Чтение онлайн

Позади послышались крики и громкий топот: это те придурки, что топтались у лестницы, прибежали на звуки выстрелов. Однако Егора они не увидели, потому что он успел зайти за выступ стены, прижимаясь спиной к холодному, гладкому мрамору. Любитель оральных ласок зашкерился за диванчиком, а тот, кто был сверху, схватил девчонку и приставил нож к её горлу, вдавливая острое лезвие в нежную, беззащитную кожу.

— Валерик? — раздалось со стороны лестницы. — Чё тут за хер…

Не успел договорить один из тройки, как Егор высунулся из-за угла и короткой, точной очередью расстрелял их всех. Безоружные люди - лёгкая мишень, а пьяные да ещё и обдолбанные солевые безоружные люди - это вообще нубятина какая-то, даже целиться толком не надо, руку в их сторону направил и готово.

— Бросай пушку! — заорал Валера, ещё сильнее прижимая девушку к себе и с нажимом вдавливая нож в кожу, так что показалась тонкая струйка крови. — Бросай, или я зарежу её на хрен!

Девушка рыдала навзрыд, сотрясаясь крупной судорогой, и на её голом, беззащитном теле виднелись многочисленные следы побоев, порезов и ожоги от сигарет. Лобок был неестественно красным, как и губы, и груди, распухшие от жестоких укусов.

— Мда. Неужели всего за десять грёбаных часов люди сумели докатиться до такого звериного состояния? — Сам себя спросил Егор, увидев часы за спиной парня. — Я брошу пушку, — лениво ответил он, даже не думая этого делать. — И даже подарю её тебе, если твой дружок вылезет из-за дивана.

Не поймите неправильно - прошить диван и придурка, который за ним обоссался от страха, легче простого. Это ж не бетонная стена, просто доски да обшивка, которую пуля пробьёт без всякого труда. Однако Валера стоял с голой девушкой как раз так, что полностью перегораживал траекторию выстрела, прячась за живым щитом и не оставляя чистого промежутка для стрельбы по своему корешу.

— Не пизди! — выкрикнул Валера, но в голосе его отчётливо послышалась паника.

— А чё мне пиздеть-то? Я слова на ветер не бросаю. Зарежь своего дружка... и я с тобой поделюсь боеприпасами.

— Гонишь!

— Да нет же! Слушай сюда, парень… — Егор сделал шаг вперёд, поигрывая автоматом. — Я могу психануть. Могу психануть так, что прикрытие телом этой девчонки тебя ни хрена не спасёт. Но я пока даю тебе шанс. Потому что мне нужен напарник для одного дела, понимаешь? А девчонку с собой возьмём… Ну ты понял, да? — Он закивал, изображая полное взаимопонимание. — Ага, вижу, что понял!

У бедной девушки, которая уже подумала, что её пришёл спасать полицейский, тут же законвульсировали губы от страха и осознания, что с ней будет дальше. Она завыла, и слёзы с соплями потекли ещё сильнее.

— Чё? Чё те надо? — Велера судорожно сглотнул, и нож в его руке заметно дрогнул.

— Да просто зарежь своего дружка, который за диваном прячется.

— Ааа… оо… — простонал один из подранков, валявшихся на полу. Кто-то уцелел после первой очереди, однако не надолго — Егор прошил его, и тело затихло, дёрнувшись в последний раз.

— Один… — начал считать Егор, медленно поднимая автомат и целясь куда-то в район головы Валеры. — Два…

Валера отпрянул от девушки и, словно ошпаренный кипятком, прыгнул за диван, на ходу размашисто нанося удары ножом своему бывшему подельнику.

— Ты что? — донёсся оттуда испуганный, полный неверия крик. — Что ты делаешь? Нет!! Ааа! Ааа!

Девушка наконец освободилась от захвата. Егор показал ей рукой, делая знак, чтобы бежала к нему, не мешкая ни секунды. Та, судорожно закивала, оббежала привязанного охранника, который всё ещё клацал зубами, кинулась к нему, прикрывая руками наготу, насколько это было возможно.

— Всё! Я… — выдохнул Валера, выскакивая из-за дивана с окровавленным ножом в руке, но договорить не успел.

Егор выстрелил ему прямо в живот. Парень сложился пополам и с воем, переходящим в хрип, рухнул на пол, корчась у тела убитого друга и зажимая рану руками.

— Сука! Аааах! — заорал он, пытаясь остановить кровь, но та хлестала сквозь пальцы густыми, тёмными струйками.

Егор не чванливо подошёл к нему. Валера попытался отползти, перелезть через труп своего же убитого товарища, однако Егор дал ему поджопник носком тяжёлого ботинка и перевернул на спину. Тот часто, прерывисто дышал, всхлипывал и ревел в голос, глядя на своего мучителя расширенными от животного ужаса глазами.

— Ты.. ты… — захлёбывался он кровью и слезами. — Ты знаешь, кто я? Тебе пизда, мужик!

— Ну, если я не ошибаюсь, ты Валерий Кац, — буднично произнёс Егор. — Сын миллионерчика, владеющего вшивой линейкой второсортных ювелирок? Я правильно понял?

— Слышь, урод… мой…

— Нет, это ты урод, — перебил его Егор и с силой наступил на плюсневой сустав ноги.

Валера взвыл ещё громче, попытался замахнуться ножом, но Егор легко отбил его руку, и лезвие со звоном брякнулось о мраморный пол, проскользив под диван. Затем Егор со всей дури въехал ему в челюсть с ноги. Голова дёрнулась, изо рта хлынула густая кровь, щедро смешанная с осколками раздробленных зубов.

— Вот скажи мне, Кац, — Егор наклонился к нему, заглядывая в глаза с холодным, изучающим интересом. — Неужели ты настолько сбрендил от своих возможностей и богатства, что опустился до такого животного состояния? М?

Валера молчал, только плакал, размазывая слёзы по окровавленному лицу, и ему было даже страшно смотреть на своего истязателя, не то, что гвоорить.

— Тут ещё кто-то есть? — Егор обернулся к испуганной Аглае, которая дрожащими, негнущимися пальцами натягивала на себя свою изорванную форму. — Мне сдаётся, что нет.

— Н-неет… — девушку трясло крупной дрожью, слёзы по-прежнему ручьями текли по щекам.

— Знаешь… американец… — Егор задумчиво посмотрел на корчащегося, стонущего Валеру. — А нет, ты еврей, судя по фамилии. Ну да не важно. В любой нации есть и прекрасные, и ужасные люди, так что без разницы. Так о чём это я? Ах да!

Он присел на корточки рядом с умирающим, глядя ему прямо в глаза.

— Знаешь, Валерка, я как-то охранял одну занозу. Жила была девчонка красивая, длинноногая, и жопа, и грудь что надо. Работала в овощной лавке на рынке. Не сказать, что была обеспечена, но на хлеб и шмотки из секонд-хенда ей худо-бедно хватало. Вот повстречала она на том же рынке сына владельца мясной лавки… Ц-ц-ц, мясная лавка. Одна точка постепенно превратилась в сеть, и теперь в каждом магазине можно найти её продукцию. Девчонка очень удачно вышла за него замуж. Всё поначалу было просто шоколадно, без единого намёка на проблемы.

Валера шипел от невыносимой боли, прижимая ладонь к раненому животу, и, казалось, даже не слушал его, однако всё же смотрел со страхом.

— Родили троих детей, понаоткрывали бизнесов. Вот есть у людей талант к этому, понимаешь? Есть талант бабки делать, природное чутьё! Но что-то пошло не так… Сынок вырос, понял, что свадьба в девятнадцать лет - это какая-то несусветная херня, а дети уже родились… и что делать? Стал верующим и начал пропадать на разных волонтёрских активностях. А девка? А что девка?! Девка превратилась в сочную дойку и покатилась в другую сторону: детей на нянек, а сама в клубешники, мужики, и… узбеки…