Чтение онлайн

– Значит, мне повезло, что я с ними не встретилась. И я не говорила, что я родом из этих мест.

Юноши снова открыли рты, явно собираясь задать очередной провокационный вопрос, но девочка, мотнув головой, резко остановилась.

– Так, парни, давайте прямо. Мне нужно в столицу. "Дядя" просил вас проводить меня, но если я не устраиваю вас в качестве попутчицы, скажите прямо, и наши пути разойдутся здесь и сейчас!

– Ладно, не ершись, - примиряюще улыбнулся Яр.
– Никто тебя посреди леса не бросит.

– Вы сами откуда-то в этих крайне безлюдных местах взялись?
– Ядовито спросила Юни.

– Так в Сосновке ведьма живет. Сильная. Ходили к ней оружие заговаривать, - Яр словно невзначай опустил ладонь на рукоять, торчащую из коротких ножен.
– Безоружным в лесу делать нечего, здесь не столько посланцы Венджера разгуливают, сколько своя, местная, нечисть шалит.

– А после последних дождей Соснянка разлилась и низину подтопило. Пришлось делать крюк, обходя болото, - добавил Жан.

Юни покивала, демонстрируя, что теперь-то ей все понятно. Про себя пожалела только, что Бланка не раздобыла ей карту. А то, заплутать во всех этих Соснявках можно на раз-два.

Дорога мерно ложилась под ноги, пейзаж вокруг был оптимистично зеленым - сосны сменялись дубами, дубы - березами, березы - еще чем-то, полянки переходили в бурелом, заросли превращались в овражки. Впрочем, окрестности казались живописными только в течение первого часа. Потом мешок за плечами начал наливаться тяжестью, а ноги гудеть.

Ушедшие вперед парни иногда переговаривались вполголоса о чем-то своем. Перешептывания периодически прерывались взрывами смеха, после которых опять воцарялась тишина. Юни в разговор не встревала, да и не о чем особо было говорить.

За весь день сделали всего две коротких остановки для сухого перекуса, поэтому, когда под лесным покровом сгустились сумерки, тропа стала сложно различима, и Яр объявил привал, Юнона была готова упасть прямо на землю. Однако пришлось сходить с дорожки и пробираться сквозь заросли каких-то кустов с узкими острыми листьями, чтобы выбраться на пригодную для ночевки полянку.

– Юни, готовка на тебе!
– Жизнерадостно заявил Жан, пропадая в кустах.

Девочка уставилась на сваленные мешки и со вздохом полезла их потрошить. К тому моменту, как парни принесли первую охапку сушняка, она успела на весу криво покромсать хлеб и теперь пилила солонину на бутерброды. Яр ловко развел костер и снова скрылся в подлеске. Юни вытащила из своей торбы котелок, наполнила его водой из запасной фляги и поставила кипятить. Вместо чая на выбор были пакетики без единого опознавательного взгляда. Впрочем, выбранный наугад травяной сбор заварился мгновенно, и в воздухе поплыл теплый мятный аромат.

– Тю, я думал, ты кашу сваришь!
– Яр недоуменно уставился на предложенный ужин. Жан одним махом откусил половину своего ломтя.

– Кому надо, тот пусть и варит, - устало огрызнулась девочка.
– Вон котелок, вон каша.

– Хоть не слабительное в чай вылила?
– Попытался подколоть ее Жан.

– Не волнуйся, ты в любом случае об этом узнаешь первым.

Свой бутерброд она дожевала без аппетита. Горячий настой с одной стороны согрел, а с другой - в сон потянуло со страшной силой. Поэтому выплеснув осадок в траву, девочка вытащила сложенный плащ и легла, завернувшись в него и положив куртку под голову.

– Кстати, дежурить в какой последовательности будем?

– Зачем дежурить?
– Недоуменно повернулся к Юноне Яр.

– Ну, мало ли, может тут нежить бродит.

– Я обережку повешу, - успокоил девочку Жан.

Юни с сомнением посмотрела, как парень вешает на ветку над костром небольшой шарик на нитке. По периметру обережки шли два узких, спирально закрученных крылышка, и из-за них шарик начал крутиться и плясать в поднимающемся от огня теплом воздухе.

Как подобная финтифлюшка может защитить от опасности, Юни предпочла не спрашивать. Парадокс, но стоило ей положить голову, как сон куда-то улетучился. Парни, сидя у костра, вполголоса болтали, слов слышно не было, но шум отвлекал.

И как никогда раньше не хватало за спиной надежного теплого бока Вервульфа.

Спала Юни вполглаза, периодически просыпаясь и настороженно подскакивая. Костер прогорел, ночи в лесу были прохладные, и плащ не спасал. Кто-то из парней заливисто похрапывал. В итоге, сморило девочку уже, когда небо на востоке посерело.

Утро ворвалось в сновидения Юноны, оставляя обрывки синего тумана и тающий силуэт высокой белой башни. Вроде бы девочка пыталась ее достичь, но с каждым шагом башня отдалялась. Юни уже бежала изо всех сил, но словно перебирала ногами на месте.

Сумбур в голове не способствовал хорошему настроению. Хмурую Юнону раскрутили все-таки на кашу, которую она не доварила и одновременно пересолила. Поковырявшись в своей тарелке, она решительно встала - к северу от тропы через ряд небольших запруд пробегал ручеек. Ей сразу же сгрузили всю грязную посуду и опустевшие фляги. Пока девочка умылась, пока отодрала в холодной воде присохшие тарелки и котелок, пока набрала в узкие горлышки воды без песка...

В путь они тронулись, когда солнце уже стояло достаточно высоко.

Припасы подошли к концу на третье утро, и тогда же впереди показалось поселение. Вначале лесная тропка стала шире, затем лес постепенно остался позади, и по бокам дороги появились возделанные поля. А еще через час путники вошли в деревню.

Название населенного пункта Юнона забыла мгновенно - то ли Дубки, то ли Дубрава. А вот идя по улице, ей пришлось прилагать усилия, чтоб не слишком сильно вертеть головой. Дома нарваннцев были в большинстве своем сложены из крупных, обструганных, темно-медовых бревен, однако на центральной площади стояли приземистые строения из серого камня - таверна, общинный дом и гостевой дом. Таверна имела деревянную надстройку над первым, каменным, этажом, а вот остальные постройки стелились по земле. Жилые же дома редко имели меньше двух этажей под остроконечной двускатной крышей. Окаймленные зеленью фасады выходили на центральную улицу, а служебные постройки скрывались во внутренних двориках.

В целом же было очень чистенько и нарядно, между домами не бродили сельскохозяйственные животные, а по улице плыл запах сладкой сдобы.

Жан без промедления направился к местному старосте, Яр понес вещи в корчму, а Юни задержалась на улице. Редкие прохожие рассматривали ее с любопытством, но разговор затевать не спешили.

Поэтому, когда над ухом раздался голос, она чуть не подскочила.

– Неужели наш общий знакомый наконец-то соизволил выпустить тебя из-под крылышка?