Чтение онлайн

Они.

Аврора и Джулия.

Я внезапно оторвал от него свои руки, позволяя ему сделать глоток воздуха.

Он смотрел на Аврору, когда она была совсем ребёнком. О чём он думал? Он хотел дотронуться до неё? Загнать в угол, пока никто не видел? Делать с ней вещи, о которых на тот момент она ещё не знала? Поставить её на колени?

Я зарычал от собственных мыслей, наполняющих мою голову, а затем мои большие пальцы впились в глаза ублюдка, лежащего подо мной, и вогнали их внутрь. Потоки крови брызнули в мою сторону.

Моё сердце пропустило удар.

Мужчина закричал, но его крик был не таким пронзительно громким, как он думал. У него не было сил и поэтому звуки, вырывающиеся из его рта, были хриплыми. Я даже не затыкал ему рот. Пусть вдоволь накричится.

Я не думал о том, как буду прятать его тело, как мне придётся вытаскивать его из здания, полностью наполненного людьми. Моя голова была забита картинками о том, как он смотрит на маленькую белокурую девочку, насколько грязными были его мысли, когда она приезжала в его дом и оставалась незащищенной в нём.

В мои лёгкие тяжело поступал воздух, как будто я душил самого себя, а сердце было готово выпрыгнуть из груди, но я знал, почему делал это, хотя никогда не должен был.

Потому что Аврора должна быть под моей защитой.

Потому что… моё сердце решает принадлежать ей.

Глава 12

Оставив машину чуть ли не у самого входа в клуб, не боясь быть пойманной, я прямиком направилась внутрь.

Последние дни весь город шумел о предстоящем бое и о возвращении Феникса. Первый открытый бой Доминика после долгого отсутствия.

Люди скучали по нему. Я слышала их возгласы, даже стоя на улице, а когда зашла в здание, всё вокруг окутали крики, вой и свист публики. Я прошла через тёмные коридоры и мигом оказалась у распахнутой двери в зал, в котором Доминик дрался исключительно для жителей Сакраменто.

В помещении был выключен свет, и яркие белые огни прожекторов были направлены на ринг. Здесь полно людей. Я бы не смогла протиснуться поближе, чтобы посмотреть на бой, даже если бы была привидением. Остановившись у входа, я пыталась рассмотреть Доминика, который уничтожал своего противника на ринге.

Я не понимала, зачем приехала сюда. Он ясно дал понять, что мне не стоило лезть туда, где был он, и что совсем скоро я поплачусь за это, но мне было, мягко говоря, всё равно.

Раньше я не была такой. Я тряслась, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания или чтобы не навлечь на себя очередную беду. А сейчас приезжала посмотреть на человека, который видеть меня не хотел, не боясь, что кто-то узнает об этом, и что может ждать меня дома после этого.

Я потеряла последнее желание жить, когда Доминик оставил меня. Страх остаться ни с чем стёрся из спектра чувств, потому что мне уже было нечего терять.

Так что это было моим последним глотком воздуха перед удушением, и я хотела хорошенько прочувствовать его.

Я не знала, что готовил для меня Доминик, но он точно не собирался жениться на мне. Он ждал, когда все претенденты на мою руку разбегутся, ждал, когда я доверюсь ему и когда не захочу никого другого, и у него получилось, так что теперь я ждала его решающего удара по себе.

Я просто хотела знать, насколько страшным окажется волк под его овечьей шкурой.

Все думают, что знают его настоящего, хотя даже представить себе не могут, что на самом деле скрывается за вечной улыбкой Доминика Де Сантиса. Женщины молят его хотя бы мельком взглянуть на них, а мужчины считают его недостойным того, что у него есть, но только потому, что в тайне они знают, кого именно воспитал Ксавьер Де Сантис. Они чувствуют конкуренцию, зная, что за ним пойдут толпы, если он прикажет, и это нервирует их.

Он вытесняет всех вокруг, и поэтому все хотят стать им.

Я встала на носочки, чтобы лучше видеть бой, потому что кто—то очень высокий передо мной закрывал весь обзор.

– Мы дерёмся голыми руками, – тихо пробормотала девушка, стоящая рядом с мужчиной, загораживающим мне вид, пародируя чей-то голос. – Перчатки снижают силу удара на тридцать процентов, – теперь её голос изменился, и я точно поняла, кого она имитировала.

Доминик. Его низкий тембр был неповторим, но у девушки хорошо получалось.

– Это показательные бои, – объяснил мужчина. – Если Доминик начнёт драться без перчаток, люди мигом разбегутся и вызовут полицию.

Это была правда. Доминик дрался безжалостно, особенно когда делал это вне ринга. Я наблюдала за этим всего лишь раз пару дней назад, когда он чуть не убил тех мужчин у ночного клуба, но мне хватило, чтобы понять, что мне не стоило злить его.

Девушка повернулась, чтобы посмотреть на мужчину, и я узнала Каю в её лице. Вероятно, из-за шепота я не узнала её голоса.

– Просто признайся, – попросила она. – Вы хотели показаться альфа-самцами передо мной.

Мужчина рядом с ней не посмотрел на неё, но его рука медленно скользнула с её талии к ягодице, и он слегка шлепнул по ней.

– У нас не вышло? Может нам стоит поехать домой, Миссис Нери…

Из меня вырвался смешок, и я прикрыла рот рукой, став свидетельницей их игр, но Кристиан резко обернулся в мою сторону, застав меня врасплох, а за ним и Кая.

– Простите, – сразу же прощебетала я. – Я ничего не слышала.

– Но видела, – улыбнулась мне девушка, убирая руку мужа с себя.

– Я… – я замялась, не зная, как оправдать себя.

Кристиан с Каей переглянулись, широко улыбаясь, а затем мужчина повернулся боком, приглашая меня занять его место.

– Давай же, – девушка махнула рукой, чтобы я перестала думать, и шагнула вперед, меняясь местами с мужчиной.

– Спасибо, – поблагодарила его я, на секунду повернувшись назад, и получила кивок, после которого он вернул свой взгляд на ринг.

Я встала рукой об руку к Кае, и мы принялись смотреть.

Доминик прыгал из стороны в сторону, подстёгивая своего противника, а затем бросился в его сторону и нанёс ему комбинированную серию ударов. Мужчина согнулся, пытаясь укрыться, но Доминика это не остановило. Он «выстрелил» в него апперкотом и только тогда позволил ему немного отдохнуть, отходя на безопасное расстояние.

Доминик делал шоу. Он бы мог нанести ещё несколько ударов, и бой был бы выигран им, но он дал сопернику шанс, который как мы все уже заранее знали, только продолжал его мучения. Феникс никогда не проигрывал.