Феномен языка в философии и лингвистике. Учебное пособие
Шрифт:
«Язык – величайшая сила в человеческом обществе. Язык – это умерщвление чувственного мира в том виде, каков он непосредственно, и преобразование его в некоторое наличное бытие, представляющее собой такое звучание голоса, которое находит отклик во всех представляющих существах».
«Формы мысли выявляются и отлагаются прежде всего в человеческом языке». «Язык как произведение рассудка выражает лишь всеобщее».
Изучение грамматики языка составляет «начало логического образования». В грамматике языка существуют категории, в которых даны определения рассудка. С помощью грамматики может «изучаться сам рассудок».
«Кто владеет каким-нибудь языком и в то же время знает и другие языки, которые он сопоставляет с ним, только тот и может почувствовать дух и образованность народа в грамматике его языка; эти же правила и формы имеют теперь для него наполненную содержанием, живую ценность».
3. Познание мира человеком осуществляется через самого себя (сознание) и через язык.
Внешний мир познается посредством знаков, в которых зафиксирована рефлексия самого познающего. Вещь представлена в сознании в виде знака. Значение знака есть совокупность значимых представлений о вещи.
Осознание вещи – это осуществление ее перехода из наличного бытия («самости» первого порядка) во внутреннее бытие, или достояние сознания. «Это видение, внимание, есть первая необходимая деятельность, точное видение, деятельность духа, фиксирование, абстрагирование, вычленение, усиление, преодоление неопределенности ощущения». Это «самость» второго порядка, или значение вещи, т. е. «сущность вещи в воспоминании». Однако внутренняя сущность – это не сущность внешней вещи. Это «мое для меня – бытие». Вещь представлена в сознании в виде знака, значение которого есть совокупность моих представлений о вещи – представлений, значимых для меня.
Иначе говоря, в языковом знаке откладывается не только объективное, но и субъективное (привнесенное от носителя и пользователя языка).
4. Язык выступает как именующая сила, которая делает вещь доступной для сознания.
«Внутреннее должно быть внешним: возвращение к бытию. Это есть язык как именующая сила». «Способность воображения есть лишь пустая, дающая форму, означающая, полагающая форму как внутреннее, а язык есть сила, полагающая внутреннее как сущее».
«Сначала язык говорит только этой самостью – значением вещи, дает ей имя и высказывает имя как бытие предмета».
«Способность воображения извлекает предмет вместе с его множественностью, вместе со всем его ближайшим окружением; а имя одиноко без отношения и сопряжения».
Деятельность духа проявляется в наименовании.
Язык – это бытие сознания, форма его существования.
5. Языковой знак обладает собственным значением и несобственной сущностью. Собственное знаковое значение не тождественно обозначаемому понятию (несобственной сущности).
«У предмета в знаке – иное значение, нежели что предмет есть. Внутреннее имени, его значение, напротив, есть чувственно-сущее. Его содержание должно отождествиться с ним самим, с его простой сущей духовностью».
«Знак, не составляющий одновременно, как при формировании, суть самого предмета, – это вещь, обладающая значением, которое не является, однако, ее собственной сущностью и к которому эта вещь относится, следовательно, как чуждая. Но, кроме того, она обладает также своим собственным значением, которое не связано с природой самого предмета, обозначенного этой вещью. Таким образом, обозначение произвольно. Знаком чего должна быть вещь – это в большей или меньшей мере дело соглашения (Convenienz)».
6. Язык участвует в экстериоризации отношений предмета к другим предметам.
Отношения предмета к другим предметам и отношениям (сопряжениям) выражаются в отношениях имени предмета к другим именам. Воображение предмета – это представление этого предмета во множестве его связей с другими предметами, а также с их именами. Имя одиноко без отношения и сопряжения.
«Имя есть упорядоченный знак, остающееся отношение, поэтому отношение всеобщее».
7. Понимание – это выявление различия между рассудочным представлением вещи и самой вещью.
«Рассудочное» представление вещи – это акт «различения» или сопоставления «опыта сознания», или уже сформированного «для-себя-бытия», с внешней вещью («вещью в себе»), в которой нет рассудочных компонентов.
8. Язык – это посредническое звено между сознанием и вещью. Язык – это средство понимания.
Опредмеченное в языковом знаке субъективное представление какого-то образа предмета становится иным бытием, которому, с одной стороны, противостоит внутреннее «для-себя-бытие», а с другой стороны» – внешнее бытие обозначаемой вещи. Понимание внешнего бытия вещи как раз и осуществляется посредством языкового знака. Это вербально опосредованное понимание.
9. Слова являются знаками абстрактных понятий (мыслей), чувств и ощущений.
«Самым распространенным созданием воображения является язык. Язык состоит из внешних знаков и звуков, посредством которых мы и сообщаем то, что думаем, чувствуем или ощущаем».
Слова – это знаки не только абстрактных понятий, но и знаки чувств и ощущений. Говорящий дает с помощью языка не только объективную информацию о своих представлениях внешнего мира, но и сообщает непосредственно или опосредованно о своих переживаниях и субъективных отношениях к обозначаемым предметным образам.
«Язык состоит из слов, слова же представляют собой не что иное, как знаки мыслей».
10. Субъект (подлежащее) следует понимать как именуемое сущее, а предикат (сказуемое) как выражаемое всеобщее.
«Субъект выражает вообще определенное и потому большей частью непосредственно сущее, а предикат – всеобщее, сущность или понятие, то субъект, как таковой, есть, во-первых, лишь некоторого рода название; ведь то, что он есть, выражает лишь предикат, содержащий бытие в смысле понятия».
11. Мыслить означает постигать и выражать многообразие предметов в единстве.
Следует отличать представление от мышления: «Представляя, мы имеем перед собою вещь также и по ее несущественному внешнему существованию. Мысля же, мы отделяем от вещи все несущественное, чисто внешнее и сосредоточиваем внимание только на ее существенных чертах. Мышление через внешнее явление добирается до внутренней природы вещи и делает ее своим предметом. Все случайное оно опускает. Оно берет вещь не такой, какова она как непосредственное явление, а отдаляет несущественное от существенного и, следовательно, абстрагируется от несущественного. Созерцая, мы имеем перед собой единичные предметы. Мышление соотносит их друг с другом, иначе говоря, сравнивает их. Сравнивая, оно отмечает общее между ними, а то, чем они отличаются друг от друга, опускает и, таким образом, получает всеобщие представления». «Мыслить – значит, собственно говоря, постигать и выражать многообразие в единстве».