Феодал. Том 5
Шрифт:
Новый «D» ранг ведуна значительно сократил потребление магической энергии на всё, что у меня имелось. Потому, когда я говорил про массовый набор рекрутов, то имел в виду, что готов просматривать сотни, если не тысячи кандидатов в день — теперь это не проблема.
К чему я упомянул «Диктатуру параметров»? Да потому что это идеальная вещь для диагностики. В ней содержалось столько мелких золотистых деталек и шестерёнок, что просто бери и разбирай. Каждая из них как отдельное заклинание. К сожалению, я не могу позволить себе роскошь творить самостоятельно с нуля — это израсходует весь мой запас. В то время как части «диктатуры» не отнимут практически ничего.
По этой логике я взял целую конструкцию, вынул из неё часть и использовал на глипте. Магзвери и люди — не одно и то же, потому многие подзаклинания гасли — нельзя извлечь информацию об отваге, лидерстве, профессиях, общественном статусе и прочем таком. Но я искал нечто особенное, то, что покажет чужое вмешательство. При таком раскладе не важен биологический вид.
Я убирал с ментального «стола» ненужное распотрошённое заклинание Аластора и повторял цикл. А никто не говорил, что будет легко. Раньше я этого не делал, потому как боялся причинить вред людям, а на магзверях не имело смысла — что там было искать? Теперь же у меня не осталось другого выбора: либо я справлюсь, либо потеряю всех.
Перебор деталек затянулся на долгие три часа, а сумерки предательски сгущались. Иней сохранил задор, отгоняя древесных пауков, но те с каждой минутой раздвигали границы своей наглости, а ещё их количество выросло втрое. Не будь они такими трусливыми, уже давно бы задавили виверна числом. Я не мог позволить себе слабости, потому действовал без промедлений и жалости к себе.
«Наконец-то!» — через двадцать минут к сознанию глипта подошла, так называемая, лента Мёбиуса, крошечное заклинание в форме известной геометрической фигуры — бумажного кольца, перекрученного один раз перед склейкой.
Оно подсветило мне недуг, наложенный спорами. Я как будто получил зрение в другом измерении, но только на том объекте, на который наложил ленту. Всё остальное его тело я видел как чёрный силуэт с серебристым контуром, обозначавшим границы физической оболочки. Окружающий мир для меня полностью выключился. На голову глипта была натянута золотистая сетка, внешне смахивающая на рыбацкую. Она как паразит присосалась к ментальному полю жертвы и пульсировала время от времени, подпитывая его бессознательное состояние.
Диагностика грибной напасти прошла успешно, теперь задача выяснить способ еe уничтожения без вреда для заболевшего. Тут начинались настоящие сложности — прямое вмешательство в чужое сознание. Прозвучит цинично, но у меня всего 96 попыток — по числу живых глипт. Эти ребята всегда принимали на себя первый удар. Таково их предназначение.
Сеть надо было убирать. Я потянулся по старому принципу к детальке из «диктатуры», вынул первую попавшуюся продолговатую, чем-то смахивающую на нож, и собрался уже нарушить целостность ментальной ловушки.
«Стоп. Что я делаю?» — холодно одёрнул я сам себя. — «Неужели опять собрался методом перебора тыкать? Там же тысячи вариантов впаяны…»
Такой подход до добра не доведёт, а видоизменять деталь не вариант — высосет все силы без гарантии на успех. Учитель призывал всегда отказываться от любых систем координат в безвыходных ситуациях. Надо отстраниться, посмотреть под другим углом на происходящее.
Что если сама сеть — тоже «деталька»? В смысле я ведь могу контактировать с когнитивным модельным рядом собственных заклинаний, как и любой другой маг. В то же время никто другой не видел чужих проекций. К примеру, огневик не знал, какое заклинание готовит оппонент с такой же стихией против него. Эта сокровенная часть маготворчества всегда была личной.
«Но не для Ведуна… Мы работаем с ментальностью других людей, с тем самым „личным“. Я только что увидел проекцию в виде сети, и она мне не принадлежит, а это значит…»
Это значит, что можно изменить её или вовсе уничтожить!
Держа голову глипта обеими руками, я мысленно потянулся к золотистой сети. Для посторонних глаз ничего не происходило, весь процесс шёл в невидимой среде. После первого осторожного касания к трёхмерной конструкции по мне пробежал электрический разряд чужеродной воли. Она была так слаба, словно искорка, но сколько же вреда делала.
Прислушавшись к себе, я не обнаружил серьeзных последствий и снял сеть с головы камнекожего слуги. Она шевелилась как медуза, пытаясь вырваться, подпитаться чужими эмоциями, но безуспешно. Теперь, когда золотистая сеть потеряла контакт, я смял её в бесформенное нечто, как клочок бумаги или комок глины. Ментальной глины. А потом растворил в пространстве.
Глипт открыл глубоко посаженные глаза и быстро встал. В нём чувствовался лёгкий страх и недоумение. Только что был день и одна картинка, потом пустота, пробуждение и новая картинка: подступающая ночь, а все товарищи безжизненно лежат.
— Помоги Инею, — велел я, чтобы глипт не задавался лишними вопросами.
Боец стукнул себя пару раз по лбу и побежал выполнять приказ. Когда я отвернулся, позади раздался жалобный хрип падальщика. Всё ещё боясь навредить людям, я обкатал технику на глиптах до машинального использования, как если бы срывал полевой цветок, а не делал ментальную операцию.
Вскоре добрался и до людей — справился. Ребята пришли в себя.
Параметр лидерство +1, повысился до (68/100)
Разблокирован параметр «Самообладание» (Контроль над своими эмоциями и импульсами).
Параметр Самообладание+3, повысился до (58/100)
— Чёрт, голова трещит — дай боже, — сморщился Мефодий, потирая виски, ноющая боль присутствовала у всех.
Когда я показал им источник заразы, все вдруг осознали, насколько им повезло остаться в живых.
— Надо взять их с собой, — нахмурившись, произнёс Гио. — РГО должны знать о таких опасных созданиях.
— А зачем? Я вообще предлагаю промолчать — это не наше дело, ведь так, Владимир? Пусть лес и дальше их сдерживает. Рано или поздно мы сами сюда заявимся. Зачем пилить сук, на котором сидим? — возразил Склодский.
— Тебе лишь бы крови чужой попить. Если мы не расскажем, погибнут невинные. Это не сделает нам погоды, а если правда вскроется — аукнется втридорога!
— Чем сильнее император, тем хуже для нас. Неужели до твоей тупой башки это не доходит?
Пока они выясняли отношения, Иней осмотрел павших солдат и, жадно нюхая воздух, засеменил вправо от случившейся трагедии. Я сам пока не знал, как поступить, слушая доводы одной и второй стороны, потому и заметил странное поведение питомца.