Чтение онлайн

– Мудрость сейти не знает границ, - молвил тот.
– Но каково предложение госпожи?

Еще один заработал горячку?
– покосился на него Констант: что за тон? Он забыл что жених или сдает позиции? Добровольно? Монторрион?

– Да, я решил отказаться от руки наследницы, - подтвердил его догадку мужчина.
– Откройте глаза, сейти: ваша сестра получила от землянина больше, чем от нас. Он дал то, что мы не смогли. И я не хочу вставать меж ними. Наш союз не подтвердится - это ясно, хоть сегюр и упрямится. Не к чему ухудшать положение.

– Что ты предлагаешь? Вы что, все заразились психическим креном?!

Двери в покои распахнулись и в залу влетела Алена. Оглядела сына и Монти, с презрением фыркнула на дочь, оценив ее наряд и, махнула рукой мальчикам:

– Вон!

– Мама?!

– Вон я сказала!

Констнт уперся, буравя взглядом мать и намекая что она забывается. Не пристало женщине разговаривать с мужчиной подобным тоном, кем бы он не был ей, пусть и сыном.

Монторрион без возражений вышел из покоев и глубоко вздохнул свежий воздух: нет, в этом есть своя прелесть - свобода. Больше никаких гонок по вертикали, никаких планов и интриг - сыт. Женитьба на сейти действительно не его дорога. Спасибо Эйфии - он это вовремя понял. Но как ей отплатить и помочь? Рейсли отойдет и время пройдет - и кто знает, как там, в будущем повернется? Если землянин смог настолько изменить сейти, поднять ее с одра смерти, достигнуть Флэта - то не такой уж он дикарь и тупица. А значит, есть перспектива.

И явление сегюр - мэно то же не спроста.

Что ж, понятна расстановка сил и направленье ветра. А он не против, он согласен - из всех вариантов этот самый правильный. Лоан тоже, наверняка это понял. Только отчего тянет? Ах, да - Эя.

Мичига улыбнулся Уэхо и свистнул, призывая агнолика.

– Ладно, оставайся, черт с тобой, послушай женские разговоры, - махнула рукой Константу Алена и развернулась к Эйфии. Констант тут же вышел, оскорбившись - до чего дошло - его причислили к женщине! Помилуй Модраш! Что происходит со всеми?!

– Мне безумно интересно, Эя, в кого ты?
– придирчиво оглядела девушку женщина.
– Твоего отца тараном с пути не свернешь, я вроде тоже на гусеницу не похожа, которая ползет и бог с ней. А ты?
– скривилась, скорчив неопределенную рожицу.
– Тюхтя, одно слово. Неженка и черти что!

В другой раз, еще вчера бы Эйфия изумилась отповеди матери, а сейчас лишь улыбнулась, понимая о чем она и к чему:

– Не беспокойся, - обняла, признаваясь себе, что прощается с ней навсегда.
– Я в тебя, - шепнула. И ринулась к выходу, срывая на ходу с волос ритуальную накидку и обод. Он сбрякал о паркет, покатился звеня, добавляя растерянности Алене.

Она постояла, щурясь на закрывшуюся дверь и, сообразила, улыбнулась хитро и довольно:

– А девочка-то, подросла. Ну, держитесь. Решил он! Ха!

И ринулась вон: страховка никогда не вредила.

Констант посмотрел на скользнувшую мимо него Эйфию, потом пролетевшую в другом направлении мать и задумался. Что-то определенно затевалось и что - тоже не сложно понять. Взгляд парня уперся в свое мутное отражение в зеркальной стене и, показалось ему, что за спиной вырос отец и прищурился с насмешкой:

– Пора и тебе принимать решение, сын? Думать. Понять кто ты и осознать свою ответственность перед семьей и империей.

Констант нахмурился - империя ничего не получит отправив Семена к праотцам. Ничего хорошего. И стоит ли спешить, упираться? Эйфия в его власти и не с воли ли Модраш? И его. Ведь он виновен в том, что сестра попала на землю и, вновь оказался виноватым в том, что привез землянина на Флэт. Он сам свел их, но виноват ли и был ли он орудием в руках Хорго? Нет, тут правила рука незримая и воля мудрая, та, к которой прислушивается даже отец. И он не убил землянина - не это ли говорит о далеко идущих планах сегюр? И что может означать эта явная лояльность к "зятю"?

Его не убили, не оскопили на глазах сейти.

Его не забили и не изуродовали, не стянули шкуру с живого, а это минимум что должны были сделать за совершенное преступление.

Значит?…

Значит!

Парень улыбнулся - у него самый удивительный отец во всех галактиках!

– Тебе нет равного, - рассмеялся и поклялся сам себе - когда-нибудь он станет его копией. И ощутил необычайную гордость от того, что его сын и носит звание его рода:

– Констант Лоан достойный сын Рэйсли Лоан. И докажу тебе это, отец.

Детей надо учить. Детям нужно ощутить себя самостоятельными, но что делать если их привязанность слишком сильна? Как тогда они поймут чего хотят, кто они и к чему? У каждого своя дорога и рано или поздно на нее придется встать. Отпрыски сегюр не могут болеть детством бесконечно - им отвечать за будущее своего народа, своей Родины и семьи.

Отец прав - их нужно выкинуть за борт и понять на что они способны, дать им возможность встать на ноги и осознать себя частью семьи рода, вселенной. Пора осознания самая тяжела, но затянется до бесконечности, если каждый раз придерживать оступившегося за руку и указывать слепому путь.

– Мы не подведем тебя, отец. На этот раз - нет.

И двинулся к выходу, подозвав по дороге верного агнолика.

– Ты затеял игру с Богом Рэй, - тихо молвил Поттан. Сегюр молчал, глядя вниз в полумрак альковной залы жертвоприношений. Если его расчет верен - все случится, как случится. А жрецу незачем знать причину. Старая закалка не способна пропустить новое сквозь свою загрубевшую чешую. И Поттан, старый добрый и верный советник так и останется в прошлом. Будущее же принадлежит детям, тем, кто способен принять и понять перемены, тем, кто способен им способствовать.

Внизу звякнули цепи - Семен попытался освободиться, но сил хватило лишь дернуться бесцельно и бесплодно. Минута и он вновь заставил себя повторить попытку снять цепь с крюка и высвободить хоть одну руку. Суставы немилосердно ныли, вывернутые и растянутые. Но его это не останавливало. Боль тела - ерунда, когда болит душа. Не сможет, не успеет - и будет смотреть, как его Фея достанется местному гоблину из разряженной знати.

Лучше умереть.

– Его зовут Хорго, - тихо сказал Лоан, оценив стойкость землянина.
– Запомни это имя Поттан.

– Хакано, - презрительно поджал губы жрец. Рей улыбнулся: старому модрашисту не по вкусу внимание сегюр к опальному рабу. Он упорно смотрит вдаль, но так и не понимает, что перед ним картины прошлого, которого уже нет, а значит, оно никогда не приблизится и не настанет. Оно отжило и отлетело.

Хрип раненного превратился в вскрик - новая попытка неугомонного вырвала его.

– Не так просто превратить мечту в реальность, - Поттан ухмыльнулся довольный крепостью уз невольника. И замер почуяв проникновение в храм постороннего. Хотел махнуть рукой, призывая воинов, но Рэй перехватил его руку и взглядом приказал замереть и молчать. Он видел кто крадется в темноте и не сдержал улыбки - расчеты оправдались, девочка, наконец выросла из забот нянек и воли отца. Она нашла себя и того, кто ей нужен, встала на свою дорогу и теперь ей нужно научиться по ней идти. Сегюр не будет мешать ей и другим не даст.