Феникс, восстающий из пепла
Шрифт:
Гул на площади нарастал, собравшиеся воспринимали его уже как какое-то развлечение. Мол, пришли, посмотрели, повеселились, пора и делом заняться. Они специально кривляли речь в пародии на деревенский манер (да что уж говорить: так уже не говорили даже в самых отдаленных уголках странны). Конечно, он же не горожанин, и ему на это лишний раз прямо указали! Венджер почувствовал, как его захлестывает глухая злоба пополам с бессилием. Добил взгляд мужика, влезшего первым с комментариями. Этакий, насмешливый, понимающий. Да, что ты, Балрог, понимаешь?!
Захлестнула ненависть - тяжелая, душная. Глаза заволокла кровавая пелена, за спиной глухо рыкнул Крейг. Юноша поднял налитые бешенством глаза и чуть разжал кулаки. Скорчившийся у его ног мужчина смог чуть разогнуться и перевести дыхание. Площадь притихла, придавленная гневом мага.
– Я сказал, вы подчинитесь мне, - процедил юноша.
– До ваших мелких делишек мне дела нет. На первый раз я прощаю вас. Но бойтесь вызвать мой гнев повторно.
Он ухватился за основание крыла и тяжело поднялся по подставленной драконом лапе. Крейг взвился вверх одним могучим прыжком и, набрав высоту, быстро скрылся из вида.
Так все и шло: ни шатко, ни валко. Отряды нежити мчались от поселения к поселению, устанавливая власть мага, а Нарванна... Нарванна недоумевала. Сил катастрофически не хватало. Держать под каким-либо контролем удавалось пока только северо-запад, не самые населенные, надо признать, места.
В каком-то порыве юный маг отправил гонцов к гномам - мириться. Гномы посольство приняли. В сам Каукортаг, понятное дело, не пустили, но к парадным воротам вышел сам король Тродгар. Молча, выслушал короткую речь упыря, а потом с размаху снес секирой голову послу. Его телохранители положили остальную нежить, хорошо хоть из нового пополнения. Уцелел только один упырь - его отпустили отчитаться перед хозяином. Венджер рвал и метал, но поделать ничего не мог - твердыня Каукортага была самой неприступной в Нарванне. Впрочем, подгадить северным соседям юноше удалось - как-никак гномы были сильно связаны с людьми. Подземные пещеры мало годились для земледелия и животноводства, а кушать и гномам охота. Так что, теперь вдоль предгорий на севере бродили группы нежити, отпущенной на свободную охоту.
На юге тоже все было не сильно гладко. В лесах все чаще встречались оборотни. Одиночки не были пока сильно опасны, но сбившиеся в стаю представляли собой серьезную угрозу.
В столице окопались маги. Нет, они не являлись серьезной помехой для Венджера, по крайней мере, один на один. Вот только магов оказалось достаточно много, Старград был обнесен хоть и невысокой, но стеной, а горожане оставаться в стороне не собирались.
Нарванна сопротивлялась.
Больше всего Венджера раздражал тот факт, что хотя он и обзавелся собственным замком, до величественного дворца ему было еще ох как далеко. Когда он вспоминал величественный и прекрасный эльфийский дворец, изысканных дам и кавалеров, богатые наряды, затейливые кушанья, блистательные балы, ему хотелось выть от безысходности, настолько все это было сейчас недоступно. Он даже слуг в свое поместье набрать не мог! Обычные деревенские люди мало того, что были далеки от придворного этикета, - они еще и рассматривались упырями как законная закуска. Абсолютно случайно Венджер узнал, что в стенах его замка бесследно сгинули двое случайных путников, да пяток просителей из окрестных поселений. Больше просить никто не приходил.
И все-таки дело двигалось. Неустанно рыскали по стране упыри. Находились люди, то жадные, то трусливые, которые согласны были с ним сотрудничать. Удалось умыкнуть из дальнего поселения нескольких женщин в возрасте. По крайней мере, было теперь, кому за порядком следить, да еду готовить.
Под конвоем нежити прибыли первые обозы с данью. В Окопышах и Приструйнице, когда юноша появлялся с какими-либо заказами, его величали не иначе, чем "господином". Давно был отправлен небольшой отряд под командованием самых доверенных тварей - Венджер не забыл своих слов. Нежить, призванная им, вполне контролировала нежить местную, порожденную. Собиралась, хоть и потихоньку, армия, подавлялось сопротивление.
Занималась новая заря - заря его эры.
ЧАСТЬ 2. Неправильный феникс
Жизни закон: за падением - взлет.
Если готова, шаг делай вперед.
Сомненья, тревоги, обиды твои
Могут тебя не туда завести.
Права на ошибки признай за собой,
И беды все выльются горькой водой.
Не снег заметает дорогу твою -
Пепел шуршит и кружит на ветру.
Дай ветру искру в пепле разжечь,
Себя отпусти, чтоб мир в танце увлечь.
В сердце твоем пусть надежда живет,
И феникс поднимется в новый полет.
Глава 1. Шаг в никуда
Просчитывать последствие для среднестатического человека не свойственно.
Юнона.
Та-та-та-та-там! Та-та-та-там!
Мелодия, играющая в мобильном телефоне, раздражала своей навязчивостью похлесче банальных гудков.
– Ну, возьми же трубку! Возьми!
– Прошипела девочка.
День не задался с самого утра. Впрочем, неудивительно: каникулы начались позавчера, нагрузка еще не успела забыться, а свободного времени сейчас было много. Слишком много, чтобы чувствовать себя по-настоящему счастливой.
Она не любила лето.
Та-та-та-та-там! Та-та-та-там!
– Ноночка, ты чего звонишь?
– Голос любимой подруги в трубке звучал как-то излишне удивленно. Наигранно.
И, правда: по какому же вопросу можно звонить подружке-однокласснице погожим летним днем сразу после обеда?
– Ты что делаешь? Пойдем гулять?
– Ой, - невидимая собеседница как-то осеклась.
– А я уже.
– Ну, так я с вами, - неловко предложила девочка.
– В чем проблема?
– Я уже с Оксаной и Дашей договорилась. Ты позвонила, я почти на пороге стою. Давай потом потреплемся.
– Сбор на площадке? Я сейчас тоже приду.
– Нона!
– Вера, я не собираюсь цапаться с Оксаной. Я даже клятвенно обещаю не обращать внимание на ее бесконечные понты. Ладно, целую, сейчас буду!
Ту-ту-ту.
Майка - джинсы - прыг - кроссовка - прыг - другая. Наскоро захлопнув дверь в квартиру, девочка неслась по лестнице, перепрыгивая через две-три ступеньки разом.
Быстрее, быстрее! Если она опоздает, с девчонок станется уйти, не дожидаясь ее. Более того, это именно это они и сделают с большим удовольствием.
Даша, Оксана, Вера. Странная компания подобралась сегодня. И самое непонятное, что соединяла их всех в первую очередь Юнона. А потом уже один класс, одна школа, один район. Каждую из них с Юноной в свое время связывала крепкая дружба. Ну, во всяком случае, на первый взгляд.
С Дашкой они были неразлей вода в началке - всюду ходили вместе, вместе играли, вместе учились. Детство кончилось, вместе с ним куда-то пропала и дружба. Постепенно, незаметно и обыденно.
Оксану Юнона до сих пор вспоминала с неприязнью. Та попала в класс позже и была некрасивой, яркой, самоуверенной и умной девчонкой. Она умела и любила привлекать внимание, изо всех сил эпатируя манерой держать себя. Беда оказалась в том, что Юнона оказалась не глупее, и на мордочку симпатичней, а Оксана привыкла всегда лидировать. С Дарьей, как ни странно, она ужилась впоследствии не в пример лучше.
Было и было, и никогда в жизни Юнона не стала набиваться к ним в компанию, да еще так откровенно, если б не одна-единственная причина.
Вера. Добрая, умная, живая, веселая, отзывчивая, надежная. Ее Вера. И уступать ее им она не собиралась.
Девчонки стояли на школьной спортплощадке. Юнона помедлила, но все-таки подошла к ним. Укромных мест здесь нет, а выжидая в стороне, она рискует пропустить Веру.
– Нонка, какими судьбами?
– Демонстративно удивилась Оксана.