Чтение онлайн

За пазухой у барона эта разница в доходах сглаживалась — ты всегда получал что-то фиксированное, плюс за какие-то отдельные заслуги. Без куска хлеба не останешься. Также маячил шанс продвинуться по службе, чего не было в свободных отрядах витязей. Там рост измерялся только по шкале доходов, а не можешь батрачить, значит, и про деньги забудь. Тогда как на службе могли определить в другое место по недееспособности или выслуге лет, либо помочь с дорогостоящим лечением.

— Хорошо, через два дня я отправлюсь с инспекцией по всему феоду. Будете меня сопровождать, а там посмотрим, на что вы годитесь. Ты, Эдуард, загляни завтра в Таленбург за инструкциями. Если передумаешь — потом не приходи, не возьму, — добавил я.

— Откуда вы знаете моё имя? Я же не представлялся, — удивился копейщик, сделав шаг вперёд.

— На лбу у тебя написано, — отшутился я с короткой улыбочкой. — Бывай, боец.

Наши лошади зацокали по центральной улице, а глипты с пустыми бидонами за плечами шли следом. Это был не первый раз, когда витязи сами подходили ко мне ради тёплого местечка, но чтобы группой? Наибольший скачок в вербовке произошёл после получения титула барона, вместе с этим стремительно подросло и лидерство. Оно облегчало найм, и теперь в графстве не я бегаю за людьми, а они за мной. Это приятно, но в будущем за гениями военного искусства придётся наведаться и в другие регионы.

— Что слышал о них, Нобу? — поинтересовался я у мечника, ехавшего справа.

— Надо учить, много с ними работы, — коротко ответил он и после паузы добавил. — В трусости не замечены, ответственны, слово держат.

— Понятно, значит, всё-таки в гарнизон, — кивнул я.

У меня сложилось жёсткое разделение по боевым обязанностям. В основном отряде я оставлял только гуру своего дела, либо таких, как Потап — узкоспециализированных бойцов. И то последнего не всегда брал с собой: его деятельность могла быть важнее в поселении, нежели в экспедициях, по ситуации смотрел. В тот же «Чёрный-4» он отправился за получением боевого опыта.

Также отдельной категорией в основном составе выступали глипты. Вот они мне и заменят рядовых, тех, кто пойдут вперёд. Магзвери дадут возможность точечно влиять на ход сражения, приходя на помощь в нужных местах. Иногда враг был чертовски непредсказуем, и вот эту первую неизвестную нам атаку глипты впитают в себя. Они наш щит, мы разящий меч.

Далее шли ребята из гарнизона. Туда входили непрофессиональные вояки вперемежку с теми, кто ещё не достиг нужных компетенций, кому не хватало тренированности, физических показателей, а также умений работать в команде. Теперь туда добавились и бывшие витязи, у которых всё это было, но не в том количестве, чтобы попасть в основной отряд.

«А где им набираться опыта в гарнизоне?»

Тренировки Драйзера и Нобу отличное подспорье, но нужно было переходное звено между двумя ступенями, как эдакий показатель роста по службе, чтобы была мотивация развиваться дальше. А лучше несколько таких ступеней. Гарнизон как отправная точка, общий котёл, где все варятся со всеми, ведь в защите всегда работать легче и безопасней, чем в нападении.

Так зародилась мысль организовать второй отряд в Межмирье, поставив во главе ветерана. Сюда же добавить целителя, мага и прочие недостающие звенья, в том числе и глипт, но последних приказать задействовать только в крайних случаях для подстраховки, чтобы группа сначала сплотилась. А до этого они побудут грузчиками для переноски трофеев.

«Идеально».

Я уже весь растёкся в мечтаниях, как мы расширим своё влияние, но с приездом в феод пришлось переключиться на дела.

— Потап, сегодня почкование, — напомнил я ему. — Жду ещё двоих гавриков.

Тот козырнул на пустую голову и с официозом произнёс.

— Есть командир, но сначала бы покушать, — в подтверждение его слов худой живот издал протяжное урчание.

— Да, точно, — спохватился я, вечно хотелось мчаться куда-то вперёд, а о насущных бытовых делах забывал. — Тогда столуемся.

За пару дней соскучились по харчам Лукичны, так что набросились на них как стая голодных львов на буйвола, но нормально поесть мне не дали. Александр стоял над душой, подавая сигналы, что нужно поговорить. Я прихватил с собой бутерброд из полоски сала и хлеба, тоскливо смотря на оставленный борщ. Не вытерпел и всё-таки пару ложек напоследок черпанул, да яйцо варёное прихватил.

В этот момент я почувствовал себя в шкуре Гио — тот любил сухомятничать.

— Ну что там, как успехи? — спросил я бывшего храмовника, когда мы заперлись в алхимической лаборатории.

Пока творилась вся эта неразбериха с арестом Смольницкого, мы не рисковали держать хронолит в Таленбурге, и ценный ресурс был спрятан глубоко в шахте. Когда московские гости улетели, Чечевичкин наведывался в схрон и занялся подготовкой иероглифов.

— Вот, всё сделал, — он достал из кармана три разноцветных пластинки, переливавшиеся, когда на них падал свет. — Ровно на десять минут хватит. Можем начать в любое время, только постамент бы ещё. Гио Давидович обещал помочь с этим…

Я злорадно улыбнулся.

— Зови его.

Пусть страдает так же как и я, а то больно счастливым выглядел, когда я из-за стола уходил. За обе щёки уплетал борщец. Да-да, вот такие страсти вызывала стряпня Лукичны, что поделать? Харчи раздора.

Раздражённый земельник спустя пару минут открыл дверцу, держа в руках бутерброд. Мы переглянулись.

— Ты это специально?

Я пожал плечами, делая вид, что не понимаю о чём это он, но сам того не заметил, как с чувством удовлетворениям произнёс.

— Да.

— И тебе не стыдно?

— Нет, должен же я хоть раз насладиться тиранией?

— Ладно, шутки в сторону, что там? Уже сделали? — уточнил он, вгрызаясь в бутерброд, и взял второй рукой пластинку с иероглифом, посмотрел зачем-то на неё прищуренным глазом и удовлетворённо вынес вердикт. — Сойдёт. Предлагаю в каменоломне открыть.

Это была здравая мысль — все материалы под рукой, а также подальше от любопытных глаз. Втроём на лошадях мы сразу же отчалили из поселения по расчищенной от деревьев дороге. Гио таки доделал её, и поваленный дуб ждал уборки. Компанию нам составили Лёлик и Грымзик. По прибытии эта стража встала на входе.

Внутри уже ожидали приготовленные с прошлого раза факелы, потому мы вместе с лошадьми пробирались вглубь, пока не вышли на развилку. Один туннель вёл дальше вглубь, а другой — в просторную пазуху, где рабочие раньше хранили инструментарий и прочий скарб. Всё было в запустении, и лишь оставленное кострище напоминало о недавнем визите человека.

— Я тут пока возился, подыскал нужную плиту, вот, — Александр провёл нас к каменной глыбе, на которой мелом были обозначены будущие пазы под иероглифы. — Пару сантиметров в глубину будет достаточно, — пропыхтел он, вытаскивая ещё два камня, размером с широкую тарелку, они лежали друг на дружке.