с ящиком бесценных сокровищ? Похоже, у меня и дома-то сейчас свободного нет.

Она почувствовала, что невольно улыбается его словам. Кажется, она справилась со своими чувствами.

– Вот я и размышлял, как бы мне подбить дворцовый компьютер перевести на меня побольше денег из тех, что новые его жильцы считают своими.

Она рассмеялась.

– Посмотрим, что мне удастся придумать, когда мы выйдем отсюда.

Они подошли к Вийе, и Брендон махнул рукой в сторону эйя.

– Что они делают под люстрой?

– Они выражают восхищение её красотой, используя для этого что-то вроде пения.
– Капитан бросила короткий взгляд в их сторону.
– Они почти не пользуются речью, только в моменты сильного стресса.

– Вы понимаете, что они говорят или о чем поют?

– Да, напрямую из их сознания. Он кивнул.

– Но вы же не телепат, а только темпат.

Капитан смерила Брендона оценивающим взглядом,

– С ними все немного по-другому, - ответила она.

Должно быть, Брендон, как и Грейвинг, понял, что никакой другой информации об отношениях с эйя он от Вийи не добьется. Крисарх кивнул на остальных, деловито отбирающих сокровища.

– Похоже, вас не очень-то интересует все это "налетай - подешевело!", - заметил он, глядя на Иварда, пытавшегося снять что-то, накрепко приделанное к стене.

Вийя едва заметно пожала плечами.

– Как капитан я и так получаю пятьдесят процентов всего, что они наберут.
– Она едва заметно улыбнулась.
– Повидав небольшую часть вашего дома, я больше не беспокоюсь насчет оплаты ремонта "Телварны", так что могу просто любоваться в свое удовольствие.

Они медленно продвигались по залу и остановились как раз у пьедестала, на котором поблескивало что-то в льющемся сверху мягком свете. Это была цепочка из крупных - пожалуй, слишком крупных, чтобы надевать её на шею, серебряных звеньев, потемневших от времени. К пей крепился большой овальный камень в простой оправе. Неограненный камень имел цвет хмурых утренних облаков.