Чтение онлайн

– Человек - всего лишь определение анатомической сущности, - заметил осторожно. Может Акино Хорго это неизвестно?

– Для вас.

Констант не понимал. А все что он не понимал, требовало от него сосредоточенного изучения, пока не станет ясно от и до, не осознается и либо примется, либо отвергнется.

– А для вас?

– Личность с морально-этическим кодексом.

– И ради этого кодекса ты готов умереть?

– Да.

– Ты либо уникальный глупец, либо столь же уникальный смельчак.

– Не все ли равно? Для тебя. Ты же, как твой папаша - робот. Поэтому не силься - не поймешь.

– Ты знаешь моего отца? Знаешь сегюр?
– не поверил парень. Лоундэйн озабоченно нахмурился: а дело-то принимает необыкновенный поворот.

– Встречались, - скупо поведал Семен.

– Где? Когда?

Мужчина молчал. Он понимал, судя по напряженности окружающих, его убьют, и единственное о чем жалел искренне - не дошел до Феи, не сказал ей "люблю" и "прости", за все что по глупости наделал. Так получалось, что никогда в жизни ему не довелось сказать это слово без грамма фальши, признаться как в сокровенном, в том, что делает его зависимым и уязвимым, тому, от кого в радость зависеть, да и просто дышать с ним одним воздухом.

Констант, вместо приказа разорвать тэн на месте, развернулся и, махнув рукой, пригласил его за собой.

– Нет, - преградил путь сейти капитан.
– Вы обязаны казнить тэн прилюдно.

– Мой тэн, моя и забота,– процедил парень.

– Закон один для всех.

– Но не для меня.

– Тогда не удивляйтесь, если экипаж взбунтуется. Ведь если тэн позволено преступать черту, то тем более это дозволительно свободным флэтонцам. И мне.

– На что намек, капитан? Уж не угрожаете ли вы мне?– прищурился Лоан.

– Предупреждаю. Оставляя преступление тэн без ответа, вы становитесь равным ему.

– Это оскорбление капитан. Вы отдаете отчет своим словам?

– Почему нет? Что позволено одному, дозволено и другому.

С минуту стояла гробовая тишина - Рукихан и Констант мерялись взглядами, и вот сейти выхватил мэ-гоцо:

– Вы перешли границы дозволенного.

– Вы сами стерли их,– заявил мужчина, вытащив свой клинок. Теперь у него были развязаны руки, и он мог убить Лоан в честном бою, и притом - безнаказанно. Слабость сейти свидетельствовал весь экипаж гоффита и Рукихан выступал в бою как рука правосудия, карающая слабака и труса. Он спасал род Лоан от бесчестия и даже сам сегюр не сможет придраться и осудить его.

– Модраш - на помощь, - прошептал Лоундэйн мгновенно сообразив, что сейчас будет, и рванул на помощь подопечному. Семен прищурился, оценивая силы. Краем глаза определил пути отхода и, не задумываясь, встал на сторону Константа. Претензии к парню остались, и он выскажет их. Но позже. Сейчас же им обоим предстояло выжить.

В тот момент, когда клинок сейти скрестился с клинком капитана, толпа флэтонцев кинулась на агнолика и Константа. И была встречена Семеном. К нему неожиданно присоединился Парфик и крикнул Лоундэйну:

– Уводи сейти к сейферу! И прихвати землянина - я задержу этих!

Агнолик понял и, схватив за шиворот Семена и Константа, чудом втолкнул их в закрывающийся выход в коридор, в то время как Парфик выбил мэ-гоцо из руки Рукихана. В горячей баталии против толпы осталось теперь лишь двое, которые, встав спиной к спине приняли бой и прикрыли отход мужчин.

Семен, вылетев в коридор, понял, что к чему и не дал Константу вернуться. Перехватил и толкнул в глубь соседнего отсека:

– Уходи!

И отправил прорвавшегося за ними флэтонца обратно ударом в лицо.

Констант с горящими глазами смотрел на тэн и силился за секунду понять то, что не удалось ему сложить за недели полета. Мужчина что десять минут назад перечил ему и даже пошел на открытое противодействие, теперь защищал.

– Все-таки вы, земляне, непостижимы, - качнул головой, крепче перехватывая мэ-гоцо.
– Вас как реликты изучать надо.

– Если не уйдешь, изучать будет некому!
– крикнул Семен парируя удары еще двух прорвавшихся флэтонцев. Констант рубанул клинком по шее одного и, сделав посечку другому, толкнул землянина в сторону.

– Уходим вместе!

– Нужно вытащить своих!

– Лоундэйна и Парфика?!

Нет, землянин точно чокнутый! Совсем недавно они были его врагами, а теперь он их решил спасти, рискуя жизнью!

– Твоя смелость достойна флэтонца! Ты клоан?

Колмогорцев выхватил Парфика из толпы, раскидав мужчин, и потому не обратил внимания на вопрос парня. Лоундэйн же закричал Семену что-то грубое, резкое и, хлопнув по сенсору стены ладонью, закрыл за собой выход. Стена закрылась, оставив в коридоре трех потрепанных товарищей по случайной неприятности и четверых обозлившихся членов экипажа. По коридору уже неслась противная сирена сигнала тревоги и, слепя мужчин, мелькали неоновые пунктиры по кромке потолка и пола.

Драка продолжилась и грозила перерасти в бойню - уже слышался топот казенных ботинок и в глубине коридора виднелись другие члены экипажа.

– Уходите!– ловко отправив в прыжке оппонента в нокдаун, крикнул Парфик.
– Глупо умирать всем!

Семен не понял о чем речь, но неравные силы и опасность оценил и, пихнул Константа к ангару, в котором виднелись серебристые аппараты, явно летательного назначения. Что бы не было, а спасти глупого мальчишку, брата Феи Колмогорцев просто обязан. И потому не до сантиментов и прощаний с клятвами в дружбе и долге по гроб жизни.

Парень скатился по лестнице вниз, Семен проехал по перилам и оба вырвались на прямую дистанцию к сейферам. Констант, понимая, что иначе, чем бегством сейчас проблему не решить, на ходу отправил заряд из лазерного лезвия мэ-гоцо в панель стартовой платформы.

Та включилась, и начался отсчет системы запуска, стены начали блокировку помещения, отрезая беглецов от преследователей.

– Вверх! За мной!
– крикнул Семену, взлетая первую платформу. Открыл сейфер и втащив землянина внутрь, хлопнулся на сиденье, нажал кнопку пуска.

Через сорок секунд сейфер вышел их гоффита в космос и, набирая скорость, взял курс на Флэт.

Констант поднял с пола клинок, сложил его и сунул в ножны.

Семен потер припухшую скулу, соображая в какую еще заваруху вляпался. Поздно конечно, но что поделаешь - планида его такая - сначала делать потом думать. И хмыкнул, глянув на взъерошенного и слегка разукрашенного ссадинами и кровоподтеками Константа.

– Весело у вас.

– Скучать некогда, - заверил тот и вдруг рассмеялся.
– А ты меня удивил!… Стоп!
– посерьезнел. Рванул к Горцу.
– Быстро оголяй плечо!